Мы встретились в Манисе.

След шехзаде Мехмета обрывался. Черт. Придётся Сахибу задействовать более сильное подразделение и шпионов. Последних получится сделать с помощью Гоксель, так как Гевхерхан приходит в себя после нападения и родов. Семья пополнилась султаншей и гробом. Её близнец шехзаде не выжил, да и что она жива лекари называют чудом. Кираз Султан стала единственным человеком во дворце, который мог сейчас сдерживать шехзаде Мустафу. Джихангир смотрел на всё это с изумлением. Одиннадцатилетний мальчик с удивлением смотрел на всё что творится. Он знал, что в тринадцать поедет в Алеппо наместником. Знал мальчик и о том, что ему никогда не стать султаном. Он наблюдал за всеми жителями дворца и понимал, что есть категория слуг, преподавателей и семьи. Если в первых двух категориях люди практически всегда на твоей стороне, так как ты член монаршей семьи. А вот в самой семье будут две категории. Тех кто будет на твоей стороне и тех кто против тебя. Джихангир видел, что Мустафа на его стороне, но не Махидевран Султан. Она при первой же возможности избавиться от него. Михримах была его полнокровной сестрой и она любила его и была на его стороне. Мехмет долгое время был для Джихангира идеальным братом, но после смерти мамы он изменился. Он думал какими были бы сейчас Селим и Баязид. Именно с их смерти всё началось. И приезда Гевхерхан и Айше. Он видел, что Айше просто любит Мустафу без жажды власти, без амбиций. В отличии от Гевхерхан… Эта женщина была бурей и неукротимым штормом. Она любила Мустафу, но любила и власть. Когда она смотрела на него, то смотрела насколько он будет мешать Мустафе, насколько он опасен для Мустафы. Что же Джихангир не будет отсвечивать и будет тихо сидеть в своём санджаке. В конце концов он хочет жить, ведь боли в горбе уходят от умелых рук Сесилии Хатун. Он познакомился с этой девушкой случайно в библиотеке. Она читала литературу на итальянском языке и не заметила, что кто-то пришёл. Он сел напротив неё и тоже взял книгу. Она подняла взгляд и они начали обсуждать книги, а когда пора было расходиться, то Джихангир представился. На удивление Сесилия не отвернулась от него. Она помогала ему и выхаживала. Он с нетерпением ждал теперь, когда пройдёт церемония меча, чтобы она стала его наложницей. Его обрезание состоится через год в 1544. Мысли о Сесилии захватили его так, что он не услышал как в покои кто-то зашёл. — Шехзаде, вы будете в покоях или мы можем приступить к уборке? — спросила калфа. — Через несколько минут я уйду. Вы можете начинать работу. — произнёс он и поднял голову. Фахрие калфа, девушка которая была передана его матери. Когда он взял книгу и встал девушки принялись за уборку. Стоило ему выйти из покоев, как он увидел что его ждёт Фахрие. — Вам просили передать. — произнесла она и протянула бумагу. — Сожгите его после. Джихангир удивился, но взял письмо. Он зашёл в библиотеку, где открыл его. Этот почерк он узнал сразу. Мой дорогой брат, Я хотел бы быть сейчас рядом с тобой и помогать учить персидский, увидеть как ты взрослеешь, но из-за Гевхерхан и Мустафы я, мои дочери и моя любимая скрываемся. Пожалуйста, будь сильным и с помощью лекаря Аладдина, отрави Гевхерхан. Она корень проблемы, та из-за которой всё случилось. С Мустафой я сам разберусь. Я скучаю по тебе. Мехмед. Джихангир смотрел на письмо с удивлением. Его брат просит его убить человека. Нет, он не может. Не может обагрить руки в крови. — Джихангир, ты пришёл. — раздался голос Сесилии. — Сесилия. — произнёс он с улыбкой и обнял её. — Что случилось? Ты хмурый. — произнесла она. Парень просто протянул ей письмо. — Надо к Махидевран Султан. Промолчим — мы покойники. — произнесла со всей серьёзностью Сесилия. — Лучше к отцу. Я не доверяю Махидевран Султан. — произнёс Джихангир. На том и решили. Он отправил Сесилию в свои покои, а сам направился к отцу. Он не мог понять как Мехмед мог таким стать? Мальчик не знал, что послужило причиной раздора между братьями, но хотел одного — мира. Ну и жить. — Малкочоглу, Повелитель у себя? — спросил шехзаде. — Да, шехзаде. Ему сказать, что вы пришли? — спросил счастливый мужчина. — Да. И поздравляю со скорой свадьбой. Иншалла, Фирдевс и Рана сделают тебя счастливым. — произнёс Джихангир. — Благодарю, шехзаде. — ответил Бали бей с улыбкой. Через несколько минут Джихангир зашёл к отцу. — Сынок, ты редко заходишь. — произнёс Султан. Джихангир поцеловал руку, а после обнял отца. — Мне пришло письмо от Мехмеда. Мне Фахрие калфа передала его. — произнёс Джихангир и отдал его. Услышав имя опального шехзаде Сулейман нахмурился. Он взял бумагу из рук Джихангира и прочитал письмо. На лице Падишаха была злость. Он то думал, что Эсмахан уехала к Хафизе, как ему сказала Шах. Что же такое он даже от сестры стерпеть не мог. — Джихангир, иди к себе. — произнёс строго мужчина. Мальчик кивнул и собирался выходить. На пороге появился Бали бей. — Повелитель, к вам пришла Румейса Хатун. — произнёс Бали бей. — Я ухожу, сейчас с ней сам поговорю. — произнёс Султан. Он вместе с младшим сыном вышел. — Румейса, я вечером к тебе приду. У тебя что-то срочное? — спросил рассерженный падишах. — Да, мой Султан. — произнесла она тягуче и с яркой улыбкой. — Акгюль Султан будет не самым младшим вашим ребёнком. Я ношу дитя. — произнесла она и положила его руки на свой живот. Султан в удивлении поднял брови. Неужели скоро он вновь испытает радость отцовства. — Я рад, мой мускус. Вечером я приду к тебе. Сейчас у меня дела. — произнёс Падишах и вместе с хранителем покоев ушёл. — Поздравляю, Румейса Хатун. Иншалла, у меня появится брат или сестра. — произнёс Джихангир девушке. — Иншалла, шехзаде. Вы не подскажете в каком блоке библиотека? Я хотела бы взять Омара Хайяма. — произнесла Румейса. Пора налаживать мосты с шехзаде. Ей нужна будет поддержка султанской семьи. Они проходили мимо комнаты из которой выскользнули две девушки. Их руки были в крови. Румейса знала их. Это были Нериман и Нехер. Эти девушки служили у шехзаде Селима и Баязида, пока они были живы. — Ты видела их руки? — спросил тихо Джихангир. — Да. Пойдёмте в комнату, посмотрим. — произнесла девушка. Они вместе с шехзаде зашли в комнату и увидела ужасную картину. Гоксель Хатун была вся в крови и не дышала. Крик ужаса раздался от Румейсы и на него прибежали Джанфеда калфа и Газанфер ага. — О, Аллах, кто это сделал? — спросила калфа, обнимая наложницу падишаха. — Нериман Хатун и Нехир Хатун. — произнесла Румейса. — Мы с шехзаде видели как они выходили из комнаты. Их руки были в крови. О, Аллах, бедная Гевхерхан Султан. — произнесла с печалью девушка. В конце концов она может понять её. Если бы её сестра погибла, то она грустила и страдала. Джанфеда увела Румейсу, а Джихангир пошёл за Сахибом. Ему предстояло сказать ему грустную новость. — Сахиб Паша, во дворце произошло убийство. — произнёс он, входя в покои Великого визиря. Там стояла счастлива Михримах, которая укачивала Эмира. — Что случилось? — спросил Сахиб. — Примите мои соболезнования. Гоксель убили. — произнёс Джихангир. Сахиб посмотрел на серьёзного шехзаде и сел на стул. Он смотрел в одну точку. Его сестрёнка. Его маленькая Надя. — Михримах, можешь ты сообщить эту новость Гевхерхан. У меня не хватит сил. — попросил Джихангир, выжатый как лимон. — Хорошо. Ты в порядке? — спросила она с беспокойством. — Нет. Мне нужно полежать. Румейсе Хатун ещё хуже, а она беременна. — произнёс Джихангир. — Отец, после смерти мамы решил не соблюдать целебриат. — проворчала султанша, а после взяла на руки сына. — Я к Гевхерхан. Соболезную, любимый. — прошептала она и поцеловала его, а после вышла. — Кстати, ты скоро снова станешь дядей. Джихангир после пошёл в свои покои, где его ждала Сесилия. — Ну, как поговорил с Повелителем? — спросила Сесилия. — Да, но это не единственная плохая новость. Гоксель убита. — произнёс он, садясь на кровать и рассказывая всё что произошло за сегодняшний день. — О, Аллах. — произнесла Сесилия с шоком. — Как ты, Джихангир? — спросила она. — Плохо. — честно ответил он. Сесилия подошла к ларцу с травами и достала оттуда мазь. Джихангир уже знал, что ему надо делать и снял верх. Сесилия втирала мазь в горб и шептала тёплые слова. — При следующем разговоре с Повелителем попроси, чтобы начали строить бассейн. Тебе с горбом надо плавать. Так мышцы не будут сильно болеть, да и полезно это в принципе. — произнесла Сесилия и слезла со спины шехзаде. Он кивнул и остался лежать. Джихангир подвинулся и похлопал по кровати. — Ложись. Уже поздно идти в гарем. — произнёс он и Сесилия решила прислушаться. Она легла рядом с ним и через несколько минут пара уснула.