Сердце ведьмы

Та самая ночь, которая всё изменила. Перед Сарой стояло нечто. Увидеть было нельзя, но его присутствие ощущалось так остро, что по коже пробегали ледяные мурашки. Погода переменилась, природа бушевала от страха — владыка преисподней ступил на землю. Ветер выл, велел остановиться, прогнать гостя, Сара хотела бы послушать, одуматься и убежать в тёплую постель, но больше не могла выносить страх. Он стал её частью, и она до безумия желала от него избавиться. Вырвать с корнем. Перестать дрожать по ночам как мышь на пыльном чердаке в ожидании монстров. Их много. Они повсюду. Они все существуют. Никто не поможет, все глухи и слепы. Ожившие кошмары блуждают под их окнами, а люди отмахиваются, Боги закрывают глаза. Но не Сара. Она видела. Боролась. Падала в бездну ужаса. Смерть всегда была где-то поблизости, ждала её, зазывала. Её дыхание она чувствовала и сейчас. Один из кукловодов неприкаянных душ был жив. Часы тикали, предвещая его скорое появление. Чтобы не бояться тьму, она согласна стать её частью. — Ты готова? — спросил томный голос. — Готова стать моей дочерью, вечно служить, быть покорной и следовать моей собственной библии? — Готова, — не колеблясь, ответила Сара. Она больше никогда не будет бояться. Теперь будут бояться её. Десять лет спустя. Домик на задворках Сентфора оброс множеством слухов: «Ведьма, ведьма, там живёт ведьма!» — громко выкрикивали дети, оббегая дом на спор, соревнуясь, кто же из них самый смелый. Местные сторонились, считая, что не нужно тревожить сумасшедшую, иные кривили лица при в виде её убежища и её самой. Но неизменно было одно — страх. Они все боялись, и это приносило Саре наивысшее удовольствие. Выглянув в окно, она хищно улыбнулась. Дети замерли, заметив её, окаменев в одно мгновение. — Желаете зайти в гости, детишки? У меня есть сладости… — сладким голосом поманила она. Один из мальчиков практически поддался соблазну, сделав нерешительный шаг вперёд, но его остановил более взрослый друг. Сара расхохоталась, взмахнула рукой, и осенние листья разом взметнулись вверх, окружая бледных детей. Они замахали руками, начали кричать и бежать прочь от гневных листьев, что преследовали их. Сара крикнула им вслед: — Бегите, пока я в добром расположении духа! Отойдя от окна, она смерила взглядом сидящую в центре комнаты связанную молодую девушку, чуть склонила голову набок и усмехнулась. — А вот тебе уже не убежать. Девушка заверещала, принялась вновь вырываться из оков толстой верёвки. Сара закатила глаза, порядком устав наблюдать эти порывы. Она опустилась к девушке, коснулась её нежной кожи, ласково провела по огненно-рыжим волосам, по тонкой шее. Произведение искусства. Чистая красота. — Нужно уметь делиться, — тихо сказала Сара, точно объясняет истину маленькому ребёнку, — красота должна жить вечно, преступление — дать ей состариться, а после закопать в землю. Ты согласна? — девушка яро замотала головой, скуля как брошенный на обочине дороги щенок. — Я заберу её себе. Дам новую жизнь. Не противься, думай о том, что твоя молодость и красота никогда не исчезнут в паутине времени. Сара приблизилась к её пухлым алым губам, мягко поцеловала, вкушая их сладость. Усиливая поцелуй, почувствовала, как меняется её и без того юное лицо, кожа становится более гладкая, нежная и бархатная, сердце крепчает, душа окрыляется. Девушка прикрыла глаза. Её морщинистое лицо обмякло, тело ослабло. Сара усилила поцелуй, желая забрать всё, что у неё было без остатка. Закончив, Сара благодарно кивнула старому дряхлому телу напротив. Подошла к зеркалу и оглядела себя. Огненно-рыжие волосы совершенно точно ей шли. Она обернулась и с улыбкой оповестила: — А сейчас явится мой отец. Всё неизменно: мне красота — ему душа.