Индивиды

Придорожное кафе — идеальное место для построения планов на ближайшие десятилетия. Среди серой массы угрюмых горожан, принимающих свой завтрак словно последний ужин перед казнью (которая представляла собой полный рабочий день понедельника), сидели два выделяющихся джентльмена. Ну как. Один им являлся уж наверняка. Мужчина в одежде в бежево-кофейных тонах заставлял смотрящего припомнить далёкие 50-е годы, когда всё население Англии дружно начало питать неимоверную любовь к жилетам, пальто и бабочкам — это полюбилось и Азирафаэлю — джентльмену, со строгостью изучавшего потрёпанное меню десертов. Лёгкая пухлость говорила о его любви к одному из главных, а также, по совместительству, лучших человеческих творений — еде. Мужчина слева был не настолько скромен в общественном месте, и без какого-либо стеснения раскинулся на весь стол. Вкус в одежде у него был тоже неплох: каким-то образом рыжеволосый смог собрать неплохой костюм из узких штанов, глянцевого пиджака и отполированных до блеска туфель. Его главной гордостью являлась змеиная пряжка на ремне, приятно подчёркивающая его тёмный, скользкий вид. — Кроули, — Азирафаэль взбудоражил старого друга, который, не обращая внимания на городскую шумиху, умудрился дремать. — Я слушаю, слушаю, — сонно залепетал тот в ответ. — Всё это, ну, дело, нам не аукнется? — Частично. А может, и нет. Кто знает? Нас это волновать не должно. Каждый сделал своё дело, зачем по этому поводу париться? Ешь блины, радуйся жизни. Пока можешь, — старый друг несколько растерянно пожал плечами. Никто не знал правды. Никто не мог предсказать будущего, по крайне мере, точно не они. — Да, но- — Сюзанн, кофе! — взмолился демон, в очередной раз растянувшись на столе. — Одну минуту, мальчики! — миловидная старушка вильнула бёдрами в сторону кухни, беззвучно что-то сказав посетителям за соседним столом. — Прекрасная дама, место ей бы у вас... Кхм, продолжай. — Ради всего святого, — блондин стыдливо потёр переносицу средним и указательным пальцем, — Тебе не составит труда выпрямиться? — Говори уже! Не будем же тут до вечера засиживаться! — Да-да, конечно. Так вот. Не думаешь ли ты, что в один прекрасный момент всё случившееся по нам ударит? В смысле, не оставят же офисы двух гуляющих по земле работников. У нас есть силы, можем сотворить чудо с чем угодно, но… Будет ли так всегда? — Конечно нет. Посидим тут век, второй, — тонкий палец лениво скользнул по краю пепельницы, — А потом о нас вспомнят. Угрозы пугают, но не думаю, что мы с тобой постарались до той степени, чтобы заставить все небеса и пучину ада трястись в холодном поту. Да и к тому же… Всё тайное становится явным. — Ты прав, однако, — Азирафаэль остановился, когда его собеседник выловил из внутреннего кармана пачку сигарет, — Ты куришь?.. — Нет, коллекционирую, а что? — с издёвкой ухмыльнулся он, — У всех свои хобби, не суди строго. Демоны не нуждались в курении. Их тела уже ничего не стоили — представляли собой оболочку прогнившей до самых корней грешной души. Такому псевдо-организму уже невозможно было навредить, однако, никотин до сих пор приносил желанный для курильщиков эффект. Нервы, конечно же, успокаивало, но разве после благополучной смерти может быть стресс? Конечно! Кроули терпеть не мог людскую суету. Мешки из кожи с костями, так яро пытавшиеся принести пользу миру, практически мгновенно забывались после своего ухода под землю, или, если смерть пребывала в хорошем настроении, на небеса. Это правило касалось людей всех мастей — от обычных алкоголиков, которые не в состоянии удивить печень бутылочкой воды и начать использовать единственную жизнь по назначению, до восседающих на золотых тронах политиков, которым, по удачному стечению обстоятельств, в повседневной жизни уже ничего не требовалось. Все старались выжить, но какой же ценой, спросите вы? Даже Кроули не знал. За все 6 тысяч лет наблюдений он ни разу не задавался этим вопросом. Приходят — живут себе — лепят наследников — уходят. Философия была не по его части, а на все самые важные вопросы мироздания он с полной уверенностью доверял отвечать неоднократно доверенному лицу — Азирафаэлю. — Я ни в коем случае не осуждаю, просто… — Просто что? Ангел замялся. — Ничего. Я привыкну. — Ясно всё с вами, мягкая душа, — пачка мгновенно отправилась обратно в карман — вот что бы кто ни думал, а друга Кроули уважал. Как и Азирафель его, пусть и не сразу, но прекративший свою серию нудных литературных бесед ради сохранения психики бедняги-демона. — Благодарю. — он неловко улыбнулся. Заветная кружка утреннего кофе наконец-таки приземлилась на стол, и Кроули взялся поглощать горчащую массу со зверским аппетитом. — Что сегодня, дорогой? — пожилая официантка в ожидании поставила руки на бёдра, с ухмылкой уставившись на блондина. — Только вафли, спасибо, — дружелюбно улыбнулся ангел. — И кетчуп. Этому кофе явно чего-то не хватает. Со словами «будет сделано» работница удалилась, снова оставив друзей наедине. — Как я и говорил, сторон у нас больше нет. Точнее, есть. Наша. Пока в ней есть только ты и я, ноо… Предполагаю, что в скором времени какого-нибудь счастливчика вытолкнут сюда. О! Или, представь: за нами отправят какого-нибудь засранца, а он, накосячив, не захочет возвращаться! А? Как тебе? Пополнения клуба… Отбросов? Нет, грубовато. Неудачников? Нужна оригинальность. Давай, ангел, ты по этой части знаток! Мужчина смущённо хмыкнул, задумчиво уставившись в стол. — Индивиды?.. — Идеально. Вот. Создадим, значит, свой маленький клуб. Свой маленький мир, понимаешь? Что-то в груди заядлого любителя книг нервно затрепетало, посылая мурашки на каждый участок кожи по всему телу. Всё звучало ненадёжно, столь несуразно но… Но в глубине души оставались крупицы надежды. Фантазия Кроули могла стоять наравне со способностями пятилетнего ребёнка, особенно если он в хорошем настроении. Эти небылицы, пусть и звучали как бред сумасшедшего, позволяли душе зарядиться оптимизмом. Таков был сам характер ангельских существ: они должны нести в мир тепло, счастье и доброту, но, возможно, Азирафаэль являлся той ещё отбраковкой. Вечно нервный, дёргается по поводу и без, в отличие от других ангелов, обожает людские творения, и… — Эй, — почти прошептал Кроули, заметив, как на лбу друга постепенно появляется испарина, — Ты жив? — Жив? Ха! Да, конечно, естественно… — ангел провёл кончиками пальцев по виску, — Просто проголодался. — Не то чтобы меня волновала вся эта заварушка… Иди почитай, или что там тебя успокаивает ещё… — Спасибо, Кроули. Я благодарен за твою активность, но, боюсь, сейчас мы просто должны продолжить жить. Наши стороны — не наши — это не важно. — Нет-нет-нет! Важно! Мы должны развить свой клуб до высот, ты только представь! Азирафаэль рассмеялся, и рыжеволосому это явно подействовало на нервы. Ну почему это подобие кремового пирога не в состоянии принимать его слова серьёзно? — Дорогой, мы говорим об одном и том же, лишь смотрим на правду с разных углов. — Бесишь. — И… — блондин снова замялся, обводя глазами что угодно, кроме самого демона, — Я рад, что ты рядом. Вместе всегда веселее, я прав? — Ага, — еле слышно буркнул падший. — А знаешь, у меня явно поднялось настроение, — Азирафаэль закончил вафельную пытку, смотря на кружку с кетчуповым кофе, — Как ты такое пьёшь? — Не моя это проблема, что в этом кафе никогда нет тростникового сахара. — Очень жаль.