Плата за мечту

Жизнь на волоске. Дыхание перехватила пара громких слов из-за спины: «Ложи его на пол и повернись лицом ко мне», — всё тот же голос и знакомый командный тон. Щелчок курка эхом раздался в голове Марселя. Они в полной западне и враг жалеть не станет, что доказывает учесть Алины. Не следуя указаниям парень обернулся, держа на руках Алексея глянул в глаза начальнику. Холодные, жестокие, повидавшие не одну раздавленную судьбу. Пока Лёша в состоянии шока, на него надеяться бесполезно, и сбежать тот сам не сможет. В голове плыл состав разнообразных мыслей, начальник же повторил свой приказ, но за тонким процессом планирования Марсель не заметил этого. Оглушительный залп ударил по барабанным перепонкам и вырвал его из долины размышлений. В миг левое плечо откинуло назад, и под тяжестью своего веса, а так же тела в руках, черноволосого опрокинуло на пол. Лёша упал и откотился на метр от него, маска товарища разбита и валяется неподалёку. В голове чёткое осознание: «Я поймал пулю», — но о масштабе катастрофы не было даже представлений пока внимание самопроизвольно не перекинулось на источник адской боли. Глядя на левое плечо, мозг долго не мог воспринять сам факт отсутствия половины конечности. Осталась лишь часть плеча, немного выше локтя, ещё и кровь пульсируя вырывалась наружу с нарастающими болевыми ощущениями. — Твою мать, как же так!? — стиснув зубы вырвалось изо рта, взгляд прикован к той самой жидкости, без которой он будет безмолвным гниющим трупом. — Ты не приучен слушать выше стоящих, бунтарь, но ничего, я исправлю это, — продолжая спокойно держать в согнутой руке ствол, начальник стал приближаться к нему. — Лёша, вставай, — обратился дрожащим от боли и шока голосом, после чего кратно повысил тон. — Вставай блять! Однако лицо беловолосого неизменно, он будто находясь в трансе глядел на друга едва раскрытыми глазами. По щеке били капли дождя, которые сползая больше походили на слёзы. Тогда то чернявый решил не падать духом и взять ситуацию под контроль. В ушах звон, последствия громкого шума на повышенной чувствительности импланта. Дрожащим пальцем касаясь, стал понижать уровень восприятия до приемлемого значения, пока даже поступь начальника не стала едва слышимой. Боли больше нет, система подавила её в ампутированной конечности. Ноги не слушаются ещё и тело запачкано красным. Касаясь пальцами бока, он заметил кровавые следы и ощутил жжение. Не успел тот что-то предпринять, как большой, тяжёлый ботинок наступил ему на грудную клетку. Начальник направил на него ствол пистолета и бросил. — Лежи смирно, одно движение и ты уснёшь навсегда, — резко отвернув голову к воякам позади, подозвал к себе специалиста. — Эй, помоги ему не истечь кровью. — Есть! — шустро ответил ему молодой медик. Глаза Марселя постепенно слипались всё глубже бросая его в состояние сна. Рука даже перестала слушаться. Медик подбежал и поблизости присел на колено, лазерным скальпелем выравнил срез плеча, а после медицинской заглушкой перекрыл выток крови. Полость заглушки позволяет путям артерий и вен не проливать кровь зря, а продолжать циркулировать, но в реалиях уменьшенной конечности. Медик поднял взгляд из под лба и обратился к начальнику. — Господин, уберите ногу, нельзя создавать давление, ему шрапнелью порвало бок. — Шрапнель, как же долго играться теперь выковыривая эти мелкие кусочки, — убрав ботинок тот спрятал пистолет в широкую кобуру на боку, прямо под плащом. — Оставляю это шимпанзе тебе, отвечаешь за его жизнь головой. — Но я не могу гарантировать успех, ситуация тяжёлая, ещё и условия полевые, — медик напрягся и заволновался. — Аптечка при тебе, голова пока тоже, можешь делать тут с ним что вздумается, а остальные лбы тебе помогут, — равнодушно уходя обратно в здание жестом подогнал к нему охрану. — Вот блин, тогда нужно действовать быстро. Рука потянулась к аптечке, вонзив кисть в выемку, пальцевый наконечник отцепился, вместо него соединился нужный модуль, второй же рукой перевернув Марселя на другой бок, стал проводить операцию по извлечению предварительно введя анестезию. Трогая свой висок, тот активировал мед имплант и сразу подключился к системе контроля состояния пациента. Понимая как и где проходят пути электронных и био компонентов, ему удалось определить траектории раневых каналов. Маленьким алмазным скальпелем раскрыл небольшие ранки и тонким пинцетом вытащил осколки снаряда. Быстро обратив внимание на лицо, заметил, что Марсель засыпает. — Эй, дружок, не спи, мне сейчас нужно, чтобы ты был в сознании. — Ничего не обещаю, — тяжело взглатывая слюну ответил. — Расскажи мне какую-нибудь историю, чтобы не уснуть, — заговаривая зубы продолжил ковыряться в теле пострадавшего. — Я ничего не знаю, не могу вспомнить, — делая паузы, обдумывая каждое слово отвечал Марсель. — Тогда давай я расскажу. Вдох. И он на самом деле стал рассказывать мне свою студенческую историю. В него влюбилась одна девушка, которая ему сильно нравилась, хотя она и была далеко не подарком. Помимо скверного характера и вредных привычек оказалось, что у неё был кавалер. Девушка фанатела от таких рискованных отношений на стороне, однако он как на зло узнал правду слишком поздно. Однажды она поцеловала его прямо у парадного входа в вуз, а её ухажёр то всё засёк. Получила не девка, а будущий медик. Лицо разбили в кровавое месиво и опозорили перед всем учебным заведением. Выдох. Поэтому сейчас за маской врача у него искусственное лицо. Он так же молвил в конце истории: «Раз я пережил такой позор и страшные увечия, то и ты переживёшь», — правда я бы не сказал, что ощущаю позор. Я осознаю проблему нашей команды, мы были не готовы, но клюнули на такую жирную рыбку. Алина погибла, а наша судьба под большим вопросом. Знал бы я, что всё так обернётся, никогда бы не согласился тащить ребят на это самоубийство. Вдох. Мне кажется он уже зашил мои раны, ведь охрана куда-то тащит меня. Глаза едва открыты и вижу я всё лишь мельком, но понимаю к чему всё идёт. Это кабинет чей-то и уже знакомая мне морда. Начальник чего-то хочет от меня? Ощущаю спиной твёрдую поверхность, наверняка на стол положили. Выдох. Осматривает меня и что-то говорит, но что, понять бы, а то голоса лишь гудят в голове, словно пчёлы. Лёша на стуле возле меня, сидит будто совсем сонный, прям как я. Тянусь рукой к нему, но не вижу где она, ой точно, мне ведь оторвало руку. Алекс поднял взгляд и заметив начальника вспылил, попытался ударить, но охрана его поймала и прижала к стулу. Его бьют ножом? А нет, ему ковыряют что-то в голове, не могу понять зачем. Вдох. Может я уже могу уснуть? Как бы спросить у них это? Выдох. Марсель попытался подняться и начальник тут же среагировал. Рукой слегка прижимая не дал сделать ему этого и продолжил вести диалог с Лёшей, который выглядел убитым. — Вы обчистили добрый десяток грузовых поездов, какое добро вы сделали этим!? — крепко зажимая сигару в зубах продолжил. — Ничего кроме прогрессирования заразы в мегаполисе, вы не принесли, или может часть инвалидов трущоб стали полноценными людьми!? — Ты и такие как ты всё равно ничего не поймёте, ведь вы уже давно забили на обычных людей, — опустив взгляд отвечал беловолосый. — Это отребье считать за людей - чистое преступление. А что насчёт твоей мотивации гадить, неужели эта шафка была так дорога? — начальник усмехаясь встал одной ногой парню на колено и поднял голову подцепив пальцем подбородок. — Ты что-ли совсем потерял цену человеческой жизни, грязная свинья!? — сорвался тот находясь в совсем жалком положении. — Цена человеческой жизни!? — хохоча мужчина отошёл, а потом зажав в пальцах сигару стал рассматривать её и продвигать своё видение. — Люди - это солдаты, рабочая сила, инструмент, они и сами не против такой роли в обществе, ведь готовы отдавать своё время, жизнь ради грёбаных бумажек, а что касается конкретно твоей подруги, я сейчас же могу за дёшево купить сотни таких же секс кукол, с её лицом, характером и личностью. — Заткнись, сколько же мерзости льётся из твоего рта! — выкрикнул Лёша, чьи глаза налились злобой и чистейшей ненавистью. — Переставай строить глазки, я бы вас на месте убил, но вы мне нужны, увы, — медленно потушил сигару об его плечо. — А теперь вшей второму. После этого Марсель окончательно потерял сознание. Сны в последние года два, полностью пустые. Ночь полна тьмы и мрачного одиночества, ведь перед глазами буквально чёрная пелена. Хоть несмотря на это он и отдыхает, как морально так и физически, но утром ощущение не лучшее. Очнулся парень из-за холодных капель бьющих по щеке. Лениво распахивая глаза, стал подмечать незнакомые интерьеры, старую мебель гниющую из-за переизбытка влаги, сырые, порослые мхом обои и полнейшую разруху. — Что за чёрт, — тяжело поднимаясь он потянулся рукой к тумбе, по привычке, совсем забыв, что вчера лишился её. — Ах, точно, но где я? — Проснулся наконец, — послышался голос позади. — Кто ты? — резко обратив внимание на мальчика спросил тот. — Белые волосы, неужели, Лёша? — Не узнал, да? И правда, Алексей выглядел совсем иначе. От их спец костюма не осталось и следа, жилет и штаны изодраны, а на плечах накинуто старое пальто. Волосы не белоснежные, как было ранее, а отдавали лёгкой желтизной из-за налипшей грязи. Но не это тревожило больше всего, а то, что один глаз скрыт за мед пластырем. На глянцевой этикетке яркий символ частной охранной компании, с которой они столкнулись. Так же возле глаза, в области виска всё скрыто изолирующим медицинским материалом. Алексей изуродован и в данный момент ему тяжело даётся осознание этого факта, а так же потеря подруги даёт о себе знать. — А со мной, что они сделали со мной!? — слегка встревоженно спросил глядя на Алекса. — Да ты в полном порядке, хоть на свадьбу играй, по сравнению со мной, — всхлипывая он вытирал сопли. — Они забрали её, вырезали мой привод и искалечили до неузнаваемости. — Так, постой, мне нужно прийти в себя и собраться с мыслями, — Марсель поднялся с кровати, держась за стену прошёл в коридор. Ему хотелось поскорее внести свежести и развеять туман нависший над сознанием. Дверь в ванную сломана, аптечка разодрана в клочья, а под умывальником сгнившее до костей тело. Раковина забита и благодаря дырам в потолке воды набралось почти до краёв. Встав напротив треснувшего, пыльного зеркала, он осмотрел своё лицо. Всё и правда было нормально, чего нельзя сказать о теле, на нём уйма повязок. В процессе осмотра парень заметил, что награбленные диски никуда не делись, сумка полная. Радует, что Алина отдала жизнь не напрасно, я обязан сохранить диски. Нужно проверить их состояние и сбыть поскорее информатору, чтобы получив хоть какую-то выручку попытаться встать на ноги. Сейчас самое главное не спускать глаз с Лёши, а то он может что-то учудить. Окуная руку в прохладную, но грязную воду, он провёл по своему лицу, словно окунувшись в воспоминания. Знакомство с Алексеем оставило довольно яркое пятно в памяти. Как мрачное, в большей степени, так и положительное. Когда трущобы ещё доживали свои последние дни с цивилизованным обществом, Марселю и Алине поручили посетить школу-приют возле пристани. Уже тогда эти двое состояли на службе в команде "вестников" фонда обеспечивающего благотворительную помощь пострадавшим. Каждый из "вестников" на службе имеет полный комплект модификаций по его специализации. Зачастую им поручали решать в разной степени грязные дела. Я помню тот день так, будто он был вчера. Пристань, к которой мы пришли, у самой школы, отблёскивала чистотой в лучах палящего солнца. Воспитатель следила здесь за порядком так, будто приют и есть её родной дом. Сын женщины так же работал там, и сачком вылавливал мусор из реки, когда в этом ещё был смысл. Тогда мы подошли к ней, проходя прямо через облепленные детскими наклейками двери. На красном дереве те рисунки выглядели весьма неплохо, разбавляли однотонный фон. Детей нет, будто урок закончился раньше положенного времени. Учитель и медик осматривают оставшегося ребёнка, и вокруг кроме них никого не было. Мальчик чуть моложе меня, на тот момент лет 12, смазливое лицо, пепельно-белые волосы. Мы с Алиной решили подождать у входа когда с возникшей проблемой разберутся, но учитель лишь завидев нас подошла. — Чем я могу помочь? — спросила она довольно приятным и милым тоном. — Мы хотели поговорить с вами насчёт Алексея Новикова, на него кандидатов ещё не нашлось? — слегка взволнованно спросил я, мне не доводилось до этого проходить процесс усыновления. — Алёша свободен, но знаете, он довольно проблемный ребёнок, может желаете кого-нибудь другого выбрать? — неловко улыбнулась и подозрительно поглядывая на медика уточнила она. — У нас есть желание поговорить именно с ним, если и выбирать другого ребёнка, то может уже в другом приюте, — блеф, мерзкий приём, но кажется я выглядел чертовски убедительно. — Ох, ну, я не знаю, может всё-таки... — Я настаиваю, давайте пройдём к ребёнку. Аккурат в этот момент медик подошёл к нам и отчитался преподавателю о том, что его жизни уже ничего не угрожает. Нас это самую малость насторожило, но давать заднюю не планировали. Женщина тяжело вздохнула и подозвав нас пальцем подошла к мальчику. Первое, что я заметил - слёзы, он плакал так же, как сейчас, аж сопли стекали из носа. Но проблема ведь была не в этом, не из-за этого вызывали скорую, а из-за руки. На неё наложили бинты, но даже так, сквозь бинты видны пятна крови. — Что случилось, Лёша? — удивлённо глядя на скрытые под марлей раны спросил я. — Он не станет говорить с незнакомцами, не любит, — она приобняла его как своего сынишку. — Он боится их. — И всё же нас боятся не стоит, мы твои новые опекуны, — я пытался наладить контакт, но он не поддавался и закрыв глаза спрятался за руками своей воспитательницы. — Может я могу ответить на ваши вопросы вместо него? — вступилась женщина. — Можете, ведь мне не принципиально из чьих уст будет звучать правда. — Тогда давайте отойдём. Она отпустила его и тот остался сидеть на учительском кресле разглядывая израненную конечность. Мы с воспитателем отошли на кухню, там сейчас никого не было, и это идеальное место для личных разговоров. Правда за всей этой суматохой я потерял Алину, но это меня особо не заботило, не маленькая ведь. Женщина посмотрела на меня и коснувшись своей шеи сказала. — Его руки, они были проколоты в нескольких местах чем-то острым, — очевидно подавляя волнение она вдохнула ещё порцию воздуха. — Скорее всего проблемы с психикой обострились... — Он болен? — Лёша всегда был в меру улыбчивым, умным и активным мальчиком, но ему никак не удавалось наладить общение со сверстниками. — Это не признак отклонений. — Помимо этого дети части издевались над ним, начиналось всё с невинных шалостей, заканчивалось слезами и истериками. — она подошла к раковине и взяв стакан выпила чистой воды. — Вы пытались как-то повлиять на это, чтобы смягчить вред других детей на его психику? — Я стараюсь не вмешиваться в дела детей, ведь они же, сами понимаете, часто делают всякие глупости, за которые их наказывать было бы бессмысленно, — глянув на меня она успокоилась и продолжила. — Я это к тому, что они бы продолжили это делать и я никак на это повлиять не могла, такой уж он мальчик. У меня возникло ощущение, что в этой ситуации что-то не чисто, слишком "красиво" всё складывается. Я держа в голове её историю вернулся в класс и заметил, что Алина каким-то чудом смогла разговорить мальчика. Они мило болтали о растениях сидя по разные стороны учительского стола. Моя напарница обычно немногословна, да и я не видел, чтобы у неё была тяга к детям, однако в этой ситуации она расцвела. Я понадеялся, что ей удалось хоть что-то узнать из первых уст, ведь я эта женщина явно темнит. Так же стоит связаться с командованием для уточнения обстоятельств, ведь ситуация непредвиденная и довольно серьёзная, ребёнок с отклонениями нам не нужен. Я подошёл к ним и Лёша смотрел на меня уже совсем иначе, на лице лёгкая улыбка, словно другой человек, и лишь мокрые глаза напоминали о былом. — Алексей, может скажешь нам, что случилось, почему ты решил причинить себе вред? — осмотревшись я заметил, что преподавателя рядом не было. — Мы воспитателю не скажем. — Я, скажу только если вы пообещаете, — глядя на меня своими наивными глазками, я не мог ему отказать в этом. — Хорошо, я обещаю, это останется между нами тремя. — Нет, двумя, может Госпожа Алина уйти? — он посмотрел на неё с тем же взглядом. Её лицо окинуло удивлением, но повинуясь его просьбе она отошла в сторону и стала осматривать маленькие фигурки рыбок на полках. Я не всматривался в них, но эта полка была полна всяких морских обитателей. Подвинув голову к мальчику, я внимательно следил за его эмоциями и потоком информации. — Я сделал это не просто так, — он коснулся пальцами бинтов и слегка скривился от боли. — Тогда зачем ты сделал это? — я напрягся и наклонился к нему, чтобы лучше вникнуть в суть его слов. — Я это сделал по просьбе Киры, когда мы оказались наедине. — Кира? — это не имя преподавателя, значит кто-то из детей причастен. — Кто такая Кира? — Она учиться со мной в одном классе и, — он немного засмущался, но обратив внимание на Алину румянец спал. — Я часто делал вещи, которые должны были привлечь внимание Киры, но сегодня она сама позвала меня в туалет, на перемене. — И что было дальше? — Кто-то снаружи закрыл дверь, а она сняв колпачок с ручки дала мне и сказала проколоть десять дырочек и тогда я смогу поцеловать её. — И ты сделал это? — я откровенно не мог представить себе эту картину, поэтому уточнил. — Но как, это ведь чертовски больно... — Мне было интересно узнать каково это, а о боли я тогда не думал, — он пальцем указывал места на бинте где пробил кожу. — Но когда я сделал несколько ранок, она стала вопить "Как это мерзко" и просто сбежала не выполнив обещание, ещё и рассказала воспитателю, что нашла меня в туалете израненного. Получается всему виной Кира и его естественный интерес к неизвестному, однако меня смущает как он беспрекословно стал выполнять опасные для собственной жизни действия. Помимо этого что-то не сходится, ведь старуха говорила, что у него проблемы с общением, нет друзей, но Кира ведь контактировала с ним и он даже доверился ей. Значит на деле ситуация не так страшна, но зачем очернять образ перед новыми опекунами? Аккурат в этот момент учительница заглянула к нам, и пройдя рядом встала напротив, отделив меня от мальчика. На её морщинистом лице возникла фальшивая улыбка, которую я уже видел ранее. — Давайте осмотрим другие варианты? — Мы пришли сюда за ним, значит его и возьмём, — я подозреваю, что беда с башкой тут лишь у неё, поэтому решаю настоять и для подстраховки кладу руку на рукоять торчащую из набедренной кобуры. — Неужели вы готовы и дальше требовать усыновить Лёшу даже зная о его проблеме? — улыбка улетучилась и всплыла явная растерянность. — Нет у него никаких проблем, мать вашу, зачем продолжаете лгать? — она аж пошатнулась услышав мои слова, после чего медленно взглянула на мальчика. — Я не отдам его вам, вы не опекуны, а убийцы! Ваш фонд только так и работает, — нервно брызгая слюной в порывах злостных эмоций, она направила палец на мою кобуру. — А над беззащитными детьми наверняка ставите опыты! Я ничего не мог возразить, ведь сказанное ею находилось недалеко от правды. Фонд в основном известен своими благотворительными миссиями, но слухи разной степени бредовости ходят вокруг нашей деятельности. Некоторые ближе всего подобрались к истине. Алексей нам нужен был для эксперимента с вживлением привода, а для этой цели лучше всего подходит чистый, молодой организм. Однако уходить с пустыми руками я не намерен был, и тогда приготовился даже в расход её пустить. Повезло, что Алина вовремя подоспела. Подобрав нужные слова, ей удалось разрешить ситуацию, успокоить женщину, хоть и для этого пришлось местами приврать. Окунаясь в воспоминания я смог ненадолго уйти от жестокой реальности, в которой одного из членов нашего отряда нет, а сам факт существования поставлен под угрозу. Как мы будем отчитываться о столь крупных потерях руководству, а самое главное, как нам компенсировать всё это. Вопросы очень тяжёлые, в голову ничего не лезет. Думаю стоит сосредоточиться сперва на спасении. Медленно выходя из ванной, Марсель обратил своё внимание на товарища, а тот совсем плох. Сидя на кровати с опущенной головой, остатки пальцев же впивались в матрас, будто желая выплеснуть злобу. Было чёткое понимание кого тот винит в произошедшем, а значит нужно всё решить здесь и сейчас. Становясь напротив, он обратился к другу. — Давай, выскажи всё мне прямо в лицо. — У тебя ещё хватает наглости с таким тоном обращаться ко мне, — подняв взгляд, тот посмотрел в глаза Марселю. — Если бы ты помог мне открыть сраную дверь, мы бы смогли спасти её, а так же сохранить привод. — Мы шли на это дело с чётким пониманием, что потерь нам не избежать, однако масштаб этих потерь решался на основе наших решений. — Ты намекаешь, что брось я её тогда, мы бы смогли свалить двое в целости!? — эмоции взяли верх и Алексей резко подорвался с кровати встав напротив бывшего друга. — Козёл ты блять, вот кто! — А в чём я не прав? — с горечью закрыв глаза осознал, что их дружеские отношения уже уничтожены, продолжил спор. — Исходя из твоего плана мы бы пришли сюда, все стал бы инвалидами и ушли домой с пустыми руками. Сколько ресурсов было бы потрачено на наше восстановление. — Ты то я посмотрю сейчас с самыми полными "руками" тут стоишь, — бросив грязную шутку про отсутствие руки Марселя, парень отвернувшись отошёл назад. — Так или иначе, у меня в подсумке крупное количество дисков, может и из твоих погорелых удастся что-то достать. — И ведь даже сейчас ты думаешь о деньгах, — резко взглянув Марселю в глаза, на его лице читалось отвращение к тому, на кого он смотрит. — Значит тот свин был прав насчёт людей, ты считаешь прямо как он. — О чём ты? — с недоумением спросил тот. В памяти не осталось тех событий, которые он пережил находясь под анестезией. — Не важно, главное, что я понял чем ты дышишь. Я понимаю его эмоции, ведь раньше был таким же эмоциональным и не рациональным, однако сейчас я осознаю, что других вариантов у нас не было. Вернись мы домой пустые, но искалеченные, то "Ди" расформировал бы наш отряд и из-за проблем снабжения восстановил бы лишь самого важного члена. Я или Алина остались бы инвалидами неспособными удовлетворить даже собственные потребности, он то с приводом находится в категории приоритетно важных. И всё-таки операцию с большой долей вероятности повторили бы, ведь данные в этом банке данных крайне важные. Сейчас они помогут нам обзавестись деньгами и возможностью сотрудничать с организацией информатора. А что касается Алины, я ценил её, но понимал, что с нашим родом деятельности рано или поздно подобное случиться. Марсель один из первых поступил на службу, он застал Алину ещё на вступных, когда она проходила психологическую проверку, экзамен специализации и тест на переносимость комплекса имплантов. По результатам она превзошла многих и рангом встала выше. Кто бы мог подумать, что неосторожность в один момент сгубит такого ценного специалиста. Беловолосый ударил носком своего ботинка по низу входной двери, та приоткрылась и они вышли на коридор отеля. Под соседней дверью, забитой снаружи досками, лежал старик, без руки, напоминая тем самым Марселя. Поддерживает дед себя протезом, правда ужасно топорным и никак не похожим на кибернетический модуль. Лёша не обратил особого внимания на деда, но Марсель остановился разглядывая протез. — Чего хотел, молодой? — с явной одышкой поинтересовался мужчина. — Стало интересно где делают подобные приблуды. — На чёрном рынке городских не жалуют, поэтому вряд-ли сможете что-то найти там, — старик хитро усмехнулся и стал осматривать их с ног и до макушки. — А, точно, вас ведь люди Виктора сюда приволокли, не завидую я вам. — Ты случаем не помнишь о чём те говорили таща нас сюда? — встрял Алексей забыв о серьёзной обиде на товарища, но лишь на мгновение. — Так вы определитесь, что вам нужно и чем платить будете, — улыбка у него мерзкая, видно, что он так и желает извлечь выгоду из этой случайной встречи. — Я тебя понял, старик, — Марсель вытащил передатчик и протянул деду. — Эта штука поможет добраться тебе до места где сможешь пережить ещё не одну ночь в тепле и сытости, но получишь её лишь за всю информацию, которую знаешь. — Что ты... — беловолосый разинул рот и ненадолго даже потерял дар речи. — А откуда мне знать, что вы меня не обманываете пихая старый калькулятор? — внимательно следя за рукой Марселя спросил старик. — На нём есть карта, как и где найти убежище, а там по передатчику тебя узнают и встретят, — активировал дисплей и показал выстроенный маршрут к яркой красной точке. — Уговор? — Ну уговор, коль не шутишь. Тогда он нам рассказал каким маршрутом мы сможем добраться к убежищу чёрного рынка. Путь прямо через неблагоприятные районы города, но это тот самый шанс ухватить с собой ещё одну информацию, которая сможет перекрыть потери на миссии. О разговоре ЧОК, дед пообещал рассказать нашим специалистам уже в убежище и я согласился, ведь это приемлемый вариант, чтобы сейчас нам голову не забивать тонной информации.