Точка сингулярности

— Куда? — грохнул по телефону Накахара. — Китай, — терпеливо ответила Дзёшико, поморщившись от окрика. — У тебя мафия по швам трещит, — напомнил Чуя, — какой тебе Китай? — Я мертва, — заметила Коями. — А, блин, я забыл, — протянул он. — Вот, меня всего несколько суток дома не было, а ты уже забыл, что я мертва! — театрально возмутилась Дзёшико. — А что дальше? Забудешь цветы мне на могилку приносить? — Дазай, — переключился Чуя на третьего человека, — а ты почему молчишь? — Я тоже этих двоих не хочу никуда отпускать, — согласился с мужем Осаму. — Но не забывай, что там госпожа Сато, а она их из любой жопы достанет. — Ты вообще на чьей стороне? — прошипел Накахара. — На своей, — с вызовом ответил Дазай. — А у нас проблемы с государством из-за некой Коями. На нас дело шьют. — Да на тебя дело шьют ещё с тех пор, как ты в мафии был! — хлопнул по столу Чуя, кажется, что-то упало. — А сам-то? — фыркнул тот. — Я на тебя заявление напишу! Ты меня убить хотел! Всегда! Дзёшико сбросила вызов, решив, что является уже третьей лишней. Хотя, третий не лишний, а запасной, но всё же. Они с Кирой сидели в зале ожидания с билетами на руках. — Что папы сказали? — оторвалась от телефона девушка. — А что они могут сказать? — повернулся к ней Даи. Лететь по своему паспорту Дзёшико не могла, но император разрешил сделать документы на вторую личность, и Минору предоставил всё нужное. — Поворчат и успокоятся. Не в первый же раз. Кира хихикнула и вернулась к телефону. Сакаи покосился на дочь, подумал и осторожно поинтересовался: — Не хочешь поговорить? — Меня беспокоят слова Рюсэя, — призналась Кира, выключив телефон. — Я понимаю, что это самая настоящая дешёвая манипуляция, но всё же… — Вы оба выросли в тени влиятельных родителей, тем более что Рюсэй выбился в люди, только лишь потому что у Миамуры не было законного наследника. Так что любовью к отцу он не отличался. Ты тоже пыталась выбраться из-под нашего крыла и доказать, что самостоятельная личность, способная достичь чего-то на тёмном поприще. Не плохо быть целеустремлённым человеком, — подавил вздох Даи. — Вопрос лишь в том, какими путями ты идёшь к своей цели. Рюсэй выбрал идти по трупам, хоть и сам сейчас не слишком от них отличается. Ты хотела защищать слабых и давать отпор сильным. Но не все наши задумки идут по плану. Накахара, внимательно слушавшая, медленно кивнула. — Ты тоже? — тихо спросила она. — Что? — наклонил голову на бок Сакаи. — Тоже шла по трупам? — подняла глаза на него Кира. — Когда стала мафиози. — Да, — после заминки ответил Даи. Всё же Накахара была слишком проницательная. — Поэтому мы с отцами и не хотели такого пути для вас. Кира откинулась на спинку и прикрыла глаза. Слова матери её не успокоили, но дали зерно для размышлений. — Я понимаю, о чём ты сейчас думаешь, — взлохматил свои волосы Сакаи, превратив их в гнездо. — Когда на одной чаше весов работа, а на другой семья. Если бы ты не поехала на помощь Тошито, то смогла спасти своих. Я знаю, что ты винишь себя, но втайне обвиняешь Тошито. Накахара вздрогнула и испугано посмотрела на собеседника. Даи наблюдал за передвижением людей, будто муравьями в ферме. — Я не осуждаю тебя за это. Нашей психике проще переводить стрелки, чтобы сохранить сознание от саморазрушения. Но я скажу тебе, что у каждого есть своя доля вины за произошедшее. Миамура создал, Тошито убил его отца, ты не оказалась вовремя рядом, Юки заказал партию Луны, а я не смогла его отговорить. Стечение обстоятельств, приведшее к смертям. Тошито понимает своё участие и именно поэтому, хочет помочь в мести. Но пойми и меня, он скоро станет отцом, поэтому я не позволила ему покинуть Японию. Мы не обвиняем тебя. Пройдёт время, боль уляжется, и ты сможешь жить дальше. — Время лечит, — опустила голову Кира. — Нет, — повернулся к ней Даи. — Оно не лечит. Просто даёт возможность смириться, заштопать рану и продолжить существование. — Спасибо, мам, — прижалась Накахара к Сакаи, спрятав лицо на груди. Её плечи мелко вздрагивали под широкими ладонями парня, а футболка Даи намокла. Наконец, Кира смогла дать волю эмоциям.

***

— А это твой новый любовник? — Коями смерила молодого подкаченного парня сомнительным взглядом. — Тебе не надоело? — У тебя самой два мужа, — напомнила Тора, отпивая кофе из кружки с рисунком пантеры. — И вообще, яйца курицу не учат. — Бабушка, — наклонилась вперёд Дзёшико, — тебе хрен знает сколько веков, а ты ведёшь себя как женщина лёгкого поведения. — Не кричи на бабулю! — стукнула дном кружки о стол Сато. — А какой ты пример правнучке подаёшь?! — махнула она рукой в сторону притихшей над кашей Кирой. — Ты вообще с двумя мужиками спишь! — парировала Тора. — Они мои законные мужья! — хлопнула рукой по столешнице Коями так, что подпрыгнула посуда. — А это твоя очередная игрушка! — Как хочу, так и развлекаюсь, — откинулась на спинку стула женщина, сложив руки под внушительной грудью. — Ты на милфу из хентая похожа, — сделала небольшой глоток Дзёшико, стараясь успокоиться. — Ты кого милфой назвала, поганка? — возмутилась Сато. Вмешиваться Накахара в перебранку не спешила, хотя прабабушку любила. Бывала она редко, но всегда метко. — Вы в гости или по делу? — разрядил обстановку подошедший с ещё одним блюдом Сяомин. — В гости по делу, — перешла на китайский Дзёшико, так как до этого они ругались на русском. — Мы тут к Хуан Лао хотим заскочить на чай. — Хуан Лао отбыл в Америку, — сел за стол Чжу. — Откуда ты знаешь? — принялась за еду Коями. Вместо ответа Сяомин закатал рукав и продемонстрировал татуировку члена триады. Дзёшико перевела выразительный взгляд на бабушку. — А кто-то ещё гнал на дочь за связь с мафиози, — заметила она, но потом вернулась к новому знакомому. — Почему же он так торопливо покинул родную страну? — Наверное, узнал, что ты едешь, — пожал плечами Чжу. Коями удержалась от того, чтобы напомнить о своём возрасте и продолжила завтракать. Кира наконец решилась подать голос. — Как у тебя дела? — обратилась она к бабушке. — Всё хорошо, — улыбнулась правнучке Тора. — А вот у вас дела поганные. — Ах, да, — оторвалась от тарелки Коями. — Насчёт поганных дел. Тебе привет от императора. Сато напряглась и села ровнее, вперившись в девушку встревоженным взглядом. — Поговорим об этом позже, — качнула головой Дзёшико. — Ты, кстати, прапрабабушкой будешь. Поздравляю. Тора выронила клубнику обратно в кашу. Кира прыснула. Чжу непонимающе взглянул на любовницу, а после на родственницу. — О чём речь? — уточнил он. Коями подумала пару минут, но всё же пожалела нервную систему бедного парня. — Двоюродная тётя брата по отцу матери соседа залетела, — глядя на прифигевшего Сяомин, Дзёшико продолжила: — а она замужем. Чжу промолчал. Сато повернулась к Кире с молчаливым вопросом в глазах. — Это не я, — чуть не подняла руки в сдающимся жесте Накахара, но вовремя отдёрнулась. — Это Тошито. — Это как? — спустя минуту зависания поинтересовалась Тора. — Девушка, ба, — усмехнулась Коями. — У Тошито появилась девушка. В скором времени они поженятся, так что жди приглашения. — Так рано? — поморщилась она. — Весь в мать. Нет быть погулять, мир повидать, себя показать, а они уже все переженились. — И мы тебя любим, — Дзёшико отложила палочки. — Спасибо за еду. Кира, как доешь, иди отдыхай. Займёмся делами вечером. — Собираетесь посетить наш штаб? — понял Чжу, наматывая лапшу на палочки. — У меня скоро голова заболит прыгать с языка на язык, — пробормотала Коями, потирая виски. — Сдашь нас? — Да, — Сяомин проводил взглядом Тору, поднявшуюся, чтобы вымыть свою тарелку. — Я не одобряю того, что делает Хуан Лао. Но вас, японцев, я не люблю больше. — Но я в первую очередь русская, — схватила за воротник белой рубашки Коями, — и у меня, знаешь ли, много вопросов по поводу наших природных ископаемых, осевших на чёрных рынках. У каждого в этом мире есть свои претензии, но давай сейчас без пререканий. Нам всем нужно убрать «Луну» с производства. Поэтому, либо ты помогаешь тем, что не рассказываешь, либо ты замолкаешь навсегда. — Ты какая-то агрессивная, — Сато мягко коснулась руки внучки, заставляя её отпустить ворот. — Поговорим и узнаешь, — Дзёшико всё же разжала кулак, позволяя тельцу упасть обратно на стул. — Ладно, выйдем в сад, — согласилась Тора. — Мы приберёмся, — подскочила Кира. Коями благодарно кивнула и последовала за родственницей. Тора купила большой дом с собственным садом и наслаждалась жизнью. Они прошли по тропинке до небольшой, но уютной, поляны со скамейками, окружённой стеной из растений. — Что случилось? — присела Сато, предлагая расположиться рядом. — Почему вы мне ничего не рассказывали? — остановилась напротив неё Дзёшико, засунув руки в карман штанов. — Почему мне не рассказали о Храме Инари? Почему ты не рассказала о знакомстве с императором? Почему мне не рассказали о дяде? Почему вы не рассказали о дедушке? Почему вы не сказали, что Книга хранится в нашей семье? Коями почувствовала, как её начинает затоплять ярость. Слишком долго она думала над всем этим, а вид роскошного дома доконал её. — Почему я узнаю о своей семьи от чужих людей? То, что я дочь босса мафии от Фудо. То, что кинунэ… Да я даже не кицунэ, а просто оборотень-лиса от Манами. О том, что я потомок служительницы бога Инари вообще от императора, который многовековой дракон. Дзёшико шумно выдохнула, старясь успокоить расшатанные нервы. Даже отвернулась, чтобы не смотреть на бабушку. — Дзёшико… — Чего ещё я не знаю? — вспыхнула пламенем снова она. Тора не выглядела шокированной, да просто удивлённой тоже. — Тебе рано было знать, — покровительственно заметила она. — А сейчас не рано? — резко повернулась Коями. — Я же чувствую, что грядёт что-то страшное. А знаешь, что самое весёлое? Мне снится Храм. Да. Вот уже несколько месяцев я просыпаюсь без сил и в панике. Не хочешь ничего рассказать? — Тебе не о чем беспокоиться. Инари не сможет забрать тебя или кого-то из твоих детей, — Сато сохраняла спокойствие. — Да? А почему ты так уверена? — повысила голос Коями. Пламя уже прожгло траву вокруг. — Я вот недавно проснулась, а у меня кровь из носа и галлюцинации. Ты понимаешь, что если так продолжится, то я могу однажды не проснуться? — Ты сейчас под защитой Арахабаки и дети тоже принадлежат этому богу. Инари не посмеет тебя тронуть, — Тора магией окружила девушку, чтобы внучка не сожгла весь сад. Коями потухла и села на корточки, вцепившись в волосы. — Я не понимаю, почему мне так страшно в последние дни. Меня просто топит, топит, топит. Я ничего не понимаю. — Да я знаю, — опустилась рядом Тора, приобняв за плечи. — Я тоже чувствую это. Все это чувствуют. Но мы понимаем, что не можем изменить ход событий. — Где Книга, ба? — отняла руки от головы Коями. — Ты же понимаешь, что она не должна попасть не в те руки? Блин, она даже на свет не должна была всплыть! Тора минуту подумала и медленно кивнула. — Я спрятала её в надёжном месте, — вздохнула Сато. — Она в Храме Инари.