Сборник незаконченного и непроверенного

Свет бил в глаза, когда он держал клинок, защищаясь. Свет отражался от гладкой стали, выжигая глаза. Ему срочно нужно сменить сторону. Противник, легко заметив его проблему, ни в какую не уступал свою сторону, без солнца и ветра. Всё больше и больше наступая и пытаясь заставить его упасть. Сегодня было слишком сухо, и земля под ногами была слишком жёсткой. Протоптаная поколениями, та с болью оставляла синяки на телах при падениях, вырисовывая дополнительные, незамысловатые красные узоры с помощью камней. Всё это было неудачной средой, для большинства его тактик. И всё же, нужно было заканчивать. У них осталось всего около пяти минут, но по их правилам никто не может отступить, пока другой не упадёт. Скоро должно начаться такое мерзкое для него событие, на котором он был обязан присутствовать. Как же ему это ненавистно. В задний двор потихоньку проникал звук разъярённых шагов по гладкому камню. Те становились громче и сильнее, по приближению к ним. Вскоре, раздался злой кашель его отца. Его друг отвлёкся на секунду на Его Величество, чем он и воспользовался. Скеппи не успел защититься в момент, когда он достал свой топор левой рукой, почти ударяя его. Вместо удара он получил сильный толчок в плечо, из-за чего всё-таки упал. Техноблейд смотрел на побеждённого гордо, хоть и понимал, что эта победа получена не до конца честным путём. Ну что же, пока что это его не волнует. Он помог подняться парню, что с гримасой боли потирал спину. К ним всё так же приближались, но уже медленнее, но так же зло и нетерпеливо. — Спасибо за бой, Скеп. Ты был неплох. — Всё так же самодовольно улыбаясь, и убирая оружие на свои законные места, сказал Блейд. За его спиной вырисовался его отец, что яростно прожигал его лучшего друга взглядом. Скеппи было плевать, как и ему. — Всегда пожалуйста, я пойду. — Конечно, удачи. Родитель позади всё ещё громко дышал, показывая этим, как он зол выходками своего отпрыска. Когда же тот соизволил повернутся к нему, то незамедлительно был схвачен за своё заострённое ухо, которое с силой потянули. Он лишь зло фыркнул, стараясь идти быстрее за отцом. Как же он ненавидел чёртову строгость и самовлюблённость этого мужчины. Этот человек всегда ставил его перед фактом. С самого детства у него не было выбора, всё решал отец. Что ему одеть? Что-то привычное, сегодня нет гостей. Что ему есть? Что-то полезное, будущий король должен быть здоровым и сильным умом. Что ему говорить? Главное — всегда быть вежливым. Остальное ему неважно. Просто будь на заднем плане. И так всегда, он сам выбрал за собственного ребёнка что да как, и ещё удивляется почему тот бунтарь. Именно из-за отца он чертовски ненавидит власть, именно из-за него он ненавидит носить эту мелкую корону. После коронации и то, будет носить её уже полноценно, из чистого золота. Будто бы он желал раздавить свои мозги при её постоянной носке. И сегодня очередной день, когда его пытаются сосватать. Он не хочет снова остаться без свечей и спичек вечером, когда захочет почитать. И именно поэтому он позволяет себя вести, позже, устроив сначала скандал, а после спрятавшись на цокольных этажах у своих друзей. И всё детство и подростковый период был соткан из этого. Проба запрещённого, что манило лишь больше, с каждой болью в ухе, за которое его тянули. Из каждой ссоры или скандала, что он устраивал, воображая себя незнамо кем, по мнению отца. Ему просто интересно, сколько собственных дочерей потопил этот ублюдок, что бы у него умерла жена и сын отказывался от всего? Добился ли он того чего хотел? Точно нет, иначе бы не наседал на подростковые плечи так сильно. Не придавливал бы его к земле наковальнями, что бы не убежал. Метафорически конечно. Он как сейчас помнит, как этот хлюпик смотрел на него свысока, каждый раз намекая своим взглядом порадовать его, сделать что-то правильно. Этому мужчине повезло, что когда-то его остановили от его убийства на эмоциях. Он всё ещё был благодарен Скеппи и Беду после этого. Интересно, как эти голубки там? Без него им, наверное, скучно. Не время грустить о прошлом. Может быть, когда-нибудь они обязательно встретятся, увидятся все втроём, кто знает? А сейчас, шагая сквозь мокрую траву и листву, что бьёт по лицу, он только и думал где переночевать. В округе не было ничего, кроме сотен деревьев, окружавших интереснейший город в этой стране. Скрытый за порождениями природы, люди там продвигали собственные изобретения, что помогали им чуть ли не каждый день. Там жили гении всех мастей и сортов, которых он желал увидеть и научиться у них чему. Не скажи одна женщина в первый год его побега о том, что надо искать везде плюсы и пользу, он бы так и скитался, ища призрачную надежду на собственное предназначение, ничего не предприримая. Та женщина была несказанно добра к нему, и он платил ей тем же за то, что она помогала ему как могла. Позже, он узнал что у неё должен был родится ребёнок, но случился выкидыш из-за одного происшествия. Ему стало несказанно жаль её, и он ушёл быстрее. Зачем же ей привязываться к не родному? Кажется, скоро стукнет почти третий год его похода. Он сбежал из собственной страны, оставив друзей и трон, оставив всё что имел, бросившись в скитания и нищету. Он был уверен, отец был зол и думал, что видя как живут люди на другой стороне их денежной монеты и испытай он голод, то прискачет к нему на коленях, умоляя вернуть обратно на трон. Что же, он всегда знал что тот мужчина не понимал его. Да и не понял бы, как говорил Бед, воспитанному другими временами, слишком страшно перевоспитываться. А потом Скеппи смеялся над его занудством. Нет, он не скучает по ним слишком сильно. Просто ему не хватает минимального общения… Склизкая грязь под подошвой опасно хлюпала, пока он еле подходил к небольшой тропинке. Прямо как по инструкции, мёртвый пень по левую часть и полу-сухое дерево. Во время дождя они не выглядели особо сухими или живыми, но всё равно было похоже. Именно эта дорога и вела к сплетению других тропин к тому городу. Говорили, что пока деревья вокруг не начнут расти вверх аномально высоко, и пока дорожка не станет более видной и широкой — иди. Иди пока не найдёшь. А он действительно шёл, ведь считал эту информацию достоверной. И не зря, ходьба в течении около получаса не прошла даром ведь он наконец заметил ковёр из листвы над собой. Деревья были настолько высоки и размашисты, что закрывали небо листьями и ветками, не пропуская ни солнца, ни воды. Говорилось, что это искусственно выращенные, не зря же тут город учёных. Вскоре и тропа стала расширятся, становилось всё суше и светлее. Вокруг кружили кучки светлячков, а дорожки были выложены слегка светящимися в темноте камнями. Дорога всё продолжалась и продолжалась, здешние красоты хоть и добавлялись по мере приближения к сетке, но уже не были так интересны. Путь хоть и важен, но о конечном результате не стоит забывать. Город, что он искал около двух лет уже маячил перед глазами. Он не мог так часто отвлекаться на какую-то светяшку рядом. Скорее всего, решил он это зря. Вдалеке, начали виднется более большие скопления светящихся камней, что могло значить только одно. Он почти дошёл. Гравий под ногами что легко сменился саломой совсем не был странным, несколько раз салома просто лежала там и всё. Сколько не проверяй, под ней не было ни змей, ни ловушек с капканами. Поэтому, всё ещё будучи сосредоточеным на цели, он только и смог, что услышать треск и почувствовать боль. Палки под ним сломались, салома скрывала их и яму, в которую он и свалился. Кто-то упоминал о ловушках, но всегда с предпиской, что все они уже сломались. Только несколько участников определённого сообщества всё ещё бродили тут, так что… вполне мог завестись предатель? Не суть, нужно было обдумать ситуацию. Но и на это у него не хватило времени. Пока он размышлял о той организации, то едва услышал шаги и тихий смех, что приближался к нему. Всего через пару секунд над ним нависла тень, что мелко подрагивала от собственных хихиканий. Окей, он уже понял что придурь, не надо ржать над ним. — Божечки, как ты смог попасть в самую очевидную и тупую ловушку на свете? — Это было единственное что он услышал среди хихиканья парня над ним. Тот стал смеяться лишь громче с него, явно подметив недовольное лицо.