Часть 1
29 октября 2022 г., 17:00
Кэйа сворачивает по оживлённой улице в сторону алхимической лавки на площади. Одно из поручений на сегодня — передать в штаб новую партию элементальных масел. Издалека можно заметить Альбедо, склонившегося над верстаком с разложенными ингредиентами и что-то размеренно объясняющего Тимею. Молодой алхимик с горящими глазами внимает каждому слову наставника, делая пометки в блокноте.
Заметив посетителя, Альбедо отрывается.
— Кэйа, ты, должно быть, за материалами. Я думал, отправят кого-то помладше званием.
— Я всё равно был не против прогуляться, — Кэйа улыбается, забирая свёрток.
— Хорошо, что ты зашёл. У меня как раз, кхм… готова вещь, о которой ты просил.
Альбедо протягивает вдобавок небольшой флакончик с жидкостью голубоватого цвета. Со стороны может показаться, что это самое обычное зелье, повышающее крио урон. Так, вероятно, подумал Тимей, совершенно не обративший внимания на происходящее. Альбедо, хоть и запнулся в словах, лицо его выражает обычное присущее ему спокойствие. Когда жители Мондштадта поняли могущество алхимии в умелых руках и начали ей доверять, к нему часто стали поступать просьбы деликатного характера. Альбедо не отказывал, тем более что изготовление подобных зелий не составляло особого труда.
Кэйа поддерживает спектакль и принимает заказ совершенно спокойно. И хоть на лице его по-прежнему играет привычная расслабленная и слегка нагловатая улыбка, все мысли с этого момента крутятся вокруг спрятанного в кармане флакона с особой смазкой, повышающей чувствительность. Не думал, что Альбедо выполнит заказ так быстро.
Кэйа передаёт зелья, выполняет еще несколько небольших поручений. Рабочий день незаметно подходит к концу. В таверне смена Чарльза, повода приходить на винокурню он придумать не может, а Дилюка хочется увидеть просто до зуда. Флакон обжигает через брюки. Вспоминается описание свойств приобретения: зелье сперва действует как обычная смазка, лишь самую малость повышая чувствительность. Но спустя несколько минут партнёр уже будет изнывать от малейшего прикосновения. Дилюк итак чувствительный, какую бы холодную мину ни пытался строить, его тело говорит за него. Что же станет с ним, если применить эту вещь… Кэйа ещё не придумал, как это провернёт, но он обязан проверить!
Последнее поручение в Долине Ветров завершено. Ещё довольно рано, сейчас ближе и разумнее было бы пойти в свою квартиру, поспать немного подольше и завтра с утра решить, что делать дальше. Возможно, заказ был слишком спонтанным и приобретение вообще не стоит использовать. В конце концов, Дилюк правда исключительно воспитан и может счесть это неприемлемым. Кого он обманывает, Кэйа попросту не сможет уснуть, пока в его доме есть эта штука.
Ноги сами сворачивают в сторону винокурни, когда-то эта дорога была слишком привычной. Неважно, что-нибудь придумает на ходу, не в первый раз. Планер плавно опускается между густых виноградников. Урожай как раз поспел, и с лоз свешивается множество тяжёлых гроздей. Хорошо бы Дилюку не взбрело в голову выжать из этого превосходного винограда сок.
Кэйа здоровается с несколькими работниками по пути и подходит к двери. Руки немного потеют. Ожидаемо открывает Аделинда, её сразу же встречает отработанная до автоматизма приветливая улыбка.
— Рад вас видеть! А мастер Дилюк дома? У меня для него э-мм… сведения о… магах бездны. Очень важные!
— Масте- сэр Кэйа, господин уехал на встречу с бизнес-партнёрами. Вероятно, он вернётся часа через два. Приходите позже.
Дверь почти захлопывается перед носом, но Кэйа придерживает ее, улыбаясь ещё шире.
— Но сведения действительно не терпят отлагательств. Позвольте мне подождать в доме. Неужели вы способны оставить человека на целых два часа бродить по улице? Смотрите, — Кэйа указывает на ясное небо с парой пушистых облачков, — скоро точно пойдет дождь! Аделинда, может быть, по старой дружбе всё же угостите чашечкой чая?
Горничная смотрит некоторое время, неодобрительно поджав губы. Этот наглец совершенно не изменился! В конце концов она шире распахивает дверь.
— Что с вами делать? Проходите! И непременно расскажите мне новости из города.
Аделинда заваривает чай и выносит к столу блюдо, от которого распространяется головокружительный аромат.
— У вас талант приходить как нельзя вовремя. Сегодня я испекла ваши любимые пирожные с закатниками.
Кэйа не может сдержать на этот раз искреннюю улыбку. Какой знакомый запах. На самом деле это были любимые пирожные Дилюка, которыми он всегда с радостью делился с братишкой.
Кэйа протягивает руку за сладостью, и по ней тут же шлепают.
— Никаких пирожных! — строго отчитывает Аделинда. — Пока не помоете руки. Живо в ванную!
С этой женщиной лучше не спорить.
Кэйа снимает перчатки и ополаскивает холодной водой руки и лицо. Надо бы придумать что-то внятное до прихода Дилюка.
Внимание цепляет ящик тумбочки под зеркалом. Тот не закрыт до конца, из него виден уголок странной коробки. Кэйа замирает. Он изымал как-то похожие товары у контрабандистов, но неужели… неужели это правда то, о чём он думает?
Любопытство борется с осознанием того, что нельзя трогать чужие вещи.
«Знаешь что, Дилюк, в следующий раз будешь закрывать ящики до конца».
По рисунку на коробке можно догадаться о предназначении. Может, всё-таки какая-то ошибка?.. Кэйа аккуратно приоткрывает незапечатанную (!) коробку, из которой в руку мягко вываливается прохладный нефритовый… сложно не догадаться, что это такое. Выпавший следом тюбик с пробной смазкой почти пуст. Селестия… Неужели Дилюк действительно это использовал?!
Мысли ураганом выметает из головы. Всё, что видит Кэйа перед глазами — Дилюк, вставляющий в себя игрушку. По его вискам стекает пот, глаза прикрыты и лицо такое же хмурое, как обычно, если бы не закушенная губа. Он разводит ноги и с усилием проталкивает в себя нефритовый имитатор, второй рукой стимулируя свой член. Интересно, какие мысли посещали его голову в тот момент…
«Дилюк, со мной бы было веселее», — думает Кэйа. Он еще раз ополаскивает пылающее лицо. Нет, упустить такой шанс было бы преступлением. Он аккуратно складывает все предметы в небольшую коробку и прячет её под одежду.
Кэйа запивает чаем третье пирожное и со смехом рассказывает Аделинде, как едва выздоровевшая Анна залезла на самый верх мельницы, пока перепуганный Энтони искал её по всему городу. Дверь тяжело распахивается, в дом с прохладным осенним ветром ступает Дилюк. Кэйа замирает с куском пирожного во рту. Аделинда тут же встает, чтобы поприветствовать господина.
Что же, вечер обещает быть интересным…
*днём ранее*
«Торговцы в Ли Юэ действительно знают своё дело. Когда я успел купить всё это? И… Это что вообще такое?» — наконец Дилюк смог выделить время разобрать приобретения из недавней деловой поездки. Среди прочих вещей привлекает внимание тёмная длинная коробка с изящными узорами по краю и каким-то символом посередине, но почему-то на ней совсем ничего не написано. Странно. Он приоткрывает тугую крышку, на оранжевой бархатной ткани лежит тёмный мешочек. Дилюк не помнит, в какой момент его наградили кучей разных специальных предложений для богатых гостей издалека, да и местный торопливый язык не всегда был понятен. Теперь же он стоит в своей комнате на втором этаже и открывает все эти товары, словно какие-то рождественские подарки. Он берёт мешочек в руку и чувствует внутри что-то достаточно тяжёлое, но не слишком, оно холодит руку сквозь ткань. Из-под мешочка выпадает карточка с пожеланиями самых больших удовольствий «лавка Ин Эр». Дилюк почти сразу догадывается, что скрывает чёрная ткань. Раздаётся аккуратный стук в дверь. «Блять», — Дилюк едва не роняет всё на пол от внезапного звука и кое-как ловит мешочек на лету. — Мастер Дилюк, к сожалению, мясо к ужину ещё не привезли, немного задерживаются. Приказать приготовить лёгкие блюда или вы хотите подождать? — Кхм, — Дилюк оглядывает вещицу в руках, — пожалуй, подожду, спасибо. И, Аделинда, прикажите набрать ванну. М-м, дорога вымотала… — Как прикажете, — звуки шагов постепенно удаляются, пока вовсе не исчезают на первом этаже особняка. В тишине комнаты сердце Дилюка гулко стучит, хотя ничего страшного сейчас бы не произошло. Он смотрит на вещь, которую всё ещё держит в руке, отчего та довольно быстро нагревается. Кровь начинает приливать к ушам и шее. «Надо было просто приказать избавиться от… этого, — но Дилюк совсем не хочет представлять лицо Аделинды, когда она увидит в его руках это интересное приобретение. — Они, наверное, не принимают такой товар обратно». Непривычно взволнованный, Дилюк принимает решение взять с собой в ванну эту вещь. «Мне просто интересно, что именно мне вручили. И я… не хочу, чтобы это случайно увидел кто-то из служанок, так… просто будет удобнее.» Дилюк кладёт всё обратно в коробку, плотно обматывает вещами и идёт в ванную. С каждым шагом сердце почему-то стучит всё громче. Закрыв дверь на все возможные щеколды, он быстрым шагом проходит к небольшому столику у стены и скидывает на него кипу вещей. Те сразу распадаются, открывая заветную шкатулку. Дилюк сглатывает, отворачиваясь. «Что я делаю? Нужно просто помыться и уйти», — несмотря на то, что при своём положении он может позволить себе некоторую роскошь в том, чтобы дольше лежать в ванне или тщательнее ухаживать за волосами, всё же Дилюк не любит задерживаться здесь. Весь его день, как правило, расписан по часам. Но как же сегодня всё «удачно» совпало! Ужин состоится позже, так что у него имеется лишнее время. Это приводит в странное смятение. Решив, что посторонние мысли просто мешают что-то делать, Дилюк начинает раздеваться: снимает домашнюю лёгкую обувь и оставляет недалеко от входа, скидывает жилет, распоясывает штаны, выправляет из них чёрную рубашку, расстёгивает пуговицы, оголяя торс, стягивает с себя абсолютно всю одежду, немного вздрагивая, залезает в ванну и почти полностью погружается в воду, откидывая голову на бортик. Горячая вода заметно снимает напряжение. Дилюк расслабляется и прикрывает глаза. Он не может перестать думать о той вещи, что спрятана в тёмной ткани. Он поворачивает голову — взгляд цепляется за шкатулку. Волнение снова встаёт в горле. Как оказалось, управлять винокурней куда проще, чем решить, воспользоваться ли тем загадочным предметом или нет. Дилюк переворачивается на бок и, полусидя, тянется к шкатулке на столе. Карточка с именем магазина на этот раз лежит обратной стороной. Оказывается, там написана инструкция по использованию. «Пфф, разве у этого тоже должна быть инструкция?», — рекомендации изложены в той же манере, в которой обычно говорит Ин Эр. Слишком двусмысленно и пошло! «Убедитесь, что используемый предмет тщательно вымыт, на нём нет сколов и трещин, которые могут повредить ваше нежное нутро». Дилюк кривится. «Для начала вам следует подготовиться: самое важное — расслабиться. Вы можете начать с лёгких касаний самой/самого себя в особо чувствительных местах. Исследуйте своё прекрасное тело». Дилюк скептически оглядывает застарелые шрамы на руках и уже хочет выбросить и эту чёртову инструкцию и то, к чему она прилагается. «Конечно же, вам стоит использовать специальную смазку». — !.. «Но не волнуйтесь, в мешочке есть бесплатный пробный флакон. Неопытность — это совершенно нормально! Неискушённые люди обычно очень чувствительны». — … Чем дальше Дилюк читает инструкцию, тем больше раздражается. Однако некоторые вещи и правда кажутся логичными, да и у него не остаётся иного выбора, кроме как следовать советам. Глубоко вздохнув, он медленно прикасается к своему животу. «Хм. Никакого эффекта? Но когда Кэйа-» Внезапно в голову врывается воспоминание. Он едва не упал на ступеньках в подвал с вином. Тогда Кэйа осторожно придержал его за талию. От обычно холодных рук по телу почему-то пронёсся жар. То ощущение было чертовски приятным, но длилось недолго. Дилюк сразу же начал допрашивать Кэйю о том, что тот делал здесь прямо сейчас. От этого мимолётного видения ему становится жарче. «Чёрт, почему это всегда Кэйа?» — но образ капитана никак не желает выходить из головы. Дилюк нежно оглаживает свои бёдра и шею, представляя вместо своих жилистых рук изящные руки Кэйи. Тело отзывается приятными покалываниями и мурашками. Глаза полуприкрыты. «Кажется, так было написано в инструкции». Дилюк задевает пальцами сосок, его тело сильнее напрягается, приятное тягучее ощущение разливается внизу живота. Этого мало. Он проходит пальцами по соскам и легко сжимает их, отчего те твердеют. Вторую руку опускает по бедру ниже и касается наполовину вставшего члена, который сразу реагирует и дёргается. Тело Дилюка и впрямь очень чувствительно. Ему стыдно признавать, но если он сейчас так продолжит, то вся эта затея завершится, не успев начаться. Дилюк достаёт из мешочка флакон с розоватой жидкостью. На нём нарисован цветок шелковицы. «Неужели я действительно должен сделать… это.?» Советы в инструкции заботливо подсказывают дальнейшие действия. Выбор удобных поз был не самый большой. Дилюк решает, что неудобно будет делать это в воде, поэтому полностью переворачивается, опирается руками о бортик и садится, упершись коленями в дно ванны. Он аккуратно открывает небольшой флакон и выливает часть жидкости в ладонь. Глубокий вдох. Уже поздно поворачивать назад. Всё также опираясь одной рукой о бортик, он приподнимает и оттопыривает ягодицы, чтобы было удобнее. «Проникать пальцами т-туда? Чёрт!» Его щёки пылают, пока он тщательно размазывает масло вокруг входа, никак не решаясь зайти дальше. Один палец проникает в ещё напряжённую дырочку. Это так смущает! Дилюк утыкается лбом в свою руку и закрывает глаза. В воображении тут же появляется его «братец». Пальцы Кэйи, вероятно, справились бы с этим куда лучше… «Стоп, что?!» Волна обжигающего возбуждения проходится по всему телу. Это так странно, но… приятно. «Это всего лишь мои мысли, всё в порядке, об этом никто не узнает». «А, а, а-а! Мастер Дилюк, вы ведёте себя прямо как я!» Внутренний голос, который почему-то обрёл вид Кэйи, подначивает Дилюка, заставляет смущаться сильнее. Он почти не сопротивляется своим слишком уж настырным фантазиям; вводит палец внутрь, сгибает, толкается им в стенки. Пока что ощущения не самые приятные, но образ капитана кавалерии в сочетании с такой уязвимой позой заставляют Дилюка желать большего. Он вводит второй палец и шипит. Всё ещё туго. К счастью, масло помогает пальцам проскальзывать внутрь. «Ах, мой дорогой Дилюк, неужели ты правда так меня желаешь, что представляешь мои пальцы вместо своих? М? Такой открытый и смущенный». Дилюк жмурится и вводит пальцы глубже, входя в себя всё быстрее. «Ты так тщательно готовишься. Дилюк. … Думаешь, я бы стал столько ждать?» — Ах! — у Дилюка невольно вырывается стон, когда он едва-едва задевает какую-то точку в своём теле, отчего вверх по позвоночнику бежит волна удовольствия. Он берёт в руку полупрозрачный зеленоватый фаллос, разогревает в руках, обильно смазывает его оставшимся маслом и подносит ко входу. Сердце бешено колотится. «Какое прекрасное зрелище. Дилюк, давай же, мягко нажми и протолкни чуть дальше. Ты же хочешь этого, м?» Дилюк толкает предмет внутрь и тут же жалеет, что послушал «Кэйю», потому что двух его пальцев оказывается мало. Он рвано и коротко дышит, пытаясь расслабиться. Влажность, высокая температура и смазка очень этому помогают. Вскоре Дилюк привыкает к первоначальному онемению и теперь уже более чётко чувствует каждый изгиб, каждую вручную вырезанную венку. Он толкает глубже и снова задевает ту точку! — Мм-ах! Он постепенно ускоряется, стараясь снова и снова повторить это ощущение, он хочет ещё. Его тело и руки дрожат, он почти заваливается на бортик ванной. На лице давно выступили капельки пота. «Ох, Дилюк, ты так жадно всасываешь его в себя, так стараешься. Послушай, ты ведь прямо сейчас представляешь, что это я стою сзади и вхожу в тебя? Тебе нравится это? Ты так хочешь, чтобы я тебя трахнул? Посмотри, твой член едва ли не твёрже его нефритовой копии в твоей заднице». Дьявольски манящий голос и грязные слова из фантазии проходятся по Дилюку словно нож по маслу. Он тяжело дышит, член пульсирует и уже сочится смазкой. Дилюк не очень удобно упирается головой в бортик ванны, а свободной рукой несколько раз проходится по члену. Руки дрожат. Он входит в себя слишком глубоко. — А-АХ! «Да, мастер Дилюк, вот так и следовало делать. Но… со мной было бы веселее, не так ли?» Дилюк обильно изливается в свою руку, тело дрожит и сжимается. Волны оргазма сносят последние остатки разума. В голове беспорядочно вспыхивают разные картинки. Слишком хорошо. Слишком приятно. Слишком сладко. Слишком горячо. Слишком сильно он хочет Кэйю. Дилюк устало оседает на дно ванны, колени нещадно болят, и он не имеет понятия, как собирается сейчас спускаться на ужин. «Может, стоило попросить лёгкие блюда…»***
*** Дилюк торопливо входит в особняк, закрывая за собой дверь, и тут же натыкается взглядом на человека, который не выходил из его фантазий почти сутки. На секунду он даже думает, что от усталости и слишком разыгравшегося воображения у него начались галлюцинации. Аделинда в таких ситуациях в их детстве говорила: «Вспомнишь солнце — вот и лучик». Лицо Дилюка почти ничего не выражает, но сейчас его мозг старательно обрабатывает информацию. — Кхм. Сэр Кэйа? Сэр Кэйа с трудом глотает пирожное, в голове снова вспыхивают только утихнувшие фантазии. — А-эм, подожди, не выгоняй! Проходите к столу, мастер Дилюк, выпейте чаю, — это даже смешно — приглашать хозяина в его же доме. — Спасибо за столь любезное приглашение, — Дилюк скептически смотрит на эту абсурдную сцену, но любимая сладость на столе смягчает настрой. Он проходит и садится за стол напротив гостя. — Чем обязан вашему визиту? — О, это дело чрезвычайной важности. Я вам обязательно о нём расскажу. Но не говорят же о делах за столом, верно, Аделинда? — Кэйа бросает взгляд на горничную. — Я уже достаточно много съел, кушайте, господин Дилюк, я подожду. На Дилюка ласково смотрят с противоположного края стола. Сам он подозрительно оглядывает Кэйю. Кажется, тот ведёт себя как обычно, но внутренний голос всё равно говорит, что что-то не так, и Дилюк не может понять, что именно. — У вас сегодня хорошее настроение, сэр Кэйа. Успехи на работе? Дилюк аккуратно берёт кусочек пирога, предварительно завернув салфеткой. Аделинда неодобрительно скашивает взгляд на вроде бы чистые руки молодого господина. — Что? М-м, да, день прошел вполне неплохо, даже лучше, чем ожидалось, я бы сказал. А что насчёт вас? — Сегодня состоялось несколько встреч с бизнес-партнёрами из Ли Юэ, — Дилюк слизывает крошку с уголка губ, совсем позабыв о столовом этикете, потому что витает где-то в своих мыслях. — Мы наладили поставку некоторых ингредиентов в Мондштадт, чтобы расширить ассортимент, и заключили контракт на продажу вина в разных точках города, — большим глотком Дилюк отпивает горячий чай, из-за которого губы краснеют. Он шикает и касается своих губ прохладными пальцами — снова был рассеян. — М-м, вино, говорите… — Кэйа совершенно рассеянно прослеживает за коротким мельканием языка. — Ой-ой, ты не обжегся? Аккуратнее! — он на автомате касается пальцами покрасневших губ, посылая чуть-чуть холодка. Аделинда забирает со стола опустевший заварочный чайник и никем не замеченная выходит из комнаты. Дилюк прослеживает за пальцами Кэйи, которые находятся слишком близко, и моментально краснеет, вспоминая вчерашний вечер и фантазии, которые неподконтрольно врывались в его голову. Можно было бы отвернуться или возмутиться, но он не хочет делать ничего из этого. Касание губ слишком завораживает. Кэйа задерживает пальцы на пару секунд, мимолетно поглаживая губы и, как будто опомнившись, отдергивает. — Кхм, так вот, да, я пришёл потому что у меня имеются сведения о… убежище магов Бездны. Мы можем пойти наверх, где я все подробно расскажу, — он понимает, что несёт бред. Зачем идти для этого наверх? Почему не сказать здесь? — А то вдруг кто-то подслушивает. — Это… настолько секретно? Что ж, хорошо, — Дилюк встаёт из-за стола, вокруг нет служанок, которые бы сразу убрали, поэтому решает взять тарелку со сладостями с собой. — Полагаю, лучше обойтись без свидетелей, — Кэйа поднимается первым и осознаёт, что встал перед дверью спальни Дилюка, а не кабинета. Он решает не акцентировать внимание на этой оплошности и посмотреть, что будет дальше. По пути наверх Дилюк поневоле кидает взгляды на стройные подкачанные бёдра Кэйи и пытается хоть куда-то деть свои глаза и старательно думать о деле. Получается плохо. Дилюк иногда работает и в своей спальне — отвечает на письма или складывает особо ценные бумаги туда, где их никто не мог бы найти, поэтому не замечает в поведении Кэйи ничего странного. — Проходи, — он вежливо открывает дверь и жестом приглашает войти. Кэйа шагает вперёд, бросает взгляд на аккуратно заправленную кровать — скорее всего, на неё не садились с утра. Комната Дилюка почти не поменялась с прежних времён. Приходится поискать глазами, куда бы сесть, в конце концов Кэйа облокачивается бёдрами о краешек стола. Флакончик в кармане упирается в бедро, так некстати напоминая о себе. Руки начинают немного потеть под пристальным взором Дилюка. — Так вот… Я так полагаю, вчера Полуночный Герой не выходил на работу. Маги Бездны за ночь обустроили лагерь недалеко от города. Мы их уничтожили, да, Дилюк, не удивляйся, рыцари тоже иногда делают свою работу. Сейчас там всё под контролем. Мне просто стало интересно, чем ты был занят вчера вечером, — в мыслях так некстати вспыхивают картины, чем именно Дилюк мог быть занят. — Я имею ввиду, если ты отдыхал, это очень хорошо. Отдыхай почаще. Рад, что с тобой всё в порядке. — Хорошо, что в Ордо Фавониус кто-то ответственно подходит к делу. Вчера я… — Дилюк запинается, вспоминая, какие непристойные вещи он творил в собственной ванной. Никто не должен об этом знать. Тем более Кэйа. Это слишком неловко. — Вчера вечером вышла небольшая накладка, я правда решил… отдохнуть, — скрывая смущение, он подходит чуть ближе, со всей серьёзностью и невозмутимостью на лице спрашивая: — У тебя есть ко мне ещё какое-то дело? Кэйа действительно рад, что даже «Полуночный Герой» отдыхает. Но эта вещь… не мог же он ошибиться… Дилюк стоит так близко, что можно почувствовать лёгкий запах виноградного сока, который он пил за столом. Это сбивает мысли. — Да, я… я случайно нашёл это в твоей ванне, — Кэйа сглатывает и достает нагло позаимствованную коробку. — Она показалась мне странной. Вдруг подбросили недоброжелатели, — что он несет? — Дилюк, давай на всякий случай посмотрим, что внутри. — Что?.. — Дилюк шокировано открывает глаза и резко оборачивается к двери, затем снова к Кэйе — вдруг ему показалось? Видение не исчезает. — Откуда у тебя… — он вспоминает, что вчера слишком устал, чтобы как следует спрятать имитатор, и судорожно пытается придумать объяснение. «Черт, я действительно должен объясняться? Это личная вещь!» — мелькает справедливая мысль. Краснея, он отворачивается и протягивает руку. — Отдай, там... нет ничего такого. Просто один, кхм, товар из Ли Юэ! Кэйа не может не заметить слишком бурную реакцию на свои слова. Выходит — всё же не ошибся. Он чуть отодвигает коробку назад от Дилюка. — Правда? Ай, ну ладно, видимо, я был не… — Кэйа протягивает коробку, поддевая пальцем место закрытия (совершенно случайно, разумеется). Дилюку на ладонь падает содержимое. — Оу, кхм… Кажется, я взял что-то не то… Не знал, что мастер Дилюк пользуется такими вещами. — Кэйа! — Дилюк густо краснеет и трясущимися руками пытается собрать и закинуть всё в коробку. Он так боялся именно этой ситуации. — Отдай! — хочется сказать, что он не пользовался ничем из этого, но вскрытая упаковка и полупустой флакон говорят сами за себя. Дилюк ещё никогда не хотел так сильно сбежать. — Я и не держу, — Кэйа наблюдает, как имитатор пытаются засунуть в коробку не той стороной, отчего он, конечно, не помещается. Кажется, реакция говорит сама за себя. — А он неплохо смотрится в ваших руках, мастер Дилюк. Интересно, как ещё вы его использовали? — Кэйа оглаживает большим пальцем верхушку искусственного члена. — Вам помочь? Дыхание перехватывает. Это слишком откровенный жест. Дилюк стыдливо ощущает жар в собственном теле. Он не может сказать ни слова, что бы он ни ответил, всё будет звучать слишком двусмысленно, поэтому поджимает губы. — Вообще-то у меня был один подарок… — Кэйа возвращается мыслями к флакону в кармане. — Тебе интересно, какой? На Дилюка накатывают воспоминания всех странных деталей в поведении гостя ранее. — Так ты с самого начала это планировал? Кэйа чувствует небольшую растерянность от того, что его раскусили. Но отступаться уже слишком поздно. — Не с самого начала… и найти это совсем не входило в мои планы, но сейчас… — он отрывается от стола и приближает лицо к Дилюку, — не могу думать ни о чём, кроме того, как ты его использовал… Дилюк нервно кусает губы, ругая себя за рассеянность. — Кэйа… Кэйа мягко проводит большим пальцем по линии челюсти. — Честно говоря… я бы хотел посмотреть, как ты это используешь. Скажу по секрету, это можно совместить с моим подарком, — короткий поцелуй в сжатые губы. — Разве не отличный шанс? — Подарком? — Дилюк смотрит на чужие губы. Мысли путаются. На секунду представляется, как он делает то же самое перед Кэйей. Стыд и желание смешиваются внутри. Он ведь и правда фантазировал об этом вчера. Должен ли он благодарить судьбу и наглость Кэйи, который решил залезть туда, куда не следовало? — Конечно, если ты не хочешь, у меня и в мыслях не было заставлять, — Кэйа отходит на шаг и смотрит на брата, всё еще держа коробку в руках. — В таком случае мне следовало бы уйти, конечно, тогда у меня не будет шанса продемонстрировать подарок, но оно, наверное, и к лучшему, — если Дилюк этого пожелает, он действительно уйдёт, но так хочется, чтобы этот огонь вспыхнул, а не погас от его действий. Дилюк подходит почти вплотную, откладывает коробку на стол и хватает за запястье. — Ты же… сам решил это сделать, — он снова поджимает губы и на этот раз (почти) решительно смотрит прямо в лицо. Так почему сейчас поворачиваешь назад? — Дилюк ощущает слишком спутанные эмоции, но он точно не хочет, чтобы этот человек уходил. Сердце стучит слишком громко, Кэйа действительно опасался, что сейчас ему укажут на дверь. — Тогда… сделаем, — он обнимает Дилюка за талию, притягивая к себе, и глубоко целует. Горячие прикосновения заставляют плавиться, губы приоткрываются, позволяя чужому языку проникнуть в рот. Кончиком языка Дилюк проходится по нижней губы, целует и посасывает. — Хорошо… Кэйа гладит талию и поясницу, иногда руки нагло спускаются в сторону ягодиц. Смазанно целует везде, куда может достать, когда натыкается на высокий воротник Дилюка, судорожно начинает расстегивать пуговицы жилетки и рубашки, оголяя бледную грудь. Он чувствует, как начинает нарастать собственное возбуждение. Хорошо бы держаться, чтобы всё прошло по плану. Дилюк стонет от приятных ощущений губ на своём теле, стягивает пушистую накидку, расстегивает застежку на странном воротнике, напоминающим ошейник. — Кхм, если ты хочешь использовать тот предмет, то нужно специальное масло. Тот флакон в шкатулке полностью израсходован… Настолько откровенные слова от Дилюка невольно смущают. — Да? Я думаю, это нам сможет помочь… — Кэйа отрывает одну руку и достает из кармана небольшой флакончик, который ранее забрал у Альбедо. — Я должен предупредить, оно… сделает тебя более чувствительным. — Ты действительно всё спланировал, — Дилюк тяжело выдыхает в шею. Он не может представить, каким образом это средство сделает его тело ещё чувствительнее, вчера… он почти потерял сознание от удовольствия, но хочется попробовать. — Это средство используется по-другому? Что… — он шумно взволнованно выдыхает. — Что мне делать? — М-м, сейчас, сейчас… Кэйа сходит с ума от этого нетерпения. Он мягко высвобождает Дилюка из рубашки и расстегивает его брюки. Стягивает их, попутно сам опускается на колени, поглаживая мускулистые стройные бёдра, которые также не обошли стороной несколько шрамов. Быстро расстёгивает собственную рубашку и снимает сапоги. После чуть подталкивает Дилюка, вынуждая сесть на широкую кровать. — Просто прими… позу, которая тебе удобна. Дальше я сделаю все сам. Дилюк вспоминает, как именно делал это вчера, и делает скидку на то, что под коленями теперь удобная мягкая кровать и, возможно, будет не так стыдно, если в его лицо не сможет впиваться жадный взгляд капитана. Он поворачивается спиной, опускается на локти и прогибается в пояснице. Кажется, что слишком поспешил с решением, поза очень открытая и уязвимая. Дилюк зарывается лицом в подушку и жмурится до белых пятен в глазах. Кэйа замирает. Он никогда не мечтал, что перед ним откроется подобное зрелище (ладно, мечтал, но не предполагал, что оно воплотится в реальность). Изящно сложенный силуэт, молочно-белая кожа с росчерками шрамов. И невозможно не смотреть... туда... Дилюк так открыт. Кэйа не может удержаться от того, чтобы прильнуть поцелуями к лопаткам и прошептать в скрытое волосами ухо: — Ты прекрасен… Кожу на шее сводит, мурашки пробегают волной, ухо сильно краснеет. Дилюк мычит что-то смущённое в подушку. Оголённую спину слегка щекотит ткань рубашки Кэйи, отчего талия опускается немного ниже и невольно оттопыриваются ягодицы. Кэйа шумно вдыхает. В штанах уже слишком тесно, но впереди еще много работы. Он проходит дорожкой невесомых поцелуев от лопаток до копчика. Гладит, разминая, ягодицы и слегка массирует вход. Второй рукой начинает медленно водить вдоль возбужденного члена Дилюка. Нежные ласки Кэйи дарят такое удовольствие. Ни в какое сравнение не идёт с неумелыми движениями Дилюка вчера в ванной. «Его руки и правда… такие». Стоны Дилюка приносят непередаваемое наслаждение. Кэйа поднимает руку выше, лаская и оттягивая по очереди соски. Отстраняется, выливая на ладонь немного вязкой жидкости и размазывая ее вокруг. Каждым движением чуть проталкивает кончик большого пальца. Вспоминается, как Альбедо говорил, что с этой вещью лучше не переусердствовать. Пока все хорошо, но когда она попадет внутрь и пройдет немного времени… «Ты ведь представляешь мои пальцы вместо своих, верно? Хочешь, чтобы я стоял сзади?» Дилюк вспоминает слова Кэйи из своих вчерашних фантазий. Воображение и реальность сливаются воедино. Он, уже почти не сдерживаясь, стонет и поворачивает голову вбок, чтобы нормально вдохнуть, разгоряченные щёки блестят, волосы липнут к вискам, его взгляд падает на зеркало над тумбой. В отражении видно лишь голову и плечи Кэйи, глаз затуманен нарастающим возбуждением. Будто что-то почувствовав, Кэйа лукаво сквозь отражение смотрит в ответ на Дилюка. Внезапно каждое движение Кэйи отдаётся электрическими разрядами, пробегающими вдоль тела, необычно ощущение почти пугает. — А-А-Х! Эта жидкость! Вот как работает. Дилюк ощутимо напрягается и начинает ерзать. Видимо, это как раз то, что должно было происходить, судя по описаниям. Ведёт от осознания, насколько теперь Дилюк станет чувствительным к каждому касанию. Зачерпнув жидкости, Кэйа аккуратно вводит один палец. Идет не так туго, как он предполагал. «Отдыхал значит вчера, Дилюк?» — почти сразу Кэйа добавляет второй палец и пробует раздвинуть и повернуть под разными углами. И без того возбужденное тело теперь будто покалывает, глаза заволакивает дымкой. — Ах! Да-а… — голос Дилюка случайно срывается, выдавая до крайности неприличный стон, пальцы сводят с ума, такие же изящные и проворные, как и представлялось. Член изнывает, Дилюк уже сам непроизвольно насаживается на пальцы. Сознание почти полностью мутнеет от нахлынувших ощущений. «Неужели алхимия способна на такое?» Кэйе безумно хочется хотя бы расстегнуть собственные штаны, но он не может позволить себе даже на секунду оторваться от такого Дилюка. Он намеренно игнорирует член партнера — не хочется закончить раньше времени. С небольшим трудом Кэйа проталкивает третий палец и ещё несколько раз двигает ими, после чего вынимает с неприлично громким в тишине комнаты хлюпом. Тщательно смазывает игрушку и проводит холодным камнем рядом со входом. — Дилюк… — шёпот немного хриплый от возбуждения. — Дилюк, ты готов?.. Хочется слушать этот голос ещё. Где-то на краю сознания проскакивает приятная мысль, что Кэйа сейчас такой из-за него. — Мх… — холодный нефрит резко контрастирует с тёплыми пальцами, это движение слишком дразнящее, хочется большего. — ...ди... — голос звучит невнято. — Войди... им... — Хорошо… Сознание мутится от того, насколько Дилюк сейчас податлив. Просит… Наверняка больше никто не видел его в таком состоянии. И не увидит — Кэйа об этом позаботится. Он отодвигает одну ягодицу для большего доступа (откровенно говоря, так вид ещё больше сводит с ума), осторожно вводит игрушку наполовину, немного погодя начинает совершать небольшие толчки, внимательно наблюдая за реакцией. Колени Дилюка едва не подкашиваются, он тянется рукой к собственному члену. Тело покачивается в такт толчкам, волосы спадают красной рекой между сжатых лопаток. Кэйа перехватывает руку, переплетая пальцы. — Ч-щ-щ, милый, еще не время. Ты получишь то, что хочешь, обещаю. Прилагая небольшие усилия, Кэйа проталкивает искусственный член до упора — теперь снаружи только та часть, за которую его следует вынимать. Он поворачивает под разными углами, совершая короткие толчки, и наконец оставляет в таком положении глубоко внутри. После отстраняется, с невероятным облегчением расстегивая и снимая брюки. Член напряжён до боли — а он ведь ни разу ещё не прикоснулся к себе. Кэйа берёт что-то со стола и усаживается на коленях на кровати. — Дилюк, повернись ко мне… Пожалуйста. Не вынимай его пока… Внутри всё пульсирует, имитатор приятно давит на стенки. Дилюк приподнимается, оборачивается и смотрит на Кэйю влажными глазами, его лицо раскраснелось от жара. Дилюк упирается одним локтем в постель, ноги сложены вместе, из-за чего давление внутри становится даже больше. С губ срывается стон. С этого ракурса Кэйа выглядит невероятно соблазнительно. «Я хочу…» Дилюк даже для себя не может сформулировать, чего именно он сейчас желает. Кэйа каждой частью тела, каждым движением и фразами, сказанными сладким охрипшим голосом, заставляет его грудь гореть, член напрягается почти болезненно сильно. Стон Дилюка отдается мурашками по коже. Кэйа не выдерживает и проводит один раз вдоль своего члена. Тут же убирает руку — он едва не кончил от такого простого действия. Под взглядом Дилюка тяжело, немеют мышцы и накрывает смущение, особенно когда он осознает, что собирается сейчас делать. — Ты хочешь меня? Дилюк, посмотри на меня… Кэйа выдавливает оставшуюся смазку из пробного тюбика. Её совсем немного, но пока должно хватить. Он не решается использовать зелье Альбедо на себе — неизвестно, чем это обернется, если они оба потеряют способность связно мыслить. Растерев смазку, Кэйа под пристальным взглядом насаживается на свои пальцы. Дилюк удивлённо и сосредоточенно наблюдает как пальцы погружаются в мягкое нутро. Казалось, вся эта ситуация не могла завести его ещё сильнее, но Кэйа снова удивляет. Зрачки расширены, глаза бегают от влажных пальцев к приоткрытым губам и обратно. Хочется коснуться, хочется прижать к себе и выцеловать ключицы, оставив на них засосы. «Он ведь знает, как сейчас выглядит? Делает это специально? Это сводит с ума!» Дилюк полностью переворачивается, подгибает слегка разведённые колени и усаживается удобнее, откидываясь назад. Так смотрит… Кэйе хочется провалиться сквозь землю, хочется хотя бы уткнуться лицом в кровать, как тот сам делал это только что. Ощущения внизу немного отвлекают, он сосредоточенно погружает в себя два пальца и тщательно растягивает, стараясь делать это так, чтобы Дилюк видел каждое движение. Смазки маловато. Кэйа качается на коленях, подвигаясь вперёд, и проводит ладонью по члену Дилюка, собирая с головки предэякулят. — Потерпи ещё немного, милый. Дай мне… растянуть себя для твоего члена, — Кэйа вводит в себя третий палец. Дилюк стонет, выгибаясь навстречу. Это слишком невыносимая пытка. К возбуждению добавляется предвкушение того, что собирается сделать Кэйа. Одной рукой он дотягивается до колена партнёра и ощутимо его сжимает и поглаживает. — Пожалуйста, Кэйа… я так хочу… Это невыносимо, — он больно кусает свои губы в попытке хоть как-то облегчить состояние. Кэйа вздрагивает от ощутимо горячего прикосновения. Он не знает, насколько хорошо растянул себя, но тоже уже не может терпеть. Член пульсирует от болезненного напряжения. — Я дам тебе то, что ты хочешь. Кэйа стирает пальцем выступившую слюну с уголка губ Дилюка и соскальзывает рукой на грудь. Освобождает вторую руку, обхватывает ей член партнера, приставляя ко входу, и медленно насаживается. Не сдерживает громкого стона от почти болезненного, разрывающего чувства заполненности. Из груди Дилюка вырывается громкий стон. Он едва сдерживается, чтобы тут же не кончить, он так долго терпел! Случайно двигает бёдрами навстречу, от чего доставляет неудобства. — Черт, мх… прости, — Дилюк нежно касается талии, оглаживает и чуть-чуть поднимает бёдра Кэйи. — Больно? Кэйа замирает от нежности. В самом начале это действительно были не самые приятные ощущения, но тело привыкает и требует большего. Безумно хочется прикосновений к члену, глубоких толчков, и хочется вечно смотреть в эти прекрасные поведённые поволокой возбуждения глаза. — Все хорошо… ммм… не бойся, ты можешь двигаться смелее. Дилюк качает бёдрами и хрипло стонет, пытаясь найти правильный угол. — Х-хорошо, — он плотнее обхватывает руками сгиб между тазом и бёдрами, помогая двигаться на собственном члене. Внутри слишком горячо, а Дилюк всё ещё чересчур чувствителен. С каждым толчком всё внизу живота скручивается в тугой узел. Любое движение заставляет имитатор внутри скользить, иногда задевая чувствительную точку, от чего Дилюк резко вскидывается. Рваный ритм слишком непредсказуем. Кэйа вздрагивает и сильно сжимается, когда член некоторыми толчками попадает по особой точке внутри. Он не может не думать о том, как себя сейчас чувствует Дилюк, ощущая стимуляцию с двух сторон. Кэйе кажется, что он не сможет терпеть дальше. — Коснись меня… умоляю… Одной рукой придерживая за тонкую талию, второй Дилюк размазывает выступившую жидкость по головке члена, большим пальцем задерживаясь на самом кончике. Кэйа сейчас так прекрасен. — Я сейчас... кончу. Дилюк сжимает член чуть сильнее и несколько раз проходится по всей длине. Внимание к так долго игнорируемой плоти отдается разрядами по венам. Голос Дилюка возбуждает еще сильнее. Из последних сил Кэйа заводит руку за спину и нащупывает выступающую часть имитатора. Слабо и немного рвано толкает его. — Давай. На последних действиях Кэйа замирает, несколько раз сильно дергаясь, и до расплавленного мозга не сразу доходит мысль о только что наступившем оргазме. Активные движения нефритового члена окончательно сводят с ума, Кэйа плотно сжимается вокруг члена, зад жадно пульсирует. Оргазм наступает слишком быстро и мощно, Дилюк жмурится, сдавленно стонет и несколько раз глубоко входит внутрь, обильно изливаясь. — Ах-хах! Он пытается отдышаться, чувствуя как белёсые капли медленно стекают вниз по его члену. Хватает Кэйю за предплечье и тянет на себя, утыкаясь носом в шею. — В следующий раз я использую это зелье на тебе. Кэйа падает на горячую грудь партнёра, громко и часто дыша, спустя несколько секунд медленно поднимается с члена. Семя срывается и падает несколькими тягучими каплями следом. Он переворачивается и аккуратно помогает вытащить игрушку, убирает ее в чехол рядом с коробкой. Хочется что-то сказать, но он просто падает рядом, прижимаясь к плечу и зарываясь носом в пушистые волосы. Дилюк прижимает к себе поближе и расслаблено закрывает глаза. *** Горничные в это время: — Сэр Кэйа должен был зайти на два часа, а до сих пор не выходил из дома. Эта Аделинда точно ведьма — она была с ним последней. — Я вытирала пыль вечером во всех комнатах, кроме спальни господина, и ни в одной из них сэра Кэйи не было! — Ведьма. — Ведьма.
