Твоё Дыхание

День начинался для Эренa с легкого волнения, когда он направлялся в больницу, чтобы навестить свою тетушку Марин. Она всегда была для него источником тепла и поддержки, и теперь, когда она наконец-то выписывалась, радость переполняла его с головы до пяток. Когда он увидел ее - все с той же доброй и теплой улыбкой на лице, парень бросился ее обнимать, словно ребенок, который год не видел свою маму. Но Марин для него и была как мать, ведь она его растила и воспитывала после смерти его родных родителей. Пока Эрен помогал ей собрать свои вещи они бурно обсуждали все новости, которые накопились за время её лечения. Парень поделился тем, что они с Микасой успешно сдали зачет (но умолчал о том, что они его пересдавали, так как на первый зачет не попали из-за непредвиденных обстоятельств). Он также узнал подробности аварии из уст самой Марин. Оказывается, тетя ехала на свидание с новым ухажером, когда в её машину врезалась фура, появившаяся из ниоткуда. Ухажер, имя которого Эрен так и не узнал, внес немалую сумму на лечение и восстановление Марин, а также, как оказалось, навещал её каждую неделю. Даже сейчас в палате на прикроватной тумбочке стояла ваза со скромным, но нежным букетом лилий – любимых цветов тети. Эрен очень хотел познакомиться с этим загадочным мужчиной, тем более что Микаса уже успела с ним встретиться, чему парень немного завидовал. Ему было безумно любопытно, как он выглядит, чем занимается, насколько образован и так далее. Также на вопрос тети о возможных новых друзьях Эрен не спешил рассказывать о Леви — человеке, который не только спас его от верной смерти, но и день за днем становился все ближе к Йегеру, пускай и не совсем осознанно для них обоих. Рассказ о нем было для него чем-то смущающим. Хотя, по сути, Леви не был его другом в традиционном смысле этого слова, да и он сам даже не знал, можно ли его вообще называть своим другом или приятелем. Для приятеля мужчина был сильно старше, а другом… У парня даже не было его номера телефона. Называть его товарищем казалось еще более странным. Эрен пока не понимал, чего хочет от этих отношений и надеялся разобраться в этом во время уже сегодняшней прогулки.

...

«Наверное, все же стоило надеть тот жакет», – в который раз подумал Эрен, переминаясь с ноги на ногу у входа в парк. Он чувствовал себя полным идиотом, стоя здесь за полчаса до назначенного времени, да еще и одетым как какой- то Шерлок Холмс – не хватало только трубки в зубах. Зато успел основательно промерзнуть. Хорошо хоть догадался взять с собой перчатки. У него не было особого опыта в отношениях, но на свидания он ходил, и не раз! Так почему же сейчас так нервничает? Все должно пройти гладко… вот только никакого плана у него не было. Целая ночь была у него в запасе, чтобы все обдумать, но вместо этого Эрен проклинал себя за то, что вообще пригласил Аккермана на прогулку. Расслабиться, блять! В итоге он проиграл всю ночь в какую-то игру на телефоне, не сомкнув ни разу глаз и на утро вынужден был замазывать синяки под глазами, одолжив «замазку» бежевого цвета у сестры. «И зачем я вообще так вырядился?» – с досадой подумал Эрен, разглядывая свое отражение в темном, слегка треснутом стекле телефонного экрана. Внутри все сжималось от смутного беспокойства. А вдруг Леви вообще не придет? Или, что еще хуже, придет и ему будет скучно? Эрен понятия не имел, о чем говорить с этим мужчиной больше часа, хотя каждый день говорил с ним на работе около трех часов - сейчас же на ум не лезла ни одна тема. О чем вообще говорят друзья? Он ведь даже не был уверен, что Леви считает его другом. В голове роились самые мрачные сценарии, от неловкого молчания до полного провала. Эрену вдруг отчаянно захотелось сбежать, забыть обо всем этом и просто вернуться домой, зарыться под одеяло и больше никогда не высовываться. Волнение скручивало желудок в тугой узел. Он чувствовал себя букашкой под микроскопом – маленьким, беззащитным и выставленным на всеобщее обозрение. «Дурак, дурак, дурак!» – беззвучно ругал он себя, нервно теребя перчатки. Эта встреча должна была все прояснить. Стать толчком к признанию или, наоборот, доказательством того, что Эрен все выдумал. Эти чувства пугали. Парень о девушках не то, чтобы мечтал, ему даже влажные сны не снились! - Настолько он был зеленым. А тут вдруг… мужчина. Ну, или почти вдруг. Может, он все-таки из «этих»?.. Ладно сам он - парень уверен, что сможет себя принять, как и его друзья - им вообще по барабану, сами почти все голубые. Но одно дело – принять себя, совсем другое – Леви. И это была лишь верхушка айсберга. Даже если посмотреть так, то Леви, скорее всего, уже тридцатилетний мужчина и у него, кроме кошки, определенно был кто-то еще, а возможно есть и сейчас. И вряд ли его привлечет такой парень, как он. Нет, парень не считал себя уродом, но с трудом представлял, что может заинтересовать Аккермана в другом плане, помимо дружеского. «Чертова Зое со своими советами!» Даже если отбросить все эти сомнения, оставалась еще одна проблема: Эрен болен и находится на, даже если не низшем уровне в обществе, то он определенно рядом с Аккерманом не стоял. Ривай – уважаемый, строгий мужчина. Полная противоположность Эрену – простому парню, который хотел разрабатывать игры и без грандиозных планов на будущее. У первого определенно была мысль иметь хорошую работу, жену-домохозяйку и ребенка. И Эрен в эту картину ну никак не вписывался. От этих мыслей становилось тошно. Парня захлестывала волна отчаяния. Зачем он вообще ввязался в эту историю? Сердце бешено колотилось, в горле стоял ком. Эрен чувствовал себя загнанным в угол зверем. Хотелось закричать, убежать, исчезнуть. Он сжал кулаки, пытаясь справиться с паникой. «Так, спокойно, – шептал он себе. – Просто прогулка. Просто поговорите. Ничего страшного не произойдет». Но эти слова звучали неубедительно даже для него самого. Предчувствие чего-то нехорошего, липкое и холодное, сжимало душу. Он закрыл глаза, делая глубокий вдох. «Будь что будет», – подумал Эрен, чувствуя, как по спине пробегает дрожь. После слов Зое о предполагаемом интересе Леви, Эрен глупо позволил себе надеяться. Чувства, до этого дремавшие где-то в глубине сердца, вдруг вырвались наружу, захлестнув его с головой. Мир перевернулся, воспоминания о каждой встрече, каждом случайном прикосновении, каждом обмене взглядами с Леви вспыхивали с новой силой, окрашивая все в яркие, но тревожные краски. «Лучше бы все осталось как прежде», – с тоской подумалось. Никаких ежедневных встреч в кафе, никаких непонятных чувств, никакого латте… и никакой проклятой астмы, которая так некстати давала о себе знать в присутствии мужчины. Парень никогда не задумывался о любви всерьез. Да и любовь ли это? Может, просто привязанность, как к Армину? В голове невольно возникла картинка, как они с Армином целуются, заставив парня скривить лицо. Они, конечно, пробовали как-то, чисто из любопытства, но получилось скорее смешно, чем романтично. Раньше Эрен не брезговал поцелуями с друзьями, готовясь однажды засосать ту малышку Кристу – мечту всех парней – в игре в бутылочку. Мечтал, до появления Аккермана. Теперь же его фантазии приняли совершенно иное направление. Вместо милой и хрупкой девушки ему хотелось поцеловать… мужчину. Низкого роста, с острыми чертами лица, мягкими, почти детскими, розоватыми губами, бледным лицом, четко очерченным контуром челюсти и пленительными стальными глазами. Эта неожиданная перемена пугала и завораживала одновременно. Эрен чувствовал себя потерянным в лабиринте собственных противоречивых эмоций. Стыд боролся с возбуждением, страх – с желанием. «Что со мной происходит?» – думал он, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Внутри все дрожало, как натянутая струна. Он боялся собственных желаний, боялся быть отвергнутым, боялся… всего. Неуверенность разъедала его изнутри, как кислота. А вдруг Леви просто вежлив с ним из жалости? А вдруг все это – лишь плод его воспаленного воображения? Эти мысли, как ядовитые змеи, обвивались вокруг сердца, сдавливая его железными кольцами. Время тянулось мучительно медленно. Стрелки часов приближались к половине, а Леви все не было. Эрена начала охватывать паника. «Неужели он не придет?» – с отчаянием подумал парень, чувствуя, как к горлу подступает комок. Он уже готов был развернуться и уйти, признав свое поражение, когда краем глаза заметил знакомую фигуру. У Эрена перехватило дыхание. Он застыл на месте, не в силах отвести взгляд. Леви выглядел… потрясающе. От настоящей модели его отличал только рост. Мужчина медленно приближался, и Эрен в полной мере ощутил разницу в их росте. На губах парня невольно появилась улыбка, но, дабы не смущать Аккермана, если это конечно возможно, парень сдержал смешок. Леви остановился совсем рядом, скользнул взглядом по застывшему с головы до ног, а затем… уткнулся лицом ему в грудь. Плечи мужчины слегка подрагивали и Эрен на мгновение испугался, что Леви стало плохо. Но потом услышал приглушенные, быстрые вдохи и выдохи, прерываемые короткими писками. До него внезапно дошло. Леви смеялся. Сердце Эрена сжалось от неожиданности и… радости? Смущения? Он не мог понять, что именно чувствует. Внутри все перевернулось. Эта необычная реакция Леви была настолько непредсказуемой, настолько… милой, что Эрен почувствовал, как волнение отступает, уступая место теплой, разливающейся в груди нежности. Он осторожно положил руку на голову Леви, боясь нарушить этот хрупкий момент. Волосы мужчины оказались мягкими и шелковистыми. Эрен прикрыл глаза, наслаждаясь близостью и необычной интимностью этого жеста. В голове промелькнула мысль: «Может, все не так плохо, как я думал?». Наконец, отстранившись, Леви посмотрел в лицо все еще улыбающегося парня и произнес: – Тебя так непривычно видеть не в фартуке с попугаем. Эрен издал возмущенный писк, но тут же смущенно опустил голову, чувствуя, как щеки заливает краска. Леви хмыкнул и зашагал по дорожке вглубь парка, оставляя догонять его. Парень поспешил за ним, сердце радостно трепетало в груди. Разговор завязался легко, как и всегда, никакого напряжения, никакого неловкого молчания. Эрен с удивлением и облегчением понял, что ему по-настоящему приятно проводить время с Леви. Он ловил каждое слово мужчины, изредка бросая на него украдкой восхищенные взгляды. Щеки Леви порозовели от холода, дыхание вырывалось изо рта клубами пара, мгновенно растворяющимися в морозном воздухе. Вскоре они добрались до центра парка, где расположились украшенные яркими гирляндами ларьки. Вокруг сновала толпа, люди смеялись, пели, аплодировали. Внезапно к ним подбежал мальчишка с охапкой флажков. Широко улыбнувшись, так что стали видны кривые молочные зубы, он произнес: – С Днем благодарения! Сунув флажок в руку Леви, мальчишка тут же скрылся в толпе. Леви повернулся к Эрену, который все еще удивленно смотрел на окружающую их суету. Внутри у Эрена все сжалось. День благодарения… Он совсем забыл. Глупо вышло. Наверное, у мужчины были другие планы, семья, с которой он хотел провести этот праздник. «Какой же я идиот!» – с досадой подумал парень, чувствуя, как радость от встречи сменяется острым разочарованием. Он испортил все. Испортил праздник Леви. В горле встал ком, хотелось провалиться сквозь землю. Он виновато посмотрел на Леви, ожидая упрека, но тот… просто смотрел на него, и в его глазах светилось что-то… непонятное. Мужчина посмотрел на Эрена, в его стальных глазах читалась какая-то странная смесь эмоций, которую парень не мог расшифровать. – Ты чего такой кислый? – спросил Леви, слегка склонив голову набок. – Только не говори, что подумал, что я с семьей праздновать буду этот праздник фанатиков? Эрен растерянно моргнул. – Ну… да, – пробормотал он, чувствуя, как щеки заливает краска. – Разве нет? Леви усмехнулся. – Нет у меня семьи, – ответил он, пожав плечами. – Кроме очередной кошки, которую мне всунула коллега. А она не очень-то любит шумные компании. У Эрена.. отлегло от сердца. Он и не заметил, как задержал дыхание. – А… – начал было он, но Леви перебил его. – Хочешь глинтвейна? – спросил он, кивнув в сторону одного из ларьков, откуда доносился пряный аромат. – Да, – с готовностью ответил Эрен, чувствуя, как внутри разливается тепло. Они подошли к ларьку, и Леви заказал глинтвейн и уже привычный латте. Пока продавец разливал горячие напитки по бумажным стаканчикам, парень не мог отвести глаз от мужчины. При свете гирлянд его лицо казалось еще более выразительным, а стальные глаза – почти светящимися. – Держи, – сказал Леви, протягивая ему стаканчик. Эрен осторожно взял глинтвейн, стараясь не обжечься. Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и по телу парня пробежала легкая дрожь. – Спасибо, – прошептал он, поднимая глаза на Леви. Мужчина смотрел на него, и в его взгляде читалось что-то… нежное. Или Эрену это просто показалось? Он отвел взгляд, делая глоток горячего напитка, который приятно обжигал горло. – С Днем благодарения, Леви. - вырвалось с его уст. – И тебя, сопляк. Они нашли свободную скамейку и присели. Мужчина, наконец, сделал большой глоток своего напитка и тут же закашлялся. – Какая гадость. – пробормотал он, с отвращением морщась. – Твой кофе в сто раз лучше этой… – Леви на мгновение замолчал, проводя мысленный анализ и стараясь лучше подобрать слова, – .. блювотины коровы в сахаре. – Мне стоит вас поблагодарить? – спросил парень, с трудом сдерживая смех. – Хорош с благодарностями, – буркнул в ответ, вытирая рот тыльной стороной ладони. – Сегодня праздник в честь благодарения, – с наигранной серьезностью ответил Эрен. – Поэтому… спасибо, Леви. Аккерман фыркнул, закатив глаза, но парень заметил, как уголки его губ едва заметно дрогнули. Глупая улыбка парня, его наивность и прямолинейность почему-то вызывали у Леви не раздражение, а какое-то странное, непривычное тепло. Эрен, заметив перемену в лице Леви, почувствовал, как внутри разливается волна радости. Эта маленькая, почти незаметная реакция говорила ему гораздо больше, чем любые слова. Он украдкой посмотрел на профиль мужчины, очерченный мягким светом гирлянд. Внезапно парень понял, что готов на все, чтобы видеть эту легкую улыбку, эти прищуренные глаза, это едва заметное смущение снова и снова. В груди что-то сжалось, и он впервые за все это время позволил себе подумать, что, возможно, его чувства не безответны. Эта мысль, хрупкая, как снежинка, вспыхнула в его сознании, даруя надежду и заставляя сердце биться еще сильнее. Он сжал в руке стаканчик с глинтвейном, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. "Спокойно, Эрен, спокойно", - мысленно уговаривал он себя. - "Не торопи события". Но улыбка сама собой появлялась на его лице, отражая рождающуюся внутри тихую, робкую радость. — О, кстати! – воскликнул парень, лихорадочно шаря по карманам в поисках мобильника. Найдя его, он включил экран и, довольно улыбаясь, протянул Леви. – Смотрите! – И ты думаешь, мне интересно смотреть на фото какого-то засранца? – проговорил Аккерман, еще крепче сжимая в руках стаканчик с остывающим латте. Хоть какое-то применение этой сладкой бурде. – Не-а, – хитро прищурился Эрен. – Но вы же удивитесь, если я скажу, что этот засранец на фото – я? Он поднес телефон ближе к лицу Леви, чтобы тот мог получше рассмотреть изображение. – И какого года эта фотка? – спросил тот, вглядываясь в фотографию. – Ам… кажется, она была сделана лет пять назад… – задумчиво протянул Эрен. – Точную дату не помню. На фото был запечатлен улыбающийся во все тридцать два зуба подросток, загорелый и разительно отличающийся от нынешнего Эрена. Глаза все те же, поэтому лишь по ним можно было сказать, что это точно он. Его обнимал пухлый друг с копной растрепанных светлых волос. Да, Армин тогда любил поесть сладкого на школьных переменах или заглянуть в KFC после уроков. Леви внимательно изучил фотографию, сравнивая подростка с сидящим рядом парнем. – Ну-с, только патлы отрастил, – наконец произнес он. – А мордаха такая же глупая. – Эй! – возмутился Эрен, чувствуя, как щеки вспыхивают от смущения и негодования. Внутри все кипело от противоречивых эмоций. С одной стороны, ему было приятно, что Леви обратил внимание на фотографию и даже нашел сходство между ним и тем подростком. С другой – обидно было слышать про «глупую мордаху». Он хотел возразить что-то остроумное, но не подобрал слов, поэтому просто хмыкнул. Они медленно шли по аллее, потягивая свои напитки и иногда поглядывая на толпу людей, танцующую под какую-то рождественскую песню. А ведь только наступил первый месяц зимы. Куда они так спешили - было непонятно. В какой-то момент, когда молчание стало затягиваться, мужчина остановился у ларька с украшениями, рассматривая блестящие елочные шары и другие праздничные игрушки. Эрен тоже остановился, но держался на расстоянии, не решаясь нарушить молчание. – Нравится? – спросил Леви, не оборачиваясь. – Что? – рассеянно переспросил парень. – Шары, – пояснил Леви, кивнув на витрину. – А… да, – пробормотал Эрен, не особо вглядываясь в разноцветные шары. – Купить что ли… – задумчиво произнес Леви, прищурившись, словно оценивая достоинства очередного шара. – Вам? – удивился Эрен. – Кошке, – ответил Леви. – Пусть порадуется. Эрен не знал, шутит Леви или говорит серьезно про подарок кошке. Но когда мужчина действительно подошел к витрине и, придирчиво осмотрев сверкающие шары, выбрал один – матово-черный с едва заметным серебристым узором, – Эрен невольно улыбнулся. Неужели правда кошке? Эта мысль показалась ему трогательной и немного забавной. – Ты будешь брать что-то, сопляк? – голос Леви вернул его к реальности. – А… даже не знаю, – Эрен рассеянно осмотрел пеструю витрину, переполненную блестящими игрушками, гирляндами и фигурками. Глаза разбегались от обилия красок и форм. Вдруг его взгляд остановился на небольшой фигурке титана, на голову которого была нелепо надета красная рождественская шапка Санты. Это был персонаж из игры, в которую Эрен часто рубился с Конни, Армином и даже – о, ужас! – с Жаном. Улыбка сама собой расплылась на его лице. Он взял фигурку в руки, ощущая приятную тяжесть прохладной керамики. Вот оно! – Ну и ну, – Леви с нескрываемым удивлением разглядывал титана в руках Эрена. – Серьезно? Накаченный мужик с шапкой Санты? – А что? – он пожал плечами. – Он прикольный. И это не мужик, а титан. – Прикольный, – медленно повторил мужчина, словно пробуя это слово на вкус. Его взгляд скользил по фигурке, задерживаясь на деталях: грозной морде титана, нелепой шапке, сдвинутой набок. – Ну что ж, у каждого свои странности. Он повернулся к продавцу и расплатился за свой черный шар и этого… титана. Пока продавец упаковывал покупки, Леви снова посмотрел на Эрена, встретившись с ним взглядом, на что сопляк тут же отвернулся, а и без того розовые щеки из-за мороза стали еще ярче. «Сопляк», — подумал он и на его лице мелькнуло что-то похожее на… улыбку? Или Эрену показалось? Он отвернулся, чувствуя, как сердце забилось чаще. Внутри разливалось тепло, смывая остатки неловкости и сомнений. Возможно, эта прогулка закончится не так уж и плохо. Когда продавец закончил упаковывать покупки и протянул их Леви, тот взял фигурку титана и молча вручил ее Эрену. – Спаси… – начал было парень, но внезапный приступ кашля прервал его на полуслове. Он согнулся пополам, судорожно хватая ртом воздух. Леви, до этого момента сохранявший иронично-отстраненное выражение лица, мгновенно изменился. Беспокойство отразилось в его глазах, он сделал шаг к Эрену. – Эй, ты чего? – резко спросил он, готовый поддержать парня, если тот потеряет равновесие. Эрен, борясь с удушающим кашлем, с трудом достал из кармана ингалятор и сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь притупить спазм. Через несколько секунд приступ отпустил. – Извините, – прохрипел он, выпрямляясь и пряча ингалятор обратно в карман. Он посмотрел на Леви, чувствуя себя неловко из-за своей слабости. Ему не хотелось, чтобы кто-то и особенно Аккерман видел его таким – беззащитным и больным. Он поспешно взял фигурку титана из рук мужчины, стараясь скрыть смущение за притворным равнодушием. – Спасибо, – тихо произнес он, избегая встретиться взглядом с Леви. Внутри все еще трепетало от неожиданного подарка, но теперь к этой радости присоединилось горькое чувство стыда. – Не знаю, что происходит в твоей голове, сопляк, – неожиданно начал Леви, когда они вновь пошли по алее. Его голос был тихим, почти ровным, но в нем слышалась какая-то новая, непривычная интонация. – Но не стыдись этого, особенно передо мной, усек? Эрен удивленно поднял голову, не ожидая подобных слов. Он смотрел на спину Леви, пытаясь понять, что скрывается за этой фразой. Мужчина остановился и повернулся к парню. Его взгляд был серьезным, пронзительным. В нем не было ни капли прежней иронии или насмешки, только внимательность и… понимание? – Ты думаешь, я буду смеяться над твоей астмой? – тихо спросил он, делая шаг навстречу Эрену. – Или что я считаю тебя слабаком? Эрен молчал, не зная, что ответить. Он и сам не понимал до конца, почему так смутился из-за приступа кашля, почему так старался скрыть свою слабость от него. Возможно, дело было не только в астме, а в чем-то большем, в том, что он боялся показаться этому человеку несовершенным, недостойным его внимания. – Забудь, – Леви мягко коснулся его плеча. – Не нужно ничего скрывать. Ты такой, какой есть. И это нормально. Его слова прозвучали неожиданно тепло и искренне. Эрен почувствовал, как напряжение, сковывавшее его все это время, начало отступать. Он поднял глаза и встретился со взглядом Леви. В этом взгляде было что-то, что заставило его сердце сжаться. Что-то похожее на… принятие? На нежность? – Спасибо, – прошептал Эрен, чувствуя, как к горлу подступает ком от переполнявших его эмоций. – Я… я ценю это. Огни праздничной иллюминации стали гореть ярче, контрастируя с постепенно темнеющим небом. Эрен, все еще немного смущенный, но уже гораздо более расслабленный, шел рядом с Леви, невольно поглядывая на него. – Темнеет, – заметил Леви, подняв голову и посмотрев на небо, которое уже начало окрашиваться в глубокие синие тона. – Пора закругляться. – Да, наверное, – согласился Эрен, чувствуя легкое сожаление. Они развернулись и пошли обратно по аллее, мимо сверкающих витрин и празднично украшенных ларьков. На этот раз молчание между ними не было тягостным. Оно было наполнено каким-то тихим пониманием, словно незримая нить связала их вместе. – Расскажи мне про эту… игру, – неожиданно попросил Леви, кивнув на фигурку титана, которую Эрен все еще сжимал в руке. Эрен удивленно посмотрел на него, не ожидая такого вопроса. – А… ну, это онлайн-игра, – начал он, немного запинаясь. – Там нужно сражаться с титанами, выполнять разные задания… В общем, ничего особенного. – А этот, с шапкой, – Леви усмехнулся, – он сильный? – Довольно, – воодушевился Эрен, забыв о смущении. – У него мощная атака, и он может… Он увлекся, рассказывая о тонкостях игровой механики, о разных типах титанов, о стратегиях боя. Леви внимательно слушал, иногда задавая вопросы, и Эрен с удивлением обнаружил, что ему нравится делиться своими увлечениями с этим, казалось бы, таким строгим и замкнутым человеком. Они говорили о фильмах, о музыке, о книгах, и Эрен с каждым словом чувствовал, как невидимая стена между ними рушится, уступая место чему-то новому, еще неопределенному, но очень приятному. Он рассказывал ему о своих друзьях, о своих мечтах, о своих страхах, и даже рассказал, как чуть не столкнулся с буллингом в средней школе. Леви понимающе кивал и внимательно слушал парня, проникаясь рассказом. Когда Эрен услышал не самые мягкие слова о тех ребятах, которые подкалывали парня из-за его особенности, из уст мужчины - осознал, что Леви действительно было не все равно. Он слушал и слышал его. Когда они дошли до входа в парк, где яркие огни фонарей смешивались с мягким свечением уличных гирлянд, Эрен заметил, как одинокая снежинка, кружась в воздухе, опустилась на щеку Леви. Она растаяла почти мгновенно, оставив после себя крошечную влажную точку. Затем упала еще одна, и еще. Первый снег. Эрен завороженно наблюдал за этим зрелищем. Снежинки, словно маленькие белые звездочки, падали все чаще, кружась в воздухе в причудливом танце. Они оседали на темных волосах Леви, на его плечах, на ресницах. – Смотрите, – прошептал Эрен, не отрывая взгляда от падающего снега. – Первый снег. Леви поднял голову, и на его лице отразилось что-то похожее на удивление. Он протянул руку, и снежинка опустилась на его ладонь. На мгновение она замерла, сверкая, словно крошечный бриллиант, а затем растаяла, оставив после себя лишь каплю влаги. Внезапный порыв ветра пронесся по аллее, закружив снежинки в вихре. Эрен невольно поежился, чувствуя, как холодный воздух проникает под куртку. Он машинально прижал руку к горлу. Леви заметил этот жест. Он слегка нахмурился и, не говоря ни слова, размотал свой шарф и аккуратно обмотал его вокруг шеи Эрена. Парень замер, чувствуя тепло шарфа на своей коже. Он поднял глаза на Леви, и в его взгляде было столько благодарности и… нежности, что мужчина не выдержал и тихо фыркнул, отворачиваясь. – Не забивай голову глупостями, сопляк, – пробормотал он. – Просто… не болей. И спасибо, было здорово. И в тот момент Эрен понял - он влюбился. Вот так глупо и бесповоротно.