Было, или нет?

      — Мама, а мы потом пойдем в парк кататься на пони? — маленькая Мари крепко держала маму за руку, пока они шли от парковки в больницу. Девушка улыбнулась, и посмотрели на маленькую хитрюгу:       — Малышка, мы кажется не договаривались о катании на пони!       — Но мама, ты же всегда говоришь, что больница нагоняет на тебя грусть и прогулка в парке лучшее средство.       — Нуу, а пони тут при чем?       — Они грустят если на них не катаются, я просто не хочу чтоб они грустили, — кокетливо хлопнула пушистыми, черными как смоль ресницами малышка. Девушка рассмеялась, и подхватила дочку на руки:       — Ты маленькая хитрюга, я тебе уже говорила об этом?       — Паааапааа! — Мари увидела отца и радостно заголосила.       Высокий широкоплечий брюнет, спортивного телосложения, в белом халате улыбнулся своей белозубой улыбкой, и отдав карту очередного пациента медсестре пошел на встречу жене и дочке.       — А вот и мои девочки! — Джон взял на руки девочку и поцеловал супругу. — Как доехали?       — Нормально, — Мэри-Эн улыбнулась, поправляя юбочку девочки. — Правда одна юная леди пытается развести меня на катание на пони, утверждая, что те сильно скучают без неё. Девушка хитро взглянула на дочь, а та кокетливо взглянула на отца.       — Папочка, я тебя так люблю, — и положила головку ему на плечо.       — Ох, ооох кокетка! — Мэри-Эн пожурила дочь.       — Лааадно, поедим кататься на пони! — разве папа мог устоять.       — Джон, ты ее разбалуешь в конец!       — А для чего еще нужны дочери, разве не для того, чтоб баловать их? — он улыбнулся, и приобняв жену за плечи, и повел к лифту. — Не волнуйся, тебя я тоже чем-нибудь побалую!       Медперсонал больницы с любопытством наблюдал за этой парой. Лучший нейрохирург больницы и его жена. Об истории их любви можно было снять романтический фильм. Он спас, а затем влюбился в свою пациентку. Девушку, что нашла береговая охрана. Без документов, с ужасной травмой головы. Ей сделали срочную операцию, а когда она пришла в себя, выяснилось, что она ничего не помнит. Но и это оказалось не всё. Врачи выяснили, что девушка беременна. Срок совсем маленький. Слава Богу, с плодом все было в порядке. Джон буквально вытащил ее с того света и потом много времени проводил в палате своей пациентки. Выяснить, кто она, так и не смогли. В базе полиции ее не было. Понятно было только что она из русскоговорящих стран, так как говорила девушка на русском. Она долго лежала в больнице, а когда настал момент выписки, то Джон отвез ее к себе. А через год они поженились.       — Ну, есть какие-нибудь изменения? — Мэри-Эн с надеждой взглянула на мужа, что помогал ей встать с аппарата МРТ.       — Всё хорошо! — Джон улыбнулся. Мэри-Эн приподняла бровь в характерном жесте. Джон прекрасно понимал, что она имела в виду, но, увы, порадовать ее ему было нечем.       — Мне жаль дорогая. Без изменений. Мэри-Эн разочарованно вздохнула, опуская глаза.       — Но это убеждает нас в том, что дело не в мозге. Я уверен, причина твоей амнезии носит психологический характер.       — Психолог говорит тоже самое. Говорит что нужно подтолкнуть мою память. Говорит, что нужно найти якоря.       — Ну вот видишь….       — Что видишь Джон? — девушка эмоционально взмахнула руками. — Какие якоря, какие? Я ничегошеньки не помню! Ничего! Словно я и не жила до того как открыла глаза в больнице!              Она вновь заплакала. Джон обнял жену, прижимая к себе и утешая. Ему было не понять, как это жить, не зная кто ты. Не зная даже своего настоящего имени. Да, они были счастливы в своей настоящей жизни. Пусть Мари, или просто Маша, как они называли ее дома, и не родная его дочь, но он любил ее как свою. Мэри-Эн была ему прекрасной женой. Она понимала все аспекты его работы и не пилила за то, что он много времени проводил в больнице. Он видел, как старалась его жена поправиться.       Он никогда не забудет ее глаза, когда она открыла их после операции. Такие огромные, испуганные и потерянные. Ее лицо было сильно повреждено, в отеках и синяках. В горле была вставлена трубка аппарата ИВЛ. Она не могла говорить, лишь смотрела на него, и из глаз текли слезы, когда он говорил ей о том, что она беременна. И лишь потом понял, что она его не понимает. Не знает языка. Они нашли переводчика на русский и тогда пришлось повторять тяжелую процедуру объяснений. И вот тогда выяснилось, что она ничего не помнит. Травма вызвала обширную потерю памяти. Но сейчас, по прошествии почти 5ти лет, мозг в порядке, никаких признаков амнезии на снимках нет. И он был согласен с психологом жены, дело не в мозге, дело в психике. Возможно, ей действительно нужен некий катализатор. Но вот беда, у них не было ничего из ее прошлого.       — Дорогая, я тут подумал, — Джон помогал супруге мыть посуду после ужина. — Быть может стоит нанять частного детектива?       — Зачем? — девушка взглянула на него.       — Нууу, чтоб он собрал информацию о тебе.       — Но ведь мы пытались, посылали запросы, — Мэри-Эн задумчиво натирала тарелку.       — Но ведь мы не профессионалы. Почему бы не попробовать?       — А вдруг у него не получится?       — Но мы по крайней мере попытаемся? Детка, — он отложил тарелку и, взяв жену за плечи, развернул к себе лицом. — Я не могу смотреть как ты переживаешь, мы должны использовать все возможные варианты. Я верю, мы найдем то что ищем.       — Но Джон, это очень дорого!       — Ерунда!       — Нет не ерунда, я так не могу! — девушка выключила воду и сев на стул, закрыла лицо руками.       — Мээээри…. — Джон нежно коснулся ее головы, поглаживая.       — Я не могу так с тобой, ты меня спас, вылечил. Женился, добился, чтоб мне дали гражданство и новое имя. Ты растишь мою дочь, а я только и делаю что плачу о своей потерянной памяти.       — Ты заботишься обо мне. А Машуню, я люблю как свою, и не важно, что она мне не родная.       — Я устала Джон…. — девушка замотала головой.       — Давай так, — мужчина сел на корточки перед женой. — Последняя попытка. Если детектив ничего не найдет, мы больше не будем ничего делать. Будем жить дальше.       — А если найдет? — подняла на него глаза.       — А если найдет, тогда будем думать, что будем делать дальше, — Джон улыбнулся, вытирая мокрые от слез глаза жены. — Согласна?       — Хорошо, но я заплачу сама!       — Хорошо, — кивнул он. Несколько месяцев спустя.       — Паапааа!!! — Машуня каталась на самокате в саду, когда Джон вернулся с работы.       — Привет моя красавица! — мужчина подхватил девочку на руки. — А ты чего тут одна, где мама?       — Мама какая-то злая сегодня, — надула губы девочка.       — А что такое случилось, ты что-то опять напроказничала, а? — пощекотал он девочку, и та, захихикав, заерзала.       — Неет, я хорошо себя вела. Днем пришел дяденька посыльный и принес какой-то пакет, мама долго на него смотрела, а потом кинула его и ушла в ванную. Кажется, она там плакала. Папа что в том пакете? — серьезно спросила. Джон догадался, что, скорее всего, это частный детектив прислал информацию.       — Я думаю, малышка, что там информация о прошлом мамы, и она боится посмотреть ее.       — Это чтобы мама вспомнила, кто мой настоящий папа?       — И это тоже.       — А если она вспомнит, ты перестанешь быть моим папой?       — Нет зайка, — Джон улыбнулся. — Я всегда буду твоим папой. Просто у тебя будет два папы, родной, благодаря которому ты родилась, и второй, который о тебе заботился. Маруся не очень понимала хитросплетения родовой системы, но она сильно любила своего папу Джона и крепко обняла его за шею.       — Я не хочу чтоб у меня был другой папа.       — Малыыышка, все будет хорошо, никто тебя у меня не заберет, не бойся! — Джон поцеловал малышку. — Пойдем, найдем маму.       — Пойдем! Компания вошла в дом и нашла маму готовящей ужин. Девушка была мрачна и задумчива.       — Мэри-Эн, родная, я дома! — позвал Джон жену. Та обернулась на его голос и улыбнулась уголками губ:       — Привет детка, ужин почти готов.       — Отлично, сейчас переоденусь и помогу тебе. Мужчина велел дочери раскладывать на столе салфетки, а сам отправился переодеваться.       Ужин прошел в легкой тишине. Мама словно витала в облаках, все время о чем-то думала и не сразу отвечала на вопросы.       — Отдыхай, я уложу Мари, — Джон поцеловал жену и пошел укладывать дочь. Он вернулся через час и не застал супругу дома. Он нашел ее на террасе. Она сидела в кресле, укутавшись в легкий плед, и невидящим взглядом смотрела перед собой.       — Родная, ты должна его открыть! — Джон присел рядом с ней и положил на колени девушки желтый бумажный пакет.       — Я не могу, мне страшно! — она взглянула на мужа.       — Я понимаю, но ты справишься!       — Давай ты откроешь его!       — Нет родная, — мужчина тепло улыбнулся. — Это должна сделать ты сама. Давай, я буду в доме. — Джон встал и поцеловав ее в макушку скрылся в гостиной.       Мэри-Эн глубоко вздохнула и взяв конверт в руки оторвала край. Она вытащила от туда папку, надпись гласила: «Мэри-Эн Райс». Девушка набралась смелости и открыла папку. Взгляд упал на фотографию брюнетки с карими глазами. Волосы цвета молочного шоколада мягкими волнами падали на плечи, девушка на фотографии улыбалась. Это была она, это была Мэри-Эн. Только сейчас она не была брюнеткой. У нее было сделано модное нынче мелирование, и она была скорее блондинкой. Девушка на фотографии была светлокожей, в то время как Мэри-Эн имела золотистый южный загар. Девушка коснулась пальцами фото.       — Кто же ты? Она набрала в легкие воздуха, и, задержав дыхание, как перед прыжком в воду, перевела взгляд на строчку с именем…. Несколько месяцев спустя.       — Андрей Сергеевич? Князь замер, и медленно повернулся на голос. Его взгляд впился в тонкую фигурку. Девушка нервно сглотнула, и, облизав пересохшие губы произнесла.       — Меня зовут Мэри-Эн Райс, и, кажется… Вы мой отец…       Повисло напряженное молчание. Мужчина, чье лицо она знала только по фотографии, молчал, упершись в нее взглядом серых глаз. Мэри-Эн не могла вынести это напряжение и нервно затараторила:       — Понимаете, 5 лет назад я попала в авиакатастрофу и потеряла память, в информации, что собрал частный детектив, были ваши данные…. — девушка с трудом сдерживалась, чтоб не заплакать. — Скажите, пожалуйста, вы не узнаете меня?       Князь не мог поверить своим глазам, перед ним стояла его дочь. Живая! 5 лет назад он посадил ее в такси, на этом вот самом месте, и больше не увидел. «Пропала без вести» — значилось в ее документах. И вот она стоит перед ним. Правда ли это, или ему в очередной раз снится сон.       Они стояли, и смотрелИ друг на друга. Молча. Почему он молчит? Мэри-Эн нервно обняла себя руками.       — Простите, видимо я ошиблась! — девушка дернулась, чтоб побежать к машине, но тут ее схватили крепкие руки и прижали к себе.       — Девочка моя, доченька! — Андрей крепко прижал к себе ребенка, которого думал, что потерял навсегда. — Моя маленькая, моя девочка! Он поднял ее лицо и стал целовать мокрые от слез щеки. Мэри-Эн вцепилась пальцами в мужчину, которого не помнила, но который узнал ее, и который, как она чувствовала, и правда был ее отцом.       — Вы меня правда узнали? — плакала она.       — Конечно, ты мой ребенок! Моя девочка! — Князь взглянул в ее глаза. — Моя Настя! Девушка разревелась в голос, прижимаясь к вновь обретенному родителю.       — Мамооочка, ты что, плачешь? — раздался сбоку голос Мари. Девушка подняла голову.       — Малышка…. Джон с дочерью на руках стояли недалеко от пары.       — Мамочка?       — Все хорошо малышка! — девушка улыбнулась и подошла к мужу.       — Познакомься малыш, это твой дедушка. А это моя дочь, Мари, или Машуня. А это мой муж, Джон.       Князь в шоке смотрел на 4х летнюю крошку на руках высокого красавца, и прекрасно понимал, что это не его ребенок. Такие зеленые глаза были только у одного его знакомого….