После тяжёлого рабочего дня нужно как следует отдохнуть.

аль-Хайтам не любитель заводить глупые отношения и искать себе парочек, которые заполнят его скучные и серые дни яркими и новыми красками. Если бы ему предложили пойти на вечеринку он бы солгал, что у него много незаконченных дел и он срочно торопиться выполнять их всех. На самом деле дел у него бывает не так много, как кажется, скорее он больше предпочёл бы провести время один, ну и, не был бы против если бы ему составила компанию какая-нибудь затерявшая в его полках книга, которую он в жизни в руки даже не брал, что-то новое не помешало бы ему. Что-то новое. Именно после этих слов внутри него что-то опустошается. И почему именно в это странное для него время появился этот проблемный... архитектор. Сколько же ответственности перевалили на плечи аль-Хайтама, но он не мог оставить этого очаровательного блондина вот так вот, поэтому все долги перекрыл ему именно Хайтам, и теперь этот самый архитектор - Кавех, был у него в большом долгу, но секретарь твердил, что ему от него ничего не нужно. Именно после этой не менее странной встречи они сблизились. Ну, конечно, так как живут в одном доме. И не то что бы сблизились как друзья, у них были ещё кое-какие странные и... секретные отношения. Со временем они узнавали друг друга лучше, показывая весь свой характер и поэтому иногда возникали конфликты. А если и возникали, то сухими выйти не мог никто, особенно Кави. Тот получал некие наказания за такую вспыльчивость (и не только, это ещё связанно с домашними поручениями). И получал он их по полной программе.

***

После тяжёлого рабочего дня аль-Хайтам вернулся домой только вечером, и можно сказать, не торопился возвращаться, потому что не хотел слушать как его любимый кричит на него и обвиняет в измене. Скажем так: если Хайтам не возвращается домой к закату, то он либо проводит время в баре за крепкой выпивкой, либо, как по мнению Кави, шляется с какой-нибудь случайной женщиной. Аль-Хайтам терпеть не мог, когда Кавех думает так, его это, честно говоря, бесило и раздражало. Сегодня он задержался из-за встречи с знакомыми из Академии, но архитектор ему не поверит, даже если секретарь будет клясться. Отворив дверь, первым делом что он увидел, это то, как его любимый прислонившись к стене спиной и скрестив руки на груди медленно поднял свой хмурый взгляд пары алых глаз. Хайтам на этот прожигающий взгляд никак не реагировал, сохраняя свой невозмутимый вид, закрывая за собой дверь, и, последовав примеру любимого, тоже сложил руки на груди. - Ты что-то задержался. - начал Кави низким тоном. В его голосе читалась нотка разочарования, но всю её перекрывала злость. - Да ладно тебе, всего лишь на пару минут. - пожал плечами секретарь, пройдя внутрь дома и мимо Кави, отправляясь на кухню. Последнему это конечно же не понравилось, и он уверенно и с той же хмурой миной прошёл за ним, делая большие и торопливые шаги. - Пару минут!? Ты смеёшься надо мной? Прошло час или два точно! Где ты шлялся? Снова допоздна бухал в баре? Или подцепил какую-нибудь красавицу? Отвечай! - он не мог остановится, бурно покрывая Хайтама матом (что мы упустим). У секретаря было достаточно терпения в таких ситуациях, и он со всё ещё невозмутимым лицом сел за стол, подперев подбородок рукой и внимательно смотря на архитектора, не смея перебивать его, будто его слушает и внимает всю его брань. Хайтам уже привык к такому, поэтому обычно старается не опаздывать. Но бывают и те случаи, где не опоздать бывает просто не возможно. Сам же Кави почти целые дни проводит дома, лишь иногда сидя за своим рабочим столом и зарисовывая кое-какие дизайнерские идеи. Архитектор замечает этот взгляд, и на миг замолкает, стоя с приоткрытым ртом. Эти изумрудные глаза смотрели прямо на Кави, а сам Хайтам нагло улыбается, и это его ещё больше разозлило. - Ты меня слушаешь вообще? - подходя к столу и потянувшись рукой к воротнику секретаря, он сжимает его и притягивает ближе к себе. Хайтам снова никак не реагирует, он привыкший. - Чего улыбаешься? Я тебе не анекдот рассказыва... Не успевает Кавех договорить, его перебивает томный и чарующий голос любимого: - Ты так очарователен. - тихо и низко хихикает секретарь и продолжает: - Мне повезло с тобой. Не долгое молчание. Кави переваривает сказанное Хайтамом и его тут же вгоняет в краску, от чего рука сжимает воротник. - Ты... - Кави отпускает голову и бросается в раздумья. Что этот тип собирается блять, делать? Манипулирует? Пока архитектор думал, секретарь аккуратно взял того за подбородок и поднял его голову. - О чём думаешь, милый? - ласково и нежно спрашивает он, что для него обычно не свойственно. Другие люди и подумать бы не могли, что аль-Хайтам имеет такую нежную черту характера. Но об этом знает только Кави. Только он может видеть его таким открытым и легкодоступным. - Думаю, как бы после всего этого не ударить тебя в лицо - грубо отвечает он. Глаза Кави намокли. Он не должен сейчас плакать, его чувства даже не задели. Нет. Это злость, которая переполнила его полностью и затуманила разум. Он хотел прямо сейчас врезать аль-Хайтаму, но он этого ещё не сделал. Его что-то останавливало. Можно было бы пошутить, что Кавех просто не хочет оставить синяки на этом красивом и будто фарфоровом лице. Боится поломать. Пока Кави снова отвлекается, Хайтам легонько перехватывает его руку, которая сжимала его воротник, и нежно гладит, шепча ему всякие ласковые словечки, и от этого архитектор уже дрожал от возбуждения. Аль-Хайтам знает, как это сделать. Он выучил Кавеха с ног до головы, каждую его чувствительную точку на теле, каждую мысль. Он знает его от и до, и это в какой-то момент сводит с ума. А вот Кави было сложно читать Хайтама. Он был как закрытой книгой с замком в сейфе, к которой не было никакого доступа, кроме как... через постель. - Ладно, я согласен. - вслух говорит Кави, и секретарь улыбается, потянув его в поцелуй.

***

Они целовались долго. Медленно избавлялись от одежды. Оставляли друг другу засосы и легкие поцелуи на шеи, плечах и ключицах. Слепо доходя до спальней комнаты аль-Хайтама, они не отрывали губ, всё углубляя поцелуй и иногда отстраняясь, что бы набрать воздуха и заглянуть друг другу в глаза. Дойдя до кровати, Хайтам садится на край, потянув за собой архитектора, и тот упирается коленом в мягкий матрас, располагая свою одну руку на плече секретаря. Хайтам медленно проводит рукой от шеи Кави до поясницы, проходя всё ниже и ниже. Проводит пальцами по ягодицам и спускается вниз к бёдрам, сжимая и разжимая их, и всё никак не отрываясь от столь сладких и желанных губ любимого. Архитектор стонет в поцелуи, который аль-Хайтам проглатывает. Наконец падая спиной на кровать, и потянув за собой парня, они оторвались от поцелуев, и приступили снимать друг с друга последние более значительные элементы одежды. Обнажив торс Кави, Хайтам долго рассматривал, и засмотрелся так, что любимый его снова готов было возмущаться, но не успевает, потому что секретарь понимает и успевает его заткнуть лёгким поцелуем, и тот послушно, грубо говоря, затыкается. - Ты так похудел.. Снова сидишь неделями в своей комнате и обдумываешь о той новой постройке? - Хайтам аккуратно проводит рукой по бледной груди Кави. На самом деле тот и не особо похудел, но в ответ он получает лишь не довольное "-Тц". - Хах, так и думал, ты предпочитаешь поскорее начать и наконец удовлетворить себя? - лепечет секретарь, сжимая талию верхнего. Резким рывком они меняются местами, и теперь сверху оказывается Хайтам. А прижатый к кровати Кави даже не против. - Что скажешь? - не заметно улыбается секретарь. - Ничего! Надоел уже, давай быстрее! - толкает архитектор кулаком в грудь старшего, после располагая обе руки на его широких и сильных плечах. - Хорошо, только потом не проси меня быть помягче с тобой. - улыбка спадает с лица, и Хайтам принимает его вызов.

***

Долго соседям пришлось слушать частые и громкие стоны, но лишних вопросов задавать никто не будет, потому что уже знают. Но и этой ночью кое-кому было не так уж и хорошо. Аль-Хайтам обращался с ним грубо, как и обещал, пропускал все мольбы Кави. "-Садист." - лишь фыркнул Кави перед сном, и отключился. А проснулся он только обедом, и в это время дома не было никого, кроме самого архитектора. Как обычно.