Не пускайте бешеных в библиотеку

      Возвращаясь из вынужденной поездки, Лиза была погружена в свои мысли. Усталость волнами накатывала на девушку, и только мысли о горячем чае и мягкой кровати не давали свалиться с коня. Хоть бы постыдились и повозку выделили, так нет же. Тяжёлая сумка, наполненная редчайшими рукописями, болталась из стороны в сторону. Ужасно жаркий день. Прищуривая глаза, Лиза лениво начала разглядывать знакомую местность. Вольфендом. Под тем кустом виднеются ягоды. Вон там спрятался симпатичный красный цветок. Большая коряга, похожая на скорченное лицо. Ребёнок. Ребёнок?       От резкой остановки коня шляпа сползла на глаза. Тут же поправив надоедливый элемент костюма, она вновь уставилась на ребёнка, наблюдавшего за ней из-под густых кустов. Красные глаза пристально наблюдали за каждым действием девушки. Спешившись с лошади, уже опустившей голову к зелёной траве, Лиза осторожно сделала небольшой шаг. В ответ раздалось тихое рычание, словно малыш был диким зверем. Хотя, вероятно, так оно и было. На вытянутой вперёд руке начали красиво переливаться молнии, привлекая взор мальчика.       Сколько себя помнил, он задавался вопросом почему его лапы отличаются от лап братьев. Но сейчас, глядя на приближающуюся к его голове руку Человека, он начинал понимать. Где-то на задворках сознания промелькнули белые волосы и такая же красивая рука. Последнее, что он помнил.       Маленькая детская ручка потянулась в ответ. Прикосновение, словно на той картине, что Лиза видела ещё юной. Малыш потянулся к незнакомой девушке, и в тот момент Лиза поняла, что не оставит его просто так.       В тот день в Ордо Фавониус магистр лично дал имя найденышу. Рэйзор поселился в комнатах, выделенных Лизе, как главному и, увы, единственному библиотекарю. Любопытные красные глаза мелькали то тут, то там, интересуясь всем на свете. Его окружали такие же, как он. Теперь это его лупикал.

***

      — Да, в Монде, как всегда, греет солнце и дуют ветра. Ужасно ведь жить с такой погодой каждый день. Ты так не считаешь, друг мой?       Ужасно напуганный агент согласно закивал головой, мыча что-то об величии погоды Снежной. Цокнув языком, Бернард кивнул на дверь кареты и недовольно прикрыл глаза. Намёк был понят тут же, и агент с поклоном вывалился наружу, продолжая бормотать о величии Предвестников и Царицы. Да, Михаил был последним нормальным жителем этажа с лабораториями Иль Дотторе. Вроде и храбрости в нём не занимать, раз ещё не уволился, но как только решишь поговорить о хороших вещах, так тут же начинает извиняться за каждый пустяк и бормотать под нос. Диалог нормальный не построить, но хотя бы эстетически он приятно выделялся среди толпы почти одинаковых клонов. Может с возрастом это пройдёт? Бернард скучал и со скуки вырисовывал чертежи в небольшом альбоме. Мондштадт был ужасно скучным городом, а дорога к нему уныла в своих пустых зелёных пейзажах. Его слишком часто посылали сюда. Из бесчисленного множества клонов предвестника почему-то в город ветров должен ездить именно он. Карета резко затормозила, и альбом полетел на пол. Потом укажем в отчёте как порчу имущества. Высокие стены Мондштадта выглядели угрожающе. Не то что миловидные колья за Заполярным дворцом. Михаил начал что-то обсуждать с остальной охраной, так что пока все заняты, можно и прогуляться. Осмотреть территорию на предмет маленьких и глупых.       Фонтан с освежающей водой, детский лепет. Шумные торговцы, зазывающие покупателей. Вкусные запахи и обилие животных. Одним словом, утопия для людей, ненавидящих тишину и покой. Говорю же, ужасное место. Обилие цветов бьёт по уставшим глазам, что привыкли к мраку подземелий. Оглядывая народец и мысленно осуждая каждого, Бернард заметил приятного фиолетового цвета шляпу. Невероятно, какая встреча!       — Лизанька! Как приятно видеть знакомые лица.       Легкая улыбка тронула нежное лицо девушки. Даже не требовалось оборачиваться, чтобы узнать человека, так нагло искажающего её имя.       — А, это ты. Выглядишь довольно молодо для своих лет. Или ты всё же решил воплотить ту идею с модификацией тела? — прищур зелёных глаз заставлял Бернарда улыбаться. Очень по-дебильному как сказал бы Базиль.       — А вот и нет! Я придумал лучше! Клонирование! Это же так круто, когда ты стареешь, а вокруг тебя твои же версии, но помоложе, готовые продолжать твоё дело! Я Бернард. Очень рад видеть Вас, Лизанька. Персиваль так много говорит о вас, что временами хочется вырвать ему язык. Он у нас немножечко дефектный, так что приходится постоянно приглядывать и..— не прекращая размахивать во все стороны руками и шагая из стороны в сторону, он наконец споткнулся. Обо что-то крупное и живое.       —Мам?       Таким тихим Бернарда больше никто и никогда не увидит. Две пары красных глаз смотрели друг на друга. Прижавшись к подолу нежного фиолетового платья, Рэйзор, аккуратно одетый в голубую рубашечку и шортики, напуганно смотрел на незнакомца, что очень неприятно пинается. Молчание затягивалось, но буйный Бернард исправил неловкую ситуацию, создав еще более неловкую.       — Сын! Лизанька, мои поздравления! Какое счастье, сын!       На крик бешеного клона обернулась добрая половина площади. Тихий смех Лизы был ответом каждому задававшемуся вопросом что происходит. Погладив по головке прижавшегося ребёнка она тихо шепнула ему, что всё хорошо и переместила взгляд обратно на Бернарда. Уже убегавшего обратно к воротам и зовущего какого-то Мишу.       Новость была слишком радостной, чтобы не поделиться ею с Господином. Из широких карманов полетели маленькие запчасти и железяки, следом за ними наконец-то был вынут непонятный прибор. Поводив им над собой и не дождавшись никакой реакции, Бернард вновь заорал, требуя, чтобы Миша тот час же подошёл или он за себя не отвечает. Слева раздалось покашливание, и Михаил чуть ли не плача поинтересовался, чем может быть полезен.       — Лезь на стену, Миша.       — Господин? — в голове молодого человека проносились мысли о том, что этот клон окончательно сошёл с ума. Не то чтобы он до этого отличался особым интеллектом и сознательностью, но...       — Лезь на стену. Мне срочно нужно связаться с Главным.       Уже через десять минут капитан кавалерии наблюдал слишком странную картину. На краю стены висел молодой агент Фатуи, вжимаясь всем телом в холодный камень, и держал антенку. Снизу, прислонившись к стене, предвестник Иль Дотторе нажимал кнопки на непонятном устройстве и громко ругался. Издалека за картиной наблюдала библиотекарша, пытаясь понять, как много ущерба в будущем принесёт этот неадекват. Выдох. Разворот на сто восемьдесят и капитан кавалерии идёт в таверну. На сегодня хватит.       — Да чтоб Вас там, Господин! Миша, двинь в другую сторону, всё равно он к вечеру узнает, так что будем радовать моих друзей. — спустя ещё пару минут устройство издало три гудка и, не дожидаясь приветствий Бернард довольно продолжил орать— Алло, Шарль? Ты щ-щас умрёшь! Я такую новость узнал! Зови остальных.

***

      Держа в руке пергамент с официальной печатью Второго Предвестника, Лиза не знала как реагировать. Началось всё ещё утром второго дня пребывания Бернарда в Монде. Два стола в библиотеке были сдвинуты, двери заперты, а три клона, включая самого Бернарда, активно делали чертежи непонятно чего. Тихие перепалки между ними сопровождались подзатыльниками от явно старшего клона в острой птичьей маске и парадном костюме. Бабочка Бернарда то и дело поворачивалась не в ту сторону до тех пор, пока он её не снял. Представившийся Гильбертом грыз острыми зубами карандаш и нервно хихикал. Чай давно уже остыл. Вновь тяжело вздохнув, Лиза начала читать письмо в четвёртый раз.

Уважаемая и драгоценная Лиза. Я, несомненно, был рад получить столь счастливые известия, как существование такого чудесного ребёнка, как Рэйзор. К сожалению, по определённым причинам я не могу лично поздравить Вас. Но посылаю Вам Фабьена. Вы можете стребовать с него всего, чего пожелается Вашей душеньке, если он сам ещё не начал проявлять инициативу. Искренне надеюсь на ответ с подробным рассказом. Ваш Иль Дотторе.

      Перед именем в конце стояло жирное пятно чернил, словно что-то агрессивно пытались зачеркнуть. В некоторых местах пергамент был продырявлен пером. Под конец чернила были неаккуратно растëрты рукой. На конверте стояла подпись некоего "Пант.", что объявлял документ неофициальным, с содержанием информации личного характера. Почерк "Пант." был красивее и аккуратнее прямых и острых букв Второго.       К письму прилагался пакет. Осторожное прощупывание дало понять, что внутри пузырёк. При открытии изнутри вывалилась аккуратная открытка из голубой бумаги. Кривые надписи сообщали, что Господин позволил Персивалю написать самому о содержании пузырька. Жидкость, пахнущая соком валяшки, замедляла движение жизненных процессов. Не сильно, как написано "Не смертельно". Но сдерживала, заставляла растянуть каждую минуту. Ниже было нарисовано подмигивающее лицо с подписью «Перси». Конец последней буквы дрожащей линией тянулся до самого края бумажки.       Дрожащей рукой Лиза прижала пузырёк к груди. В нижней части библиотеки что-то тяжёлое упало на пол. Вероятно Бернард. Среди шума металлических деталей время от времени можно было разобрать обсуждение тех или иных вопросов.       — Бернард, скажи мне на милость, для чего в детской игрушке кнопка самоуничтожения?       — А для чего ты им приделываешь рабочие автоматы? А, умник?       От оскорбления Фабьен взвизгнул и влепил пощёчину младшему клону. Маска улетела под стол, и Бернард уполз за ней. Гильберт мерзко захихикал и начал грызть второй карандаш.

***

      За книжной полкой притаились два мальчика. Время от времени одному из них на голову валились книги, но Рэйзор подхватывал их и ставил на место. Наблюдая за руганью одинаковых незнакомцев, они пытались понять, почему же Лиза не выгонит их из библиотеки за такой ужасный шум. Спустя пять минут Беннет радостно втянул воздух и повернулся к другу.       — Так у тебя тоже много пап?