Ветра перемен

Я бежала не останавливаясь, пока не выдохлась. Да, Селестии я ляпнула про кучу дел, но принцесса так быстро спугнула меня из библиотеки, что я не успела даже составить их список. Всё требовалось привести в порядок и… — Попалась! Я удостоилась лишь этого короткого вскрика перед тем, как в меня врезалось радужное пятно, отправив бодро кувыркаться по траве. Остановилась я на спине, прижатая сверху голубой пегаской. — Дэш, какого сена ты… — Скажи что-нибудь, что знает только Твайлайт Спаркл! Я чуть поёрзала под её копытами. Пусть Рэйнбоу и не могла похвастаться стальными мышцами, как Эпплджек, она оставалась гораздо сильнее меня и твёрдо пресекала любые попытки пошевелиться. — Дэш, утром заходила Селестия… — Про секрет, который я, кроме тебя, никому не рассказывала! — настаивала пегаска. Ах да… точно. От её слов пробудились наложенные заранее чары, и воспоминания потоком полились в мою голову. Зардевшись, я осторожно огляделась. Прохожие поблизости спешили по своим делам, почти не потревоженные сумбурным приземлением Дэш, но я всё равно приподнялась и зашептала подруге на ухо: — Как-то в лётном лагере Гильде удалось протащить ящик «Балтимэйр девятки»… Дальше я заговорила тише, стараясь не забыть какую-нибудь важную подробность из услышанного прошлой ночью. Смущаясь всё сильнее и сильнее, пегаска тем не менее не ослабляла хватки, пока не услышала историю целиком. Под конец рассказа она избегала встречаться со мной взглядом. — Ладно, ты всё же не чейнджлинг, — пробормотала Рэйнбоу. — Прости, я, кажется, перепугалась чутка, увидев, как ты несёшься из библиотеки. Я вздохнула, переборов раздражение, и улыбнулась. — Спасибо за заботу, Дэш, — тепло сказала я. — А теперь можешь, пожалуйста, слезть? — Да, точно, — неловко усмехнувшись, пегаска помогла мне подняться на копыта и отряхнула гриву от кусочков травы с землёй. — Чего ты так бежала-то? — Э-э… разминалась? — со смущённой улыбкой ответила я. — Да уж, по-моему, даже Эпплджек смогла бы выкатить что-то получше, — закатила глаза Рэйнбоу. — Так почему… — Твайлайт! Вот ты где, слава Селестии! К нам мелкой рысцой бежала Рэрити. На её спине сидел мой помощник, выглядевший так, будто объелся драгоценных камней. — Спайк! Что с тобой? — воскликнула я, радуясь удачной возможности уйти от испытующего взгляда Рэйнбоу. — О-ох… Кто-то дал твоему брату мой адрес… — дракончик застонал и отрыгнул всполох зелёного пламени с клочком бумаги. — Он кашляет письмами всё утро, — взволнованно сообщила Рэрити. Она зажгла рог и извлекла из сумки стопку свитков — все с печатью империи Каденс. — Что, во имя Эквестрии, её так встревожило? Я раскрыла наугад одно из посланий и поморщилась от первых же строк. — Ну… возможно, я не рассказала им про соглашение, заключённое Селестией и Кризалис… а ещё могла попросить и Селестию помалкивать. Я пробежалась по остальным письмам. Они разрывались меж искренней и участливой тревогой Каденс и едва сдерживаемой яростью и братской заботой Шайнинга. — Эй, м-м… Спайк, как думаешь, осилишь ещё письмецо? — Гх-х-х…

***

Потребовались массаж спины, пара таблеток от живота и обещание дать попробовать один из звёздных бриллиантов Рэрити, чтобы дракончик сдался. Письмо Шайнингу и Каденс я писала осторожно и сосредоточенно, пытаясь представить всё в выгодном свете, смягчить их тревогу, а также полюбопытствовать — от кого они вообще обо всём узнали? Спустя считанные секунды после отправки послания Спайк отрыгнул ответ, а затем поплёлся на второй этаж бутика в приготовленную хозяйкой кровать. — И что они там написали? Застонав, я протянула свиток Рэйнбоу Дэш и спрятала лицо в копытах. — Каденс очень сожалеет, но она не смогла остановить Шайнинга, и он отправился сюда первой же колесницей. Прибудет до полудня. Вот уж чего не хватало… — Право, Твайлайт, можешь ли ты его винить? Уж если кто и знает, на какие жуткие вещи способна эта жучиная королева, так только он, — проговорила Рэрити, телекинезом сдвигая поникены и рулоны ткани к стенам. — Весь смысл моей работы — уберечь от подобного остальных пони! — воскликнула я, уже составляя в голове список аргументов, которыми буду успокаивать братца. — Хей, мы-то понимаем, — примирительно подняла копыта Рэйнбоу, — на нас можешь положиться. — Совершенно точно. Нет нужды вновь озвучивать все пятьдесят три причины, — нервно усмехнувшись, добавила Рэрити. Я поморщилась от воспоминаний. Тогда я решила посвятить подруг в свои планы, однако простая беседа переросла в жаркий спор. Лишь горькое напоминание о том, как все они отвернулись от меня на свадьбе Каденс, помогло их переубедить. Дорогая принцесса Селестия, поистине, чувство вины может оказаться грозным оружием, будь оно направлено против друзей, а если со злым умыслом — так и вовсе способно заставить их принять самые безумные идеи. — Так… ты нам расскажешь, как всё прошло? — в конце концов разорвал неловкую тишину голос Рэйнбоу. — Ну, если это не часть какой-нибудь тайной сделки. — Я бы предпочла подождать остальных, чтобы больше к этому не возвращаться. — Эм… я всё время была тут, с вами. Я чуть не подпрыгнула до потолка от раздавшегося за диваном голоска. — А-а-а! Флаттершай? Почему ты молчала? — Ох, м-м… не хотела никому мешать, — пролепетала она, пытаясь сжаться в комочек. P. S. В дополнение к предыдущему письму хочу поздравить свою подругу Флаттершай, которая обратила чувство вины в оружие без малейших усилий. — Флаттершай, я же не злюсь ни на кого из-за свадьбы. Просто… немного погорячилась в тот раз. В ответ я получила лишь смиренный кивок. — Ладно, значит, осталось подождать Эпплджек. — Эй, а я? — за придвинувшейся к моему дивану подушкой появилась Пинки. — С вероятностью в семьдесят пять процентов ты уже была тут и лишь подгадывала момент для эффектного появления, — не поведя ухом, ответила я. — Хмпф. Обломщица. Краем глаза я увидела, как кобылка спрятала в свой хвост горстку конфетти. Может, у Пинки и не торчал во лбу рог, ей всё равно было подвластно её собственное удивительное колдовство. — Я тоже тут! — раздался голос Эпплджек со стороны распахнувшейся двери. Не успела она отдышаться, как Рэрити сняла с неё сумки и принялась подметать грязь, занесённую с улицы. Вообще, мы не то чтобы планировали устраивать эту встречу именно в бутике, но хозяйка всё равно проявила гостеприимство и быстро накрыла стол, пока я принялась за пересказ укороченной версии ночных событий. — И какие же вопросы она тебе задавала? Неприличные? — на середине моей речи спросила Пинки, отчего я запнулась на полуслове. — Э-э… да… — за столом никто не проронил ни слова, но я всё равно ощутила охватившее всех любопытство. — Она задала парочку личных вопросов, чтобы выбить меня из колеи, однако в остальном всё прошло совершенно прозаично. — Всё одно не верю, шо ты вот так запросто позволила себя отравить. Честное слово, с огнём играешь. — Ты же знаешь, я не могу упустить такую возможность. Кризалис — не единственная королева в наших краях, и хоть она сама не преуспела в захвате, где гарантии, что не преуспеет другая? — Эй, эм… а нельзя вернуться чуть назад? Я повернулась к Рэйнбоу Дэш, сидящей с задумчивым лицом. Хотя нет, не то. Задумчивым — и в то же время беспокойным. — Что тебя интересует? Пегаска почти взмолилась: — Те… ощущения, после укуса Кризалис и отравления, можешь описать их ещё раз? Недоумённо моргнув, я кивнула и осторожно пересказала требуемые детали «укуса», избегая любых намёков на то, как именно Кризалис передала мне яд. Тепло, легко и безопасно — наилучшее описание моего тогдашнего состояния. — А почему ты спросила? — поинтересовалась я, закончив повторное объяснение. — Твайлайт, слушай, эм… не то чтобы я как-то извинялась… и т-ты за дело на нас тогда разозлилась на свадьбе Каденс, но… — Но что, Дэш? — спросила я уже с нотками раздражения. Прервав тягостные раздумья, Рэйнбоу наконец обернулась к остальным пони. — Кто-нибудь ещё чувствовал себя так же рядом с Каденс, когда она… ну… была Кризалис? Я чуть не заорала на них всех. От очередных извинений уже тошнило, но один взгляд на серьёзное лицо Дэш остановил меня. Ей, Элементу Верности, наверняка приходилось труднее прочих. Я придержала язык и посмотрела на подруг в ожидании ответа. — А знаешь… когда Каденс… ну, Кризалис то бишь, расшвыряла всю мою стряпню, я ведь и не разозлилась ни капельки. Рэйнбоу Дэш моргнула и порхнула ближе к оранжевой пони. — Это ты о чём? — Ну, я тогда… знала… то есть думала, что у неё и так хлопот по горло и что она пыталась помягче, но даже не огорчилась тогда, не рассердилась. Даже не расстроилась. — Не раз и не два моим клиентам хотелось добавить эксцентричных деталей в готовый дизайн, а то и на стадии заказа предложить совершенную нелепицу, однако я всегда могла настоять на своём видении. Когда Каденс… то есть Кризалис… потребовала правок для всей линейки платьев, я даже и не подумала ей возразить, — задумчиво произнесла Рэрити, уставившись в стол и покачивая свою чашку. Мне правда хотелось, чтобы сомнения хоть немного облегчили их совесть, но я ведь тоже была там и никакой магии не чувствовала. Разве что совсем упускала нечто важное… Флаттершай еле слышно кашлянула. Такое легко было пропустить мимо ушей, однако мы за годы дружбы уже наловчились прислушиваться к тихой пегасочке. — Эм… ну, она накричала на одну из моих птичек, но та правда не попадала в тон и… и-и… — Но разве стоило ради этого кричать на зверушку? — возразила Рэйнбоу. — Нет… не стоило, — несколько мрачно пробормотала Флаттершай. Похоже, воспоминания её расстроили, а я ведь по собственному опыту знала, что пегасочка даже против самой Селестии пойдёт, если хоть намёк увидит на непочтительность к животным. Я вдруг поняла, что одного голоса мы пока не дождались. — А что ты скажешь, Пинки? — Я? Что ты и сама на первой вечеринке в твою честь была не лучше! — обвиняюще воскликнула розовая пони. Хорошо, принято. — Что ж, если подумать, могу с уверенностью заявить — она нисколечко не «блистала» манерами во всех смыслах этого слова, — гневно подытожила Рэрити, — и вела себя ничуть не лучше снобов-аристократов. Я мысленно вздохнула. Сердце хотело верить подругам, однако всё это вполне могло быть навеяно их нынешней предвзятостью. Тем не менее я отметила для себя в следующий раз поинтересоваться у королевы чейнджлингов насчёт этой маленькой тайны. — Я попробую разобраться, — в конце концов проговорила я, — но, по-моему, вы цепляетесь за соломинку. Она околдовала лишь моего брата — с вами втихую подобного было не провернуть. А уж укусы я бы точно не пропустила. — Может, всё и не так, но проверить же надо? Вдруг она и с тобой эту штуку проворачивает? На этих словах я встрепенулась. Конечно, все мои ночные решения имели под собой логическую основу, но не слишком ли быстро я согласилась на практические демонстрации? Ответить мне так и не дало пронёсшееся по телу покалывание, от которого шерсть на мгновение встала дыбом. Напротив меня Рэрити выронила чашку и широко распахнула глаза, когда та звякнула о блюдце. — Ох… что, во имя Эквестрии, это было? Копыта единорожки затряслись, а у меня потемнело в глазах. Впрочем, понять, в чём дело, мне удалось даже не смотря в окно и не видя розового барьера вокруг. — Шайни приехал. И поставил щит размером с Понивилль. С половину, если точнее, — мой рог вспыхнул и тут же затух. — И позаботился, чтобы телепортация меня не спасла.

***

Флэш Сентри сдержал зевок, усиленно пытаясь не дать закрыться глазам и проклиная заболевшего сослуживца. Не то чтобы он не любил ночные смены, но дневные всё же были гораздо интереснее — банально из-за количества народа. Днём всё вокруг пестрело разными пони и всевозможными иностранцами, ночью же тоску разгонял один только краткий час, когда закрывались бары. Что ж, зато у жеребца было время помечтать о любви всей его жизни: прекрасной единорожке… — Флэш! — А! Чего такое? — потряс головой стражник, выдернутый из задумчивости. — Опять дрыхнешь? — Что? Нет! Нет, конечно! — Хотя бы сделай вид! Кто-то идёт! Как, по-твоему, Луна отреагирует… — Вдруг глаза сослуживца расширились, а от лица отхлынула вся кровь при виде медленно приближающейся фигуры. Издали, в темноте, незнакомку ещё можно было принято за пони, но сейчас она уже вышла на освещённый лунным светом двор. По траве, без маскировки и без какого-либо сопровождения, шагала Кризалис и спокойно улыбалась. Что-то стукнуло о броню Флэша. Оказалось — копыто напарника, который сейчас глядел в ответ с сочувствующим взглядом. — Флэш, мы неплохо сблизились за эти три ночи… но кто-то должен оповестить принцессу Луну. Не переживай, ты справишься с Кризалис и в одиночку, я верю в тебя. Пару минут спустя… БАЦ! — Ради Селестии, пощадите! БАБАХ! — Сдаюсь! ТАРАРАХ! — Мамочка! После очередного мощного удара Флэш Сентри врезался в тяжёлые двустворчатые двери, пробил их навылет и, перекувыркнувшись пару раз, шмякнулся бесформенной кучей у стены. Броня его смялась и в паре мест покрылась подпалинами. Пегас дышал, но его глаза лишь безвольно вращались в глазницах, а от гривы с хвостом почти ничего не осталось. На крупе виднелись синяки и ссадины, как будто жеребца кто-то сильно и долго пинал. Буднично, словно наслаждаясь ночной прогулкой, в свежеобразовавшуюся брешь пролезла Кризалис. Зелёное сияние на её роге чуть утихло, и она с любопытством огляделась, не сбавляя шага и не преминув пройтись по животу Флэша. Её взгляд быстро выхватил жеребца с капитанскими нашивками. — Премного извиняюсь за подобное отношение к вашему караульному; просто его лицо так и просило если не кирпича, то копыта. Да и не только лицо… — Королева Кризалис, — сдержанно произнёс капитан, проигнорировав и замечание, и скорчившегося у её ног жеребца. — Позади вас поднят щит, а впереди ожидает отряд из дюжины боевых магов и двух десятков земнопони-гвардейцев. Вот-вот прибудет принцесса Луна, а за ней и принцесса Селестия. У вас один и только один шанс сдаться добровольно. Копыта крепче стиснули оружие, двенадцать магических сигнатур пробудились к жизни — стражники, кобылы и жеребцы, были готовы ответить на любой её шаг. На краткий напряжённый миг рог королевы будто бы вспыхнул ярче, но тут же погас совсем. — Что ж, значит, я сдаюсь. Заявление было встречено оглушительной тишиной, прерываемой лишь стрекотом сверчков. — Если вас не затруднит, я бы предпочла ограничитель магии в тон к моим кандалам. У вас же заковывают пленников в кандалы? Давайте побыстрее, я занятая королева, — нетерпеливо заявила Кризалис. Её небрежные слова всё же пробудили остолбеневших пони, и те ринулись действовать. Вокруг чейнджлинга закружились магические поля, а часть гвардейцев с копьями наперевес подтащила стальные путы и стреножила пленницу. За всё это время Кризалис только единожды дёрнулась, когда кто-то случайно ткнул её копьём. — Замри, бесчестный оборотень! — громыхнул раскатистый голос Луны, отчего несколько единорогов с перепугу всадили свои магические стрелы в ближайшие окна. — Мы повелеваем тебе сдаться, иначе… — Принцесса Луна, королева Кризалис уже сдалась, — вежливо кашлянул капитан стражи. — Оу, — осеклась она. Глубоко вздохнув, принцесса снова обратила взор к пленённой королеве. — Поступок твой мудр, чейнджлинг. Где же армии, что ты привела с собой? — Их нет. Я пришла одна. Новая пауза. — Почему? — Потому что я пришла предложить сделку, — Кризалис чуть переступила в оковах с ноги на ногу. — И тебе есть что предложить? — Да. Например, я бы могла разоблачить чейнджлинга в этой комнате, что внедрился в вашу стражу, — буднично ответила королева. Её слова породили тихий гул обсуждения среди гвардейцев, заодно начавших присматриваться к соседям. — Молчать! — Все затихли на полуслове. — Заявление твоё серьёзно. Мы и сами озаботились потребными заклятьями после твоего безуспешного вторжения. — А чейнджлинги быстро научились их обходить, — легко парировала Кризалис. — Впрочем, я и не ожидала, что вы поверите мне на слово. — Думаешь, я настолько глупа, что позволю подвергать чарам моих подданных? — огрызнулась ночная кобыла. — Коль намерена устроить подобный фарс — просто объясни магию нам, и мы сами её применим. — Как пожелаете, принцесса Луна, хотя уже через неделю пользы от того не будет. Последовал быстрый обмен арканными терминами, ничего не значащими для земных пони. Луна, впрочем, понимающе кивнула. — Кого из них ты обвинишь? — спросила она пленённую королеву, сузив глаза. — Третий жеребец справа от вас; он пытается казаться меньше, — последовала клыкастая улыбка. К чести королевских стражей, на указанного сослуживца никто не отвлёкся, разве что одарил мимолётным взглядом. Первым нарушил тишину капитан. — Кримзон Мэйл, выйти из строя, — скомандовал он, и явно волнующийся пони приблизился к командиру. — Принцесса Луна, я прошу вас сперва опробовать заклинание на мне. Получив от правительницы кивок, он шагнул вперёд и поклонился. Рог Луны вспыхнул, и волна магии прошла через тело капитана, не вызвав, впрочем, никакого эффекта — лишь лёгкое покалывание. — Безвредно, — кивнул капитан. — Кримзон? Вопрос повис в воздухе. Глаза принцессы ночи засветились, когда она принялась формировать заклинание вновь. Сам гвардеец внешне остался совершенно спокоен; не стал медлить, когда назвали его имя, однако Луна смогла прочесть скрытые в языке тела знаки. Дыхание участилось, чуть дрожит копыто, моргает неестественно… даже без колдовства принцесса предрекла исход. Синий рог засиял. Кримзон бросился прочь. Мелькнула лазурная вспышка, и беглец, кувыркнувшись, рухнул на пол. Поверженный шипел, извивался, корчился, постепенно принимая форму чёрного насекомого, и — замер, сверкая пробитой в панцире дырой. — Капитан, — все пони вокруг застыли в полном ошеломлении, однако простое слово из уст Луны вернуло их к реальности. — Ты сопроводишь Кризалис в нашу самую надёжную камеру, а также подберёшь ей самый мощный блокиратор из имеющихся. Капитан козырнул и быстро организовал пони вокруг пленной королевы в конвой. — Кризалис, остались ли ещё чейнджлинги, которых ты хотела бы раскрыть нам? — вопросила Луна. Королева лишь покачала головой. — Не здесь. Похоже, происходящее её только забавляло. Пытаясь не слишком задумываться о двусмысленности сказанного, принцесса повернулась обратно к капитану. — Проследи, чтобы возле камеры Кризалис кроме меня и моей сестры не появлялось ни единой живой души. Еду вам будут приносить прямо на пост — пока мы окончательно не выявим всех чейнджлингов, мы не будем рисковать сменой караула. Оглядевшись, Луна указала на мёртвого шпиона. — Ты и ты — уберите. — Гх-х-х… ох-х-х… — И, кто-нибудь, отнесите Флэша Сентри в лазарет. — Это обязательно? — раздался жалобный голос из толпы стражников. Луна посмотрела на поверженного жеребца. По некой необъяснимой причине ей захотелось от души ему врезать, однако принцесса переборола позыв. — Да, боюсь, я вынуждена настаивать.

***

Я беспокойно поёрзала за щитом, что мой брат воздвиг вокруг меня. Пока я пересказывала услышанную от Луны историю, он не издал ни звука, лишь время от времени подпитывал барьер, чтобы я уж точно не могла сбежать. Шайнинг не обладал моим талантом к инстинктивному пониманию арканных наук, но родство с магией было у нас в крови. Даже Селестии понадобилось около пятнадцати секунд, чтобы проломить его щит. — Слушай, может, уже опустишь барьер? Обещаю, что не буду убегать, — проворчала я. Шайнинг Армор смерил меня бесстрастным взглядом и просто покачал головой. — Нет, пока не расскажешь мне, как во всё это вляпалась. — Я ведь уже рассказала — Кризалис попросила именно меня. Тот пойманный чейнджлинг тоже не разовый случай; ей достаточно лишь оглядеться, чтобы найти очередного. Селестия с Луной изобретают всё новые изобличающие чары, но чейнджлинги приспосабливаются за пару дней. — Это я понял, но почему соглашение включает именно тебя, а не, скажем, одного из дворцовых магов? — мрачно спросил жеребец. Я уже прокручивала в голове потенциальные ответы, попутно пытаясь прикинуть, какой из них принесёт меньше всего мороки, однако не придумала ничего лучше, кроме как отдать проблему целиком на откуп Селестии. Возможно, стоило прикинуться дурочкой. — Не знаю, может, она не доверяет Селестии с Луной. — О! О! Может, она тайно пытается склонить тебя на тёмную сторону, как в тот последний раз, когда ещё украла Меткоискателей и пыталась заполучить тебя в ученицы! — Пинки! — Что? По-моему, крутой план, — невинно отозвалась розовая пони. — Ничего не хочешь мне рассказать, сестрица? — ласково поинтересовался Шайнинг, а его барьер вновь полыхнул ярче. — Обожди, ты не говорила ему? — взгляд Эпплджек заметался между нами, и она поморщилась. — Вот уж неловко вышло… — Я думала, Селестия рассказала! — солгала я, прекрасно зная, что Шайнинг немедленно бросил бы все дела в Кристальной империи, только услышав о чейнджлингах под Кантерлотом. — Ничего она не рассказывала! А ты, как выяснилось, даже не посчитала нужным упомянуть об этом в письмах! — обвиняюще воскликнул жеребец. — Я не хотела зря тебя волновать! Каденс говорила, как вам тяжело. Каких трудов империи стоит нагнать остальной мир! Краем глаза я заметила, что Рэрити аккуратно спроваживает подруг к выходу. Я мысленно поблагодарила её за понятливость и умение читать ситуацию. — Ты важнее, Твайлайт! — настаивал Шайнинг. — Кризалис опасна, я это знаю лучше кого бы то ни было! Селестия не имела права тебя просить. — Она и не просила, я сама вызвалась! — А ты не подумала, что тобой могли манипулировать? Что Селестия подтолкнула тебя к такому решению? Я хотела возразить, но протест застрял в горле; слова брата заставляли задуматься. — Твайлайт… — Шайнинг заговорил чуть мягче, — Селестия — великая и мудрая правительница… но благополучие королевства и подданных всегда будут для неё важнее. Они и должны быть важнее. Его рог вспыхнул розовым, и щит рассеялся. — Прости, но я не желаю вновь сталкивать свою семью с этим ужасом. Я поговорю с Селестией и Луной. Он почти дошёл до дверей, когда я наконец смогла заговорить. — Тебя ещё мучают кошмары, правда? Брат замер. — Что? — Каденс рассказала в письмах… Она ещё снится тебе временами. Напоминает, каково было под её контролем… какую эйфорию дарил каждый приказ… А Луна даже упоминала, что пару раз ей пришлось побороть кошмары, которые высасывали из тебя силы. Это было неправильно. Я бередила старую рану, — вполне вероятно, ещё кровоточащую. Шайнинг не без причины переживал из-за Кризалис… но в том была и его ошибка. — Селестия не единственная, кому дорога Эквестрия, знаешь ли, и даже если она мной манипулировала… — я умолкла на время, поморщившись от горечи произнесённого слова. — …Это ничего не меняет. Кризалис чуть не взяла Кантерлот с первой же попытки, а она — не единственная королева. Если мы не найдём способ противостоять чейнджлингам — раз и навсегда, — то их ничто не остановит. Они попытаются снова, через десять лет или через сто, но попытаются. Голова Шайнинга чуть поникла. Я знала, что убедила его. Повернувшись, жеребец возвратился к столу и плюхнулся на диван рядом со мной. — Покажи мне свой план. — А? — Твайлайт, я же тебя знаю. У тебя точно есть перечень действий на случай предательства Кризалис. Небольшая улыбка всё же пробилась сквозь мою серьёзную мину. Я зажгла рог и левитировала с одной из полок бутика свиток, раскрыв его перед лицом брата. — Это часть первая. У подруг ещё по копии, а Пинки отдельно имеет план действий на случай ЧС, который она упрятала Селестия знает куда. Это если меня скомпрометируют. И да, я учла, что Кризалис может обо всём прознать, и могу гарантировать — она меня не переиграет. Шайнинг Армор усмехнулся и приобнял меня. — Да-а, не хотел бы я попасть под прицел какого-нибудь твоего перечня. — Их страшится даже Селестия, — похвасталась я, хихикнув и игриво оттолкнув его копыто. — Так что, вернешься обратно в империю? — Пока нет. Раз уж я тут — доставлю отчёты о состоянии тамошних дел Селестии лично, а ты, — рог жеребца загорелся, и в комнату мгновенно вернулся щит, — всё ещё должна мне рассказ о второй попытке Кризалис одержать верх. — Ну Шайни, я же только-только отговорила тебя штурмовать Кантерлот, — с досадой протянула я. Но увидев его лицо, поняла, что здесь брата переубедить уже не удастся. — Знаешь, я ведь пробью этот щит, если постараюсь. — Посмотрю я, как ты постараешься, когда старший брат защекочет тебя до полусмерти, — не моргнув глазом ответил он. — Ты не посмеешь… — О-о, ещё как посмею. А теперь начинай рассказывать. Ворчливо пригрозив ему жуткими карами, я расслабилась, прижалась к белому боку и принялась вспоминать историю о возвращении королевы Кризалис.