You have to choose, Minho

Этой ночью у Джисона был выходной, поэтому вечер он планировал провести в компании телевизора, пива и лишь самого себя. Но стоило только отвлечься на уведомление, отдавшееся эхом по маленькой кухне, где единственным звуком был шум закипающего чайника, и прочитать коротенькое сообщение с абсолютно понятным посылом, как парень отставил открытую бутылку хмельного, накинул на свои плечи чёрную кожаную куртку и с характерным звоном ключей закрыл дверь одноместной квартирки. Минхо: «Приходи, она ушла.»

***

— Привет. — Ну, привет, — ухмыльнулся Ли и за воротник куртки втянул пришедшего парня в квартиру с глупой ухмылкой на устах. Он без лишних слов прильнул к его губам, сразу же пропуская чужой язык в свой рот. От стен прихожей моментально отлетели стоны долгожданного удовольствия, и Джисон улыбнулся сквозь поцелуй, про себя отмечая привычную чрезмерную несдержанность парня. Тот в свою очередь, словно подтверждая мысли Хана, опустил руки с воротника куртки на застежки, распахивая элемент верхней одежды и рывками сдёргивая его с чужих плеч. — У нас опять мало времени? — хмыкнул Джисон, только сейчас заметив в приглушенном свете прихожей лишь лёгкую рубашку на теле спутника. Ладони моментально легли на обнаженные ягодицы, по-собственнически сминая упругие половинки. — Нет, я просто очень сильно тебя хочу, — с этими словами Минхо затолкнул его в спальню и заставил сесть на край кровати, усаживаясь поверх бёдер парня — именно так, как они оба любят. — Мы занимались сексом два дня назад, — восторженный выдох Хан скрыл за ухмылкой, не желая показывать, насколько сильно его завели такие слова. — Два дня — слишком долго, а если ты не заткнешься, то... — угроза была прервана пылким поцелуем, и Ли моментально расслабился — буквально растаял под шквалом обрушившихся губ и рук, что в нетерпении задирали лёгкую ткань шёлковой рубашки. Широкие ладони Джисона блуждали по желанному телу, которое в свою очередь реагировало на каждое прикосновение, отдавая легкой дрожью по каждому обнажённому участку кожи. Ему до безумия нравилось, что единственное касание его рук могло свести Минхо с ума. Но он решил умолчать, даже для собственного разума, как именно Ли воздействовал на него. Хан прибегал по первому зову, брал отгулы на работе, отменял важные встречи и личные планы, которых и так было не шибко много, лишь ради того, чтобы приехать к старшему и, как бы мерзко это не звучало, переспать с ним. Ведь их «отношения» построены целиком и полностью на сексе. И, кажется, как минимум одного из них это устраивает. — У меня завал на работе... поэтому... мы снова увидимся т-только ч-через неделю, — промолвил Минхо сквозь поцелуй, запинаясь в словах и путая буквы. Два дня действительно дались тяжело, а тут целая неделя. — Тогда возьму дополнительные смены в клубе, — прошептал Джисон, мелко кивая в знак согласия. А что ему ещё остаётся делать? Начать скулить? Он вполне мог, ведь тоже безумно соскучился за такое короткое время. — Н-надеюсь, ты там... будешь работать, а не... ах-а, — фраза оборвалась протяжным стоном в тот момент, когда Хан повалил его на постель, оказываясь сверху и пылко припадая губами к чувствительной зоне на сгибе шеи. — Прости, детка, но я и тогда работал, — многозначный акцент, но Ли понял, простонав ещё громче, невольно вспоминая их первую встречу. Он выгнулся в спине, ощущая рваные поцелуи на своей шее. Казалось, Джисон готов был его съесть, но оставлять метки нельзя, что ещё сильнее образовывало горечь на кончике языка. Горечь от всей этой блядской ситуации. Пуговица за пуговицей обнажалась молочного цвета кожа, усыпанная бесчисленным количеством маленьких родинок. Джисон просто не мог устоять, не коснувшись её мягкими губами, томящими поцелуями изучая подтянутый живот. — Пожалуйста, Джисони... не томи, — через выдох, и Минхо зарылся пальчиками в его тёмные волосы, оттягивая жестковатые от бесчисленных окрашиваний пряди. — Давай не будем торопиться, если времени у нас вагон, — с игривой ухмылкой Хан приподнялся на локтях, сползая чуть ниже и неожиданно для Ли обхватывая покрасневшую головку губами. Блаженный стон вырвался из груди, и сдавшись, Минхо откинулся на смятое покрывало, не представляя куда деть собственные руки. Нахлынувшее удовольствие буквально сводило с ума, а дыхание предательски сбивалось, прерываясь на протяжные стоны. Джисон знал, каким образом можно заставить парня трястись и всхлипывать, и очень ловко этими знаниями пользовался. Пока Ли витал в облаках и практически за руку здоровался с ангелами, Хан опустился ниже, подталкивая напряженный член к стенке горла, а рукой потянулся к сжатому колечку мышц, на удивление сильно увлажнённому. Мысль пробежала слишком быстро, и младший не смог сдержать смешок, отдавшийся вибрацией по всему стволу. — Малыш, ты правда такой нетерпеливый? — Джисон облизнулся и приподнял голову, наблюдая за разнеженным старшим. — Я же сказал, что я очень тебя хочу-у, — фраза была продолжена протяжным стоном, когда Хан, не особо горя желанием слышать ответ на свой риторический вопрос, ввёл сразу два пальца, раздвигая их и потирая внутренние стенки. — Б-блять... — прошипел Минхо, сжимая покрывало до белых костяшек. — Детка, ты такой растянутый и открытый... специально для меня, — промурлыкал Джисон, не удерживаясь от мягкого поцелуя во внутреннюю часть бедра. — Д-да, Хани... специально для тебя, только для тебя... — хотя бы это было правдой, думалось Хану, и он решил вовсе отключить мозги, ведь в данной ситуации они совершенно не помогали, а лишь загоняли в ту мысленную яму, в которой парень и так сидел всё остальное время. — Так сильно хочешь, чтобы я тебя трахнул... как же ты жил без меня эти два дня, — как ты вообще можешь жить с кем-то, кроме меня. — Очень-очень-очень плохо, Хани... пожалуйста, — Минхо приподнялся, глядя своими прекрасными влажными глазами, похожими на кошачьи, в которых волнами плескалось чистое желание. — Хорошо, детка, я не буду больше тебя томить, — с этими словами Джисон поднялся и потянул за края своей футболки, начиная раздеваться. Предварительно вытащив квадратик контрацептива из кармана джинсов, он собирался расстегнуть ремень, но Ли сразу же вскочил с кровати, на коленях подползая ближе. — Дай мне, — рывками, вкладывая всю нетерпеливость в свои же действия, Минхо справился с застежками ремня и быстро расстегнул пуговичку с молнией, стаскивая плотные джинсы с хрупких на вид бёдер, помогая парню вылезти из одежды. — Хочу сначала тебе отсосать, — старший всегда был прямолинейным в своих желаниях, что буквально уничтожало весь кислород в легких Джисона. Младший даже не успел опомниться, как оказался на спине, удобно устраиваясь на мягких подушках: — Как скажешь, детка, сделай мне приятно, — промурлыкал Хан, ещё больше подначивая Ли на тихий скулёж. Джисон любил дразнить его настолько же сильно, насколько Минхо нравилось плавиться от таких горячих фразочек. Ответить он никогда не мог, когда до дрожи в коленках хотелось растаять как сливочное масло и сдержать рвущиеся наружу всхлипы и тихие стоны. Но Хан не любил, когда Ли сдерживался, и каждый раз отчаянно пытался его этому научить — показывать свои настоящие эмоции от происходящего. Старший стянул прилично натянутые в области паха боксеры чуть ли не до щиколоток, пристраиваясь сбоку и нависая над требующим к себе внимание членом. Он наклонился и игриво лизнул головку, слизывая вязкую каплю с настоящим мурлыканьем, получив за это тихий стон в благодарность и подбадривающее лёгкое поглаживание по макушке. Пару раз пошло ударив членом по высунутому языку, он со всей невинностью во влажных глазах посмотрел на Джисона и, не прерывая зрительного контакта, с характерным хлюпом слюны опустился ровно на половину, давая шанс привыкнуть неподготовленному горлу к размеру. У младшего был поистине не маленький член, что заставляло Ли практически скулить от желания почувствовать его в себе. Набрав определённый темп, Минхо начал вбирать плоть всё глубже, чувствуя, как сильные пальцы впиваются в макушку, но не давят, а лишь направляют, просят не останавливаться. — Ох, малыш, как же хорошо, — подбадривал Джисон, лаская чужой слух своими стонами блаженства, — ты такой умница, мой хороший мальчик, — шептал он это лишь от порыва страсти, осознавая, что всё это — наглая ложь. Минхо не был хорошим, ведь хорошие не изменяют, и уж тем более парень не принадлежал ему. Когда Ли опустился на всю длину и неожиданно сглотнул, то все мысли Хана из головы буквально выбило напрочь, оставляя лишь чистое желание. Минхо нравился контроль, когда Джисон управлял его действиями, но сейчас ему хотелось немного другого. Поэтому руку, что вплеталась в его волосы своими тонкими пальцами, он переместил ниже, укладывая её на ягодицу в надежде, что младший сам поймёт, чего от него хотят. — И что ты хочешь, сладкий? — ухмыльнулся Джисон, подбивая его озвучить свои желания вслух. Ли уже был в том состоянии, когда и слова вымолвить не мог, искренне надеясь, что Хан сумеет прочитать его мысли, но того такой расклад совершенно не устраивал. На это Минхо лишь ещё сильнее проскулил и закатил глаза, не планируя вынимать член из своего горячего рта, затем отнял пылающую ладонь от ягодицы и с хлопком приземлил обратно, демонстрируя на действиях, чего он на самом деле желает. — Нет, малыш, я так не понимаю, — Хану нравилось в такие моменты строить из себя дурачка и невинно хлопать глазками. Именно так, как обычно делал Минхо вне постели. — Блять, Хан Джисон, — запыхавшись, Минхо всё же поднялся, немного неловко вытирая размазанную слюну по подбородку тыльной стороной ладони и смаргивая выступившие слёзы, — пожалуйста, отшлепай меня... Я хочу... чтобы ты отшлепал меня! — как на духу, через неимоверное смущение протараторил Ли и вновь вернул всё своё внимание к члену, надеясь, что теперь Хан незамедлительно выполнит его просьбу. — Всё, что пожелаешь, милашка, — хихикнул Джисон и со смачным хлопком шлёпнул ягодицу, ощущая, как под ладонью загорелась нежная кожа. В ответ на это послышался тихий скулёж, и Хан довольно ухмыльнулся, ударяя ещё раз, — считай про себя, малыш. Потом скажешь мне, сколько раз я приложил руку к твоей сочной заднице. Минхо несдержанно застонал вокруг пульсирующего органа, отдавая вибрацией по всей длине, и несколько раз кивнул, с влажным хлюпом возвращаясь к своему занятию. Джисон сел на кровати, чтобы иметь доступ сразу к двум мягким половинкам, и подтащил старшего за бедра ближе к себе, ведь сейчас он был податливой куклой, выполнявшей все действия, которые ему велят. Ладонь снова приземлилась на покрасневшую ягодицу, выбивая всё новые ласкающие слух приглушённые стоны. Джисону было сложно сконцентрироваться на манипуляциях, когда Минхо так податливо расслаблял горло и ритмично сосал, обводя языком каждую выступающую венку. Ему до звездочек в глазах хотелось откинуться на мягкие подушки и просто наслаждаться горячим нутром, что с таким усердием буквально выдаивало капли предэякулята из покрасневшей головки. Но так же он просто не мог оставить своего хорошего мальчика без внимания. В тот момент, когда старший носом уткнулся в лобок, вбирая всю длину стоящего члена и неожиданно сглатывая, Джисон глухо простонал и откинул голову, невольно бросая взгляд на те самые полки, которые до этого момента старался вообще не замечать. Рамки с блядскими фотографиями двух блядских влюблённых. Некая печаль, до сего момента полностью игнорированная, заполонила грудную клетку, и он проглотил этот тягучий ком, не разжевав. Взглянув на парня, что с тихими стонами усердно пытался доставить ему удовольствие, грусть резко сменилась злостью. По большей части, на самого себя. И он хаотично, выплёскивая гложущий гнев, раз пять — а вообще, он и не считал — со всей дури прошёлся по нежным ягодицам, оставляя алые следы от собственных пальцев. — Ах-ха... Джисони... — Минхо машинально приподнялся, выгибаясь дугой под горячей ладонью, — ещё... — Ох, так тебе это понравилось? — ярость Хана никуда не делась. — Сколько ударов уже было? — томно промурлыкал и огладил покрасневшую кожу, заставляя Ли практически задрожать. — Я... я не знаю, — заскулил Минхо, подставляясь под утешительные поглаживания. Он мог и соврать, ведь Джисон сам в порыве дикой обиды на всю свою жизнь перестал вести счёт, и вряд ли бы стал злиться ещё больше, если бы старший просто назвал число. — Не знаешь, значит? — ухмыльнулся Хан и провёл кончиками пальцев между ягодиц Ли, выбивая из его уст новый тихий стон. — Ну ладно, — от беззаботности, с которой это произнёс младший, Минхо нахмурился и слегка сжался, уже предвкушая, что такое ему просто так с рук не сойдёт. И он чертовски оказался прав. Джисон молча поднёс свои пальцы к его губам, намёк был расценен моментально, и старший вобрал их в рот, практически вылизывая, как настоящий кот. Затем пальцы резко исчезли, как и весь рассудок Минхо в целом. Хан, особо не церемонясь, вогнал два пальца в пульсирующее лоно, будто задница Ли была шаром для боулинга, и сразу же отыскал простату, начиная неистово массировать железу. — Ха-а, Джисо-он... — старший вздрогнул и прогнулся, не в силах устоять на согнутых коленях, — н-не надо, пожа-алуйста... — он практически завопил и упал на его колени, пытаясь убежать от настойчивых движений внутри себя, — я с-сейчас кончу-у... — руки, что потянулись за спину в попытке остановить, были в конечном счёте заломаны и удержаны замком на пояснице. — Ну так кончай, сладкий, — усмехнулся Джисон себе под нос, наблюдая за тем, как Минхо практически разваливался на части от нескольких движений. Ему только и оставалось, что продолжать скулить и всхлипывать, не в силах противостоять напору Хана. Ещё через несколько мягких поглаживаний по внутренней стенке, Минхо с громким писком сжал чужие пальцы внутри и кончил, пачкая под собой покрывало и колено младшего. — Где ты хочешь, сверху или снизу? — Джисон знал, что старший сейчас просто не осилит такие размышления, и скорее всего ответит то, что первое придёт в голову. Такое ему определённо на руку. — Сверху... х-хочу тебя оседлать, — прошептал Минхо, отчаянно борясь с гулким отдающим в ушах сердцебиением и сбитым дыханием. Пока Ли переводил дух, Хан воспользовался моментом: скинул боксеры со ступней и зубами раскрыл квадратик с контрацептивом, медленно раскатывая презерватив по всей длине, слегка прошипев из-за давящей на ствол резинки. Он аккуратным жестом поднял разнеженное после разрядки тело Минхо и посадил на себя, томно прошептав на ухо: — Детка, потерпи немного, — и вошёл, придерживая его за ягодицы. — Ах-ха, Хани... я люблю тебя, — простонал старший, отчаянно хватаясь за плечи Джисона и борясь с мелким дискомфортом от сверхстимуляции. Хан никак не отреагировал на признание, прекрасно понимая, что в данной ситуации «любовь» — просто пустой звук. — Помочь или сам справишься? — вопрос, скорее, был риторическим, но младший же просто не мог упустить шанса не подразнить Минхо, когда тот находился в таком нестабильном состоянии. — З-заткнись, — прошипел Ли и, окончательно потеряв самообладание, впился со страстным поцелуем в губы Хана. Движения были рваными, Минхо ни капли не стеснялся грубо врываться в чужой рот, практически вылизывая кончиком языка нёбо и дёсны. Джисон сам не сильно отставал: сильно сжав ягодицы Ли, от чего точно останутся красные следы, он начал медленные толчки, позволяя творить со своими губами всё, что только старшему вздумается. Он кусал их, слизывал капельки крови и капающего со лба пота, вновь встречался с мягким языком младшего, крепко обняв его за шею двумя руками. Минхо громко стонал в поцелуй, начиная уже самостоятельно бёдрами описывать круги. Член снова стоял как каменный, пуская новые полупрозрачные капли естественной смазки, и терся об подтянутый живот партнёра, требуя хоть какое-то взаимодействие. Джисон слегка надавил старшему на поясницу и резко вошёл до упора, попадая точно по простате и заставляя Минхо практически завопить. Он знал его тело слишком хорошо. — Хан Джисон... прикончи меня окончательно, — обессилено рухнув головой на крепкое плечо, Минхо дал команду к действиям. — С удовольствием, детка, — ухмыльнувшись, Джисон перевернул его, нависая сверху, и сделал ещё один грубый толчок. Губы Ли приоткрылись в немом стоне, после чего послышался дикий крик, и пальцы, что с силой сжимали мускулистые предплечья Хана, оставили несколько алых полос от коротких ногтей. — Б-бля-ять, д-да-а, — от ритмичных движений внутри себя Минхо срывал голос, совершенно не думая, как через несколько часов будет здороваться с любимой, и уж тем более наплевать он хотел на соседей, что завтра будут косо смотреть и перешептываться у него за спиной. — Сладкий, подними свои чудесные сочные бёдра... вот так, — Джисон закинул ноги старшего себе на плечи, тем самым меняя угол проникновения и значительно ускоряя движения тазом. Ли практически сорвался на ор, игнорируя тупую боль в макушке, что билась об изголовье кровати при каждом толчке. Джисон, проникая в неизменно тугое нутро, несмотря на бесчисленное количество секса, глухо стонал и пощипывал напряженные мышцы икр, что так удобно расположились на его плечах, заставляя Минхо ещё сильнее жмуриться и вздрагивать. Хан прекрасно мог чувствовать, как стенки начинали хаотично сжиматься, сообщая о скором оргазме старшего. Ли уже было хотел потянуться к своему члену и подарить ему долгожданную стимуляцию, но руки вновь были грубо заломаны и прижаты по обеим сторонам от головы. — Нет, детка, ты кончишь только от моего члена в себе, — томно понизив голос, промурлыкал Джисон и снова участил волнообразные движения бёдрами, эскизно уничтожая весь разум Минхо. Спустя несколько мгновений и рваных толчков в пульсирующие глубины, член Ли несколько раз дёрнулся и извергся белёсыми каплями на живот под оглушающий вскрик своего хозяина. Пальцы ног поджались, как и мышцы его живота, пока Джисон гнался за собственной разрядкой под тихие всхлипы Минхо, сопровождая их своими собственными блаженными стонами. — Хани, кончи в меня, давай, — с придыханием пролепетал Ли, хватая Хана за шею и по-собственнически захватывая его губы своими. Промычав в поцелуй от резкой смены положения, Джисон с приглушённым стоном из-за мягких губ излился в презерватив, практически ложась на Минхо сверху. — Люблю тебя, Джисони, — промурлыкал Ли, тихонько хихикая и продолжая обнимать младшего за шею. — Да, и я, — нежно, но слишком завуалированно. Хан смахнул пот со лба и приподнялся на руках, осторожно покидая нутро Минхо с еле слышным стоном. Все эмоции былых дней вновь захлестнули с головой, и Джисон завязав презерватив, отложил его в сторону, зная, что старший сам уберёт всё после его ухода. — Ты извини, но мне пора, — сухо промямлил Хан, несмотря на мягкость голоса секундами ранее. Он сел на край кровати и как-то слишком быстро нашёл свои боксеры возле ножки каркаса, натягивая ткань на свои бёдра. — Ты можешь остаться, она вернётся только через пару часов, — казалось, Минхо совершенно ничего не беспокоило, и он как разнеженный кот от кошачьей мяты потянулся на смятых простынях с довольным стоном. — Остаться на пару часов, чтобы потом... что? Снова сбегать с поджатым хвостом или прятаться в шкафу до момента, пока она не пойдёт в душ? — прежняя злость вернулась на своё законное место, на что старший лишь хмыкнул, незаметно для Джисона подползая ближе. — Извини, но обойдусь. — Прекрати извиняться и... я всё ещё очень хочу, чтобы ты остался, — Хан вздрогнул, почувствовав на своей шее чужие мягкие руки, которые в мгновение ока обвили его крепким объятием со спины. Как бы сильно не хотелось отклониться назад, ощутить лёгкое хихиканье над свои ухом и рухнуть снова на постель, полностью отдаваясь соблазнам, Джисон это желание подавил. Буквально собственноручно запихнул его себе в глотку и проглотил, не разжевав. — К большому сожалению, наши желания чаще всего не совпадают с реальностью, — с толикой грусти в голосе произнёс Хан и снял нежные руки со своей шеи, вставая и натягивая на подрагивающие ноги джинсы, затем туго затянул ремень, словно упряжку, напрочь уничтожая остаточные мысли вернуться в постель. — Ты злишься? Почему ты злишься? — Минхо нахмурился и сел на кровати, совершенно не стесняясь своей наготы. Действительно, почему он злится? Может потому, что сначала Минхо целует Джисона, признаётся в любви и нежится с ним в объятиях, а через несколько часов, когда вернётся его истинная избранница, он будет с неистовой любовью втрахивать её в постель? Можно миллион вон поставить на то, что в такие моменты Минхо абсолютно забывает о Джисоне. — Я не злюсь, просто устал... — Хан решил попридержать язык за зубами, он не собирался вываливать на Ли свои чувства. По крайней мере, не сегодня точно. — Устал? Так я же говорю, полежи со мной, — Минхо похлопал глазами в явном непонимании, проводя рукой по свободному месту рядом с собой в приглашении. — Минхо, я... морально устал, понимаешь? Не донимай меня сейчас, пожалуйста, — рывками Джисон натянул футболку и расправил края, заправляя их под пояс джинсов. — Ладно, тогда... напиши, как доедешь до дома, хорошо? — было ощущение, что Ли собирался сказать совершенно другое. Но Хан искренне рад, что тот решил промолчать. — Конечно напишу, как и всегда, — подавив желание наклониться и оставить сладкий поцелуй на прощание, Джисон развернулся на пятках, по пути подбирая тяжёлые кожаные ботинки, и вышел в коридор, обнаружив на полу свою горячо любимую кожанку, мирно лежащую на коврике. — А лучше позвони... я хочу снова услышать твой томный голос, и могу даже помурлыкать на ушко, мм, — Хан только выдохнул с облегчением, выйдя из комнаты, как кольцо из рук вновь вернулось на его плечи, помогая надеть куртку. Развернувшись, он обнаружил на теле Минхо всё ту же уже застегнутую рубашку, правда, без нескольких пуговиц. Машинально, скорее даже на уровне инстинктов, ладони легли на шелковую ткань в районе талии, притягивая парня ближе к себе практически вплотную. — Помурлычешь на ушко, да? — ухмыльнулся Джисон, игриво проговорив каждое слово. Именно так, как нравилось Минхо. — Могу ещё и постонать твое имя во весь голос на потеху соседям, если останешься и устроишь со мной второй раунд, — Хана поражало то, что лишь после секса Ли мог говорить такие вещи с невинным выражением лица и довольной улыбкой. Ну кот, самый настоящий. И Джисон практически поддался такому неземному обаянию, вовремя отдёргивая себя и вспоминая, как мечтал поскорее выбраться из этой квартиры на свежий воздух и остаться один на один с пожирающими мыслями. — В следующий раз. Через неделю. Напиши мне, и я приду, — он всё же наклонился, поскольку из-за близости это было сделать достаточно легко, и оставил на выпученных губах сладкий чмок, выпуская Минхо из своих объятий. — А когда ты пригласишь меня к себе, м? Или у тебя там тоже кто-то есть, а ты просто не рассказываешь? — Ли хохотнул от собственного предположения, с легкостью слетевшего с губ, а Хана чуть не вывернуло наизнанку. Он, конечно, долбаеб, что до сих пор ведётся на эту милую мордашку, которая при попытке серьезно поговорить невинно хлопает глазками и строит дурачка, но определённо не моральный мудак. Джисон, в отличие от Минхо, не изменяет ему, как бы глупо это не звучало. И его квартира была единственным пространством, куда Ли ещё не добрался. Парень, казалось, оставил свой отпечаток везде. На работе Джисона, где они, собственно, и познакомились. На теле, помеченными укусами и засосами, оставленными в порыве страсти. И самое главное в душе, уцепился, как самое настоящее животное острыми когтями, каждый раз при каждой встрече разрывая нежную мякоть сердца всё сильнее, превращая содержимое груди в полное месиво. — Пока, Минхо, — снова запечатав все слова в черепной коробке, Джисон через силу натянул лукавую улыбку и подмигнул, решив оставить вопрос старшего без ответа. — Пока, Хани, — как-то удручённо и совсем не радостно, но Ли всё же улыбнулся в ответ, закрывая за парнем дверь ненавистной для него квартиры. Все в этой квартире было не так. Можно предположить, что Минхо прибирался перед приходом Джисона, но это полнейшая брехня. Он даже не соизволил убрать женскую одежду, сложённую аккуратной стопкой возле кровати, что уж там говорить о совместных счастливых фотографиях старшего со своей избранницей практически на каждой полке. Неужели, Джисон ревнует? Чёрт возьми, да! Ревнует, хотя никаких прав на это не имеет. Полнейший идиотизм. Хан устал быть тем, кто по первому зову в коротком сообщении бежит покладистым щенком, чтобы ублажить кого-то. Это можно вообще назвать проституцией? Скорее, нет. Он ведь деньги за это не берет, и сам процессом наслаждается не меньше. Тогда почему на душе так паршиво, а в груди ком давит настолько сильно, что хочется закашлять и задохнуться от собственных необъяснимых чувств? Его даже совесть не гложет, поскольку не Джисон изменяет. Изменяют с ним. Это Минхо тот единственный, кто должен убиваться и чувствовать себя паршиво, потому что именно он делает больно. Причём двум людям сразу. Хотя один из них даже не догадывается, что что-то не так. Из мимолетных рассказов Минхо Джисон понял, что в сексуальной жизни с его спутницей мало что изменилось. Он так же продолжал с ней трахаться, шепча в порыве страсти слова любви. Так же, как и с Ханом. Но тот знал, что это лишь обманка, фальшь под толстым слоем похоти. Минхо на самом деле его не любит. И от этого ещё паршивей. Джисон вернулся домой опустошенным. Чайник уже остыл, а открытая бутылка пива, что стояла на кухонной тумбе, нагрелась и выдохлась, теперь ей место только в раковине. Вылив всё содержимое и выкинув бутылку в мусорку, Хан упёрся руками в стол и свесил голову, пытаясь восстановить спертое напрочь дыхание. Почему он продолжал приходить к нему? Неужели та крупица надежды, что Минхо в конечном итоге выберет его, действительно заставляла вестись на весь этот бред? Каким же дураком был Джисон, и самое страшное — он это понимал, но продолжал стелиться послушной шавкой, прибегая на очередную команду «ко мне».

***

Следующий вечер Джисона встретил головной болью и искренним разочарованием того, что он вообще проснулся. Причём не от приятных лучей солнца, как бывает лишь в киношных сценах для поддержания красивой картинки, а от проклятого звонка сотового, что неумолимо пиликал на пустой половине двуспальной кровати. — Да? — даже не взглянув на название контакта, довольно грубо ответил Хан, пытаясь разлепить глаза. — Ты чё, ещё спишь? Ну нихрена себе! — послышался удивлённый голос коллеги, по-совместительству хорошего приятеля из динамика. — Мы открываем смену через час, хотел предложить дегустацию пивка, но раз уж ты только глаза открыл... — протянул тот в своей привычной заговорщической манере. — Джин, я живу в десяти минутах ходьбы, буду через двадцать. — Вот так бы сразу... — недослушав веселый гогот парня, Джисон завершил вызов и откинул руку, держащую телефон, на соседнюю подушку, распластавшись на кровати в форме звёздочки. Он ещё давно, когда только снял эту квартиру, подумывал сменить широкую одинокую кровать на односпальную, поскольку его работа не особо располагала к поиску отношений, да и когда эти самые отношения строить, если смены в ночном клубе от заката до самого утра, а после парень просто приходит и отсыпается. И каждый день всё по новой, ведь выходные он брал исключительно редко за неимением другого хобби, кроме работы и выпивки на этой же самой работе. День сурка, самый настоящий. Единственным, кто смог внести хоть какие-то изменения в однообразный график Джисона, стал Минхо. На одной из наискучнейших смен в будний день, когда не было его весёлого напарника, да и посетителей в принципе, к барной стойке подошел самый красивый парень, которого только Хан видел в своей жизни. Он был одет с иголочки: чёрные кожаные штаны, атласная рубашка, а на шее красовался нежно розовый кружевной чокер, подчеркивающий тонкую шею. Брюки обтягивали массивные бёдра, а блестящая ткань в свете хаотично мигающих огоньков только и привлекала к себе внимание скучающих глаз. Обслужив компанию пьяниц, что были постоянными посетителями данного заведения, Джисон подошел к нему с широкой улыбкой, полотенцем натирая один из бокалов. — Что желаете выпить? — поинтересовался Хан, становясь прямо напротив до безумия красивого мужчины. — А что посоветуете? — игривым жестом тот уложил подбородок на раскрытую ладонь, по-кошачьи улыбаясь. В тот момент Джисон понял, что пропал. С ним явно заигрывали, что определённо могло скрасить его долгую смену. — Ну, у нас есть обычные алкогольные напитки: виски, мартини, соджу, водка... — начал перечислять он, вполоборота развернувшись к полкам с различными яркими бутылками, — или могу сделать коктейль: голубая лагуна, кровавая мэри, секс на пляже... — Секс в клубе, будьте добры, — ухмыльнулся мужчина и как бы невзначай расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, демонстрируя ярко выраженную линию острых ключиц. — Что, простите? — Хан вмиг побледнел, ему вполне могло послышаться из-за громко играющей музыки. Послышалось, ведь? — Ну, это место не очень смахивает на пляж, лучше же коктейль назвать «секс в клубе»... это же клуб, да? — невинно похлопав глазками, мужчина мечтательно улыбнулся, невольно проходясь взглядом по неброскому аутфиту бармена. Джисон особо не наряжался на работу, поскольку считал это дело совершенно бессмысленным. На обслуживающий персонал никогда внимание не обращают, а помимо него в здании и так было достаточно симпатичных парней. Поэтому одет он был неброско, но со вкусом: обычные чёрные джинсы с разрезами в области колен и серая безрукавка, ведь в клубе всегда накуренно и очень душно, а работа у него непыльная — постоянно бегай вдоль барной стойки и только успевай руками орудовать. — Да, клуб, — Джисон усмехнулся и опустил взгляд на чистые бокалы, лишь бы скрыть лёгкое смущение. С ним практически никогда не флиртовали, особенно на работе. — Значит, секс в клубе? — хохотнул он и взял высокий бокал, поставив его перед гостем. — Да, именно его, пожалуйста, — закусив губу, мужчина наконец отвёл взгляд от бармена и достал телефон, — меня Ли Минхо зовут, а тебя? — перейдя сразу на неформальное общение, он отложил смартфон на край барной стойки, предварительно поставив беззвучный режим. — Джисон. Хан Джисон, — приветливо улыбнулся бармен и начал приготовление напитка. — Хан Джисон... — словно смакуя, пробуя на вкус чужое имя, промурлыкал Минхо, — подскажи, что входит в состав этого коктейля? — Водка, персиковый ликёр, апельсиновый и клюквенный соки, лёд, кусочки ананаса и вишни для украшения, — проговорил Джисон как на духу заученный ещё три года назад рецепт и взял шейкер. — Раз уж мы решили изменить название, может, добавим какой-нибудь новый ингредиент? — Минхо привстал с барного стула и заглянул за стойку, наблюдая за движениями рук работника клуба. — Как ты считаешь? — У нас много разновидностей фруктовых и ягодных ликеров. Какие вкусы предпочитаете? — лично для Джисона вот так резко переходить на «ты», особенно с клиентом, было немного неловко, но, кажется, Ли не обратил внимание на всё ещё уважительное обращение. — Мне очень нравится манго, они сладкие и спелые, — ухмыльнувшись, он вновь сел на стул, не отрывая пожирающих глаз от бармена. Ох, неужели Минхо уловил запах его мангового геля для душа? — У нас есть манговый ликёр. Заменить им персиковый или просто добавить? — Джисон развернулся и потянулся к самой верхней полке, на которой в ряд стояли стеклянные бутылки со спиртным. Невольно, словно глаза Минхо обладали магической тактильностью, Хан ощутил холодок в зоне поясницы, когда из-за высоко поднятых рук край безрукавки пополз вверх. Вся эта ситуация начинала конкретно напрягать Джисона. Мужчина, хотя скорее, его смело можно назвать молодым парнем, буквально притягивал к себе, как магнит. Он вправду был необычайно красив, и явно пришёл в клуб в будний день не ради обычного алкогольного опьянения и танцев под громкую музыку. Всем своим видом Минхо показывал, что сильно заинтересован в Хане, а тот попросту не знал, как себя вести. Он же на работе, в конце концов! Впрочем, они с Хёнджином иногда устраивали шоу, делали недвусмысленные комплименты клиентам, применяли пик-ап фразочки, но происходило такое довольно редко, и только с целью продать больше алкоголя. Потому что за номерок, который являлся просто случайным набором цифр, симпатичного бармена, многие могли оставить на баре кругленькую сумму лишь ради получения этой заветной бумажки. Но в этот раз был совершенно другой случай. С первых секунд, как обольстительний Ли Минхо подошел к барной стойке, Джисон не мог контролировать своё смущение и расползающийся по щекам жар. Как же, черт возьми, не хватает Хёнджина! — А давай заменим, но сделай два коктейля, оригинальный и наш личный, — игривая ухмылка никак не могла сойти с лица Минхо, от чего Джисон всё не мог вернуть взгляд на него, совершенно позабыв о других клиентах. — Эй, Джи, подлей нам ещё пивка, — окликнули его с другой стороны барной стойки. — Я сейчас вернусь, — одарив парня натянутой улыбкой и проигнорировав его очевидный подкат насчёт «нашего личного», Джисон поставил шейкер на стойку и подошел к компании парней. — Слушай, что у тебя там за цаца такая сидит? — ухмыльнулся один из них, небрежно тыкая пальцем в сидящего поодаль парня. — Не знаю, просто клиент, — Хан лишь пожал плечами и стал наполнять первый бокал пива. А что он может ответить? За то короткое время, пока они общались, Джисон лишь имя его узнал и предпочтения во фруктовых вкусах. — Симпатичный, — подал голос другой, — жаль, мне тёлки нравятся... — Не тёлки, а девушки, Ким, — огрызнулся бармен, поставив перед ним большой бокал с пивом, — имей уважение, а! — А чё? Мы здесь все в мужской компании сидим, чё такого, — парень развёл руками и оглянулся на пустой клуб. — Ляпнешь это где-нибудь в другой компании, и тебе никто после этого не даст, — перевернув всё в шутку, хотя Хан действительно относился к таким выражениям с презрением, и подмигнул, наполняя бокалы всем остальным, — я пошел, у меня работа, — он кивнул в сторону одиноко сидящего парня и, отдав честь двумя пальцами возле своего виска, двинулся обратно к другой стороне барной стойки. Парни кричали вслед, практически на всю добрую половину клуба что-то вроде: «Ой-ой, смотри, чтобы этот тебе дал», позволяя бурному смеху компании затмить музыку. Джисон на это лишь закатил глаза и искренне надеялся, что Минхо не слышал весь этот пьяный пошлый бред. — Итак, на чем мы остановились? — вернувшись, Хан снова взялся за шейкер. Ли, заметив это, сразу отложил телефон в сторону. Видимо, он сильно заскучал, от чего бездумно листал ленту обновлений Инстаграма. — Мы остановились на двух коктейлях, ты же выпьешь со мной, Джисон? — на лице Минхо вновь расцвела игривая ухмылка, демонстрирующая уголки аккуратных клыков, и бармен снова поймал себя на мысли, что клиент безумно похож на кота. — Или это запрещено правилами? — задав вопрос, он надулся, как маленький ребёнок, не принимающий отказа. — Нет, не запрещено, но я выпью лишь один, — включив всё свое обаяние, Джисон подмигнул, уловив на такой жест и, скорее всего, положительный ответ, восторженный вздох, затем он вернулся к приготовлению коктейля. Словно по учебнику, бармен, предварительно наполнив хайболл кубиками льда до верха, он влил по сорок миллилитров клюквенный и ананасовый соки, после чего на свой профессиональный глаз добавил мангового ликёра, и на десять миллилитров больше, чем ликера, налил водки, взболтав всё в шейкере вместе с кубиками льда. Когда Хан говорил лишь про один коктейль, он ещё не знал, что Минхо захочет внести изменения и в другие рецепты, и отчаянно, с блестящими от мольбы глазами, будет смотреть на него и просить продегустировать. Несколько часов они просто разговаривали, но без флирта Минхо обойтись не мог, каждой своей фразочкой и облизывающим взглядом подтверждая догадки Хана: Ли точно хотел потрахаться, но явных попыток пока не предпринимал. Джисон лишь изредка отвлекался на других клиентов. Многие приходили, выпивали и сразу же уходили, неизменным составом оставались заигрывающий от количества выпитого Минхо и компания из трёх парней на другой стороне бара. Эта компания, к слову, немного напрягала Ли, что было очень заметно. Ему не нравилось то ли их присутствие, и что бармен переодически отвлекается на них и отходит на неопределенный срок, то ли от их гогота и пошлых шуточек, что с периодичностью сыпались в их с Джисоном сторону. — Ты их знаешь? Они обычно долго сидят? — демонстративно поморщившись от очередной противной шуточки, Минхо отпил свежеприготовленный коктейль и с интересом заглянул в глаза разнеженного от спиртного Хана. — Мм, знаю, и да, долго, — тоже распробовав новый для него коктейль, Джисон кивнул, — практически до самого закрытия. — Ох, какой кошмар, — удручённо вздохнув, Ли уложил потяжелевшую голову на раскрытую ладонь, отмечая про себя, что на экране телефона светится лишь половина третьего ночи. — Если они тебя беспокоят, то можешь отсесть в самый конец, правда, там стоят колонки, и вряд ли мы друг друга услышим, — лишь пожимая плечами, предложил Джисон. — Нет, всё нормально, просто... у меня была такая тяжёлая неделя, и, возможно, я покажусь слишком прямолинейным... — Минхо замер на секунду, неловко отводя взгляд. Кажется, впервые за ночь Хан увидел смущение на его лице, которое, будто по взмаху волшебной палочки через секунду вновь сменилось на игривую ухмылку, — ты не против секса в клубе? — Конечно, сейчас сделаю, — хихикнув, Джисон взялся за чистый шейкер, начиная подготавливать всё перед собой для нового коктейля, как неожиданно Минхо приподнялся со стула и перегнулся через стойку, цепляясь за его руку и останавливая. — Хани... могу я называть тебя Хани? — на сдержанный кивок головы Ли расплылся в улыбке. — Я не о коктейле говорил. Вау. — Вау, — бармен не мог видеть собственное выражение лица, но определённо почувствовал, как рот приоткрылся в немом шоке, а глаза чуть ли не выкатились из орбит. Он не о коктейле... Всё-таки шестое чувство Джисона не подвело — Минхо пришёл в клуб в будний день не ради выпивки и танцев под громкую музыку. Он хочет переспать... но где? Здесь? Кажется, клуб вообще не располагает к сексу, особенно спонтанному, а ютиться в маленькой кабинке туалета как-то не особо хочется. Хан невольно покосился на компанию пьющих ребят, всерьез подумывая выставить их за дверь. Так. Стоп! Он что, на самом деле собирается принять это предложение? Хотя, это больше звучало как просьба... Минхо сказал что-то насчёт тяжёлой недели, и видимо ему просто необходимо снять стресс таким образом. Джисону тоже не мешало бы. Ведь рутинная работа сильно выматывала и напрягала, его однообразный график жизни редко включал в себя встречи с «постоянными бойфрендами» из тиндера. Да он даже эти диалоги уже больше двух месяцев не открывал, потому что желания просто нет. Заметив шокированное выражение лица бармена, Минхо нахмурился, поскольку невооружённым глазом было видно, как у того в голове шестерёнки крутятся, прикидывая варианты отступления. — Ох, черт... — Ли сразу же убрал руку и отшатнулся, обратно плюхаясь на мягкий барный стул, — прости, я... я думал, что ты гей... — он грустно усмехнулся, — извини, это я всё не так понял, ты же просто работаешь здесь... флирт, наверняка, входит в твои обязанности, — Минхо опустил взгляд вниз, нервным жестом оттягивая на удивление удушающий кружевной чокер, — какой же идиот, надо же... мне, наверное, уже пора... сколько я тебе должен? — он под ошеломлённый взгляд Джисона спрыгнул на пол, из заднего кармана доставая бумажник. — И за твои коктейли, тоже... я не хочу, чтобы ты платил за них из своей зарплаты... — Минхо-Минхо, подожди, — теперь Хан перегнулся через барную стойку, поскольку обходить её было бы слишком долго, и с легкой усмешкой перехватил трясущиеся запястья клиента, — ты всё так понял. Я гей, и ты больше, чем в моем вкусе, просто... здесь негде заниматься сексом, вот в чем дело... И у меня ещё есть клиенты, — Джисон кивнул головой на компанию парней, что теперь в шесть глаз с интересом смотрели на них и заметно поутихли. — Ты можешь их выгнать... — такое предложение в совокупности с умоляющими влажными кошачьими глазами окончательно сломало Хана. Он вправду мог выставить их за дверь, закрыть клуб на часик-другой и уединиться в комнате отдыха для персонала, где чаще всего на неудобном диване они с Хёнджином предпочитали по очереди отсыпаться. Но стоит ли это того? Потому что Ли Минхо действительно понравился Хан Джисону, и не хотелось всё это превращать в обычный секс под алкоголем, который на следующий день оба забудут. — Джисон, пожалуйста... я очень тебя хочу, — прошептал Ли, и Хан чудом его услышал из-за играющих басов на фоне. Пораскинув мозгами, бармен кивнул головой на сидящую компанию и направился в ту сторону. Минхо постоял ещё несколько секунд, не сразу распознав намёк, и только после схватил свой сотовый и пошёл за Джисоном вдоль барной стойки. — Сон, ты был барменом? — обратился Хан к одному из них, на что получил немой кивок головы. — Налейте себе ещё пива, и если кто-то придёт, обслужишь? Парень посмотрел сначала на Джисона, а затем перевёл взгляд на Минхо и многозначно ухмыльнулся: — Окей, без проблем, только не долго. Я уже забыл как эти коктейли делать. — Я обычно работников долго не задерживаю. Мы быстро, — ухмыльнулся Минхо в ответ и игриво подмигнул. Это «обычно» сильно кольнуло Хана, но видимо после количества продегустированных коктейлей он решил пропустить данный акцент мимо ушей. Договорившись о временной замене, Джисон довольно резво схватил Минхо за запястье и повёл в ту самую комнату отдыха. Хёнджин вряд ли простит осквернение его горячо любимого дивана, но, думается, он переживет. Потому что вряд ли узнает. К слову, узнал Хван на следующий день к вечеру, когда Джисон явился на работу с алыми засосами и слишком потрёпанным внешним видом. После чего ещё несколько недель пускал шуточки насчёт личной жизни коллеги-приятеля, а когда понял, что Хан теперь стал «работать» мальчиком по вызову, шутки прекратились, ведь Хёнджин прекрасно видел, что друга такой расклад совершенно не устраивает. Но и на попытки помочь, дать совет, чтобы Джисон наконец поговорил с Минхо, тот никак не реагировал. Хан пустил всё на самотёк, от чего страдал уже несколько месяцев, возвращаясь в то самое место, где всё началось. — Доброе утро, соня, — ухмыльнулся Хёнджин, встречая приятеля возле барной стойки с широкой улыбкой и открытой бутылкой пива, — всю ночь опять было рандеву с Минхо? — Нет, я вернулся от него около двух часов ночи, хуй знает, почему столько проспал, — особо не церемонясь, Джисон встал ногами на барный стул и перелез через стойку, принимая из рук коллеги только что открытую бутылку хмельного. — Это всё стресс, ты психуешь, — кивнул Хван, словно был на все сто процентов уверен в собственных словах, — ты долго ещё к нему бегать будешь? — Джин, завязывай мне мозги компостировать, — показательно махнул Хан рукой в надежде, что такой жест заткнет разговорчивого друга, — у нас ещё работы уйма, в поставках только все мозги вытрахаем. — Кстати, босс приходил прошлой ночью и сказал, что наймёт какого-то чела, который будет в этом разбираться. А ещё... — Хёнджин практически проскакал за распечатанным листком бумаги и так же вприпрыжку вернулся обратно, — у нас заказали девичник на выходные. — И что там? — Джисон забрал слегка помятую бумажку и пробежался по списку всего необходимого. Такое в ночных клубах было не редкостью. Примерно с периодичностью раз в месяц помещение могли заказать для какого-нибудь празднования. Чаще это были девичники и мальчишники, а так же совершеннолетия каких-нибудь богатеньких детей, что решили напиться в первый же день после восемнадцати и по происшествию нескольких часов облевать весь толчок в туалете клуба. Но Джисон с Хёнджином были к такому вполне готовы. Им не раз приходилось дополнительно заказывать стрептизеров и стрептизерш, украшать танцпол шариками и закупать уйму спиртного для создания необычных коктейлей. Тем более за это всегда нехило так платили, боссу в принципе было всё равно, ведь заведение в любом случае приносило вполне неплохую прибыль на тех же выходных, поэтому он распределял доход практически поровну между двумя единственными работниками, что задрачивались и готовили всё к дикой тусовке. — В этот раз попросили шарики с именами жениха и невесты. Я уже нашёл типографию, где смогут нанести надпись, — Хван подошел к Хану и ткнул пальцем в один из пунктов. — Красавчик, — ухмыльнулся Джисон такой находчивости приятеля, — а как эту парочку звать? — он вновь уткнулся в листок со списком, но не успел даже глазами вернуться к мелкому шрифту, как Хёнджин сразу же выхватил бумажку и отошёл на несколько шагов. — Ты чё? — Слушай, я знаю, что «Ли Минхо» в городе пруд пруди, но ты знаешь, как зовут его невесту? — Хан мгновенно поежился от такой формулировки и нахмурился. Неужели это... — Сонхи. Ким Сонхи, — как на духу промолвил Джисон и попытался выхватить заказной лист, но Хёнджин был немного выше, и его реакции позавидовал бы любой игрок в покер, поэтому тот поднял бумажку над головой, не оставляя Хану и шанса на захват. — Как думаешь, много ли в Сеуле молодоженов с такой комбинацией имён? — продемонстрировав самый понимающий и сожалеющий взгляд, Хван опустил руку и протянул листок Хану. Тот предварительно сделав глоток спиртного, вернул глаза к списку пожеланий по празднованию девичника, обращая внимание на один из пунктов: «4. Серебристые и золотистые шарики с именами «Ли Минхо» и «Ким Сонхи». По 10 штук каждого цвета.» Не верящим взглядом Джисон уставился перед собой, он даже не почувствовал, как крепкая ладонь Хёнджина легла на его плечо в поддерживающем жесте. У Минхо «завал на работе», конечно! Пиздит как дышит! Даже при плотном графике он выуживал время, чтобы пригласить Джисона к себе, а тут резко заранее обрубил все встречи на целую неделю. Ещё и не написал с утра, как делал обычно. И неважно, что Хан проснулся ближе к вечеру, уведомлений он никаких не получал. Также, судя по всему, его невеста вернулась домой пораньше, потому что на сообщение от младшего «Я дома!» он ответил короткое: «Хорошо, спокойной ночи!». Даже не позвонил и не помурлыкал, блять, на ушко. Всё это подтверждает лишь один самый страшный кошмар наяву для Джисона: Минхо, похоже, действительно решил жениться...