Приключение длиною в год

      Дневник «Е», день 28, начало записи. Известные пострадавшие: Итер, Люмин, Аяка, Тарталья, Альбедо, Сахароза, Дилюк, Кэйа, Ёимия, Тома. Дата происшествия: ХХ.ХХ.20ХХ. Конец записи.       Прошёл месяц с момента взрыва в гараже. Ничего от самогонной фермы не уцелело, Дилюк начал возобновлять производство сначала, не без помощи брата. Все особо стараются не обсуждать это дело, но одновременно с этим каждый либо самостоятельно, либо в паре с кем-то испытывает полученные способности. Иногда место и время испытаний совпадают, и два человека на знакомом пустыре смотрят друг другу в глаза и стоят, как статуи. Кажется, что жизнь продолжается, как раньше, ведь куда девать невообразимую мощь, что скрывается в этих подростках. Можно только пельмени подогреть или цветы на подоконнике полить. Так бы и продолжалось до дня медосмотра у класса…       День начинался как обычно. Близнецы пришли в школу, успели зайти в нужный кабинет до начала урока, и даже побеседовать с классом. Близилась математика и на урок была запланирована контрольная. Большая часть класса сетовала о том, что тема была ими не понята, а учительница наотрез отказывалась не проводить работу. Прозвенел звонок.       — Ну, все, смерть, — обреченно произнесла Ёимия.       — Успокойся, напишем, я тебе помогу, — мгновенно осчастливила подругу Аяка, тепло улыбаясь. Ёимия также быстро расцвела и начала тормошить подругу. Аяка решила промолчать, что сама тема поняла не до конца. В класс зашла учительница, поприветствовала учеников, и села на свое место. В кабинете повисла неловкая тишина. Ученики выжидающе смотрели на учительницу, а Эи смотрела на них в ответ, перебираясь взглядом с одного ребенка на другого.       — Чего глазами хлопаем? — строго произнесла Вельзевул. Её рука грациозно указала на первую пустую парту. — Сдаем телефоны.       Весь класс горестно выдохнул. Пока ребята относили свои мобильные, Райден Эи торжественно вручила близнецам бумаги с задачами, и попросила раздать каждому.       — У-у, контроша на два варианта, — присвистнул Кэйа и повернулся к брату с самодовольной улыбкой. — Только не проси меня о помощи, тони сам.       — Ага, я тоже не собираюсь быть твоим спасательным кругом, — съязвил в ответ Дилюк.       Девушки же, что сидели напротив их, терпеливо ожидали своей участи. Получив листок, Аяка быстро пробежалась взглядом по своим уравнениям и уже представляла, как решить их. Когда же Наганохара нервно пыталась вручить ей свой листок, Камисато быстро выхватила чужой лист и успела лишь заострить внимание на первом задании, после чего она перевела свой взгляд на подругу. Голубые глаза смешно округлились в немом страхе, а когда же Ёимия поняла, что она обречена, испустила долгий выдох. Внезапно, дверь кабинета со скрипом открылась, и все обернулись посмотреть на источник звука, стихая. Там стояла невысокая женщина, чуть седая, в очках, и белом халате. Она немного прищурила взгляд.       — Здравствуйте, это десятый «бэ»? — вежливо спросила она. Все мигом утвердительно ответили. — У вас сейчас начинается медосмотр, пройдите в медицинскую классом.       Несколько секунд тишины и класс разрывается смехом, быстро собирая рюкзаки. Учительница лишь недовольно выдохнула и смерила бедную медсестру взглядом. Та лишь спокойно пожала плечами и ушла по направлению к себе в кабинет. Когда последний подросток покинул комнату, Вельзевул уставилась на многочисленные оставшиеся телефоны, которые теперь одиноко покоились на парте.       Компания подростков подошла к медицинской, где уже находился один класс из параллели. Там же стояла женщина, другая медсестра, что раздавала школьные медицинские карты. Закончив с одним классом, к ней сразу же подошли наши герои, и та горестно вздохнула, вновь перебирая кипу папок.       — Так, вы у меня кто? — спросила медсестра.       — Десятый «бе», — ответила Люмин.       — Ага, десятый «бе», — вторила девушке женщина, найдя нужные бумаги. — Тут рядом на стенде приклеены бумаги, там написаны нужные кабинеты, где находятся нужные врачи. Смотрите, вспоминайте, в каком году родились, и идите по нужным врачам, — закончила свою речь врач, и начала поспешно совать Люмин все папки её одноклассников. Закончив с распределением папок, близнец устало выдохнула, будто только что перетащила сотню мешков. Тем временем, дверь коридора скрипнула, и оттуда спешно вышел Венти, учитель литературы. Увидев знакомые лица, он изогнул бровь в недоумении и подошел к одиноко стоящей девушке.       — Привет, Люмин-Люмен! — махнул ей Барбатос, улыбаясь и останавливаясь возле неё. Девушка же не очень любила это прозвище, из-за чего недовольно построила брови домиком. — Вы почему не на уроке? Прогуливаете?       — Доброе утро. Конечно, на медосмотре собрались прогуливать, — махнув бумажками перед лицом учителя, произнесла Люмин. — А Вы, почему не на уроке?       — Был звонок? — наигранно удивленно спросил преподаватель, оттопырив нижнюю губу. Все-таки, он имел небольшую вредную привычку опаздывать. «Учителя никогда не опаздывают, а задерживаются!» — возразил однажды учитель литературы, придя на собственный урок за пять минут до его же окончания. — Бедные пятиклашки, наверное, уже устрадались без урока литературы. Пойду скорее их обрадую, — улыбнувшись, проговорил Венти, за весь свой монолог, сняв с себя всю верхнюю одежду. — Давайте, не задерживайтесь, и на мой урок не опаздывать! — отправляясь дальше по коридору, произнес Барбатос, и скрылся с глаз за поворотом.       Как только учитель отошел от девушки, к ней поспешил её брат, а следом за ним увязались и Тарталья с Аякой. Рассказав сестре-близнецу, по каким врачам ей надо пройтись, ребята направились к кабинету, где было меньше всего народу, не считая Аякса, что направился в туалет, ссылаясь на головную боль. Выстроившись в своеобразную очередь, ребята стали ждать своей участи у лора, переговариваясь между собой.       — Смысл тебя проверять, я могу спокойно наорать тебе в ухо и тогда мы узнаем, что ты еще не глухой, — опиравшись о брата локтем, недовольно цокнул Кэйа.       — Ты же понимаешь, что врач не только уши твои проверит? — спокойно спросил Дилюк.       — Ну, могу тебе пальцы в ноздри засунуть, узнаем, как долго продержишься, — предложил Альберих. Рагнвиндр лишь обреченно выдохнул.       В это же время, в другом кабинете, у окулиста сидели Альбедо и Сахароза. После того, как парню попытались измерить давление, аппарат «давал неверные показания», поэтому тот просто скучно ожидал на скамейке. Девушка, тем временем, сидела без очков, и пыталась развидеть хотя бы указку, которой врач указывал на буквы.       — Совсем ничего не видишь? — спросил врач. Сахароза кивнула, надевая очки обратно. — Помнишь, на какое зрение у тебя выписаны очки?       — Минус семь, — неуверенно ответила девушка, уже, по правде говоря, смутно помня, какие ей вообще были выписаны очки. По крайней мере, сейчас она видела хорошую пречеткую картинку. Окулист-врач снова указывал ей на буквы, и теперь Сахароза верно отличала знаки. Через время врач хмыкнул, начиная записывать что-то в медкарточку девушки.       — Советую сменить очки, зрение улучшилось до минус четырёх, — заканчивая черкать в медкнижке, произнес мужчина. Девушка приятно удивилась — её зрение за последние несколько лет нисколько не улучшалось. Отдавая папку девушке, мужчина посмотрел на парня. — Давай пока осмотрю тебя, не скучать же тебе вечно тут.       Альбедо кивнул и сел на стул, где недавно сидела Сахароза. Удивительно, но раньше алхимик не заметил, как его зрение тоже улучшилось. Сейчас это стало намного заметнее, когда он понял, что теперь может назвать те буквы, что раньше были для него закрыты пеленой. Кажется, раньше его зрение немного перевалило за ноль.       — Единица, — утвердительно сказал окулист. Парень лишь хмыкнул.       — Да что такое, — вновь бухтела медсестра, которая снова смотрела на непонятные показатели прибора. — Знаешь, какое давление у девушки? — обратилась она к мужчине. — Четыре на двести. Вообще не понимаю, что не так с техникой. Еще вчера адекватно работал, не мог же испортиться так быстро.       Подростков отпустили, попросив позвать следующих на осмотр. Делать этого не пришлось, следующая пара одноклассников быстро зашла в кабинет.       — Тома, — найдя взглядом знакомую макушку, прикрикнул Альбедо. Сахароза, что шла рядом, вздрогнула и немного отошла от парня. Озвученный обернулся на звук, не сразу понимая, кто его позвал. Заметив сверлящий взгляд алхимика, парень полностью повернулся в его сторону.       — Какими судьбами?       — Как зрение? — неожиданно спросил Альбедо. Тома посмотрел на него, раза два моргнув. — Ты же был у окулиста?       — Да, был. Просто несколько удивлен. Ну, зрение улучшилось, а давление мне так и не померили, там помехи какие-то были у прибора.       Альбедо кивнул в знак благодарности и уткнулся в бумагу, смотря следующий кабинет для обследования. Он определенно сделает выводы после того, как опросит еще пару тройку человек.       Впрочем, медосмотр окончился достаточно быстро. Большинство оставшихся врачей посоветовали пройти в больницах, а там и анализы сдать. Когда весь класс постепенно начал уходить, Альбедо искал ближайших пострадавших от того злополучного взрыва. За парнем неловко следовала Сахароза. Через минуту были найдены Люмин и Итер с Аякой.       — Ох, мистер Альбедо, мне-то можно остаться, господин алхимик? А то я знаю, что у вас есть некоторые тайны — шутливо спросила Аяка.       — Без разницы, — смерив девушку взглядом, он вновь обратился к близнецам. — У вас тоже улучшились некоторые характеристики тела, а все приборы сходили с ума?       — Да? У нас с Люмин всё по нулям — неуверенно протянул Итэр. — Ты хочешь сказать, что вся школьная медицинская техника требует замены?       — Нет, — сложив руки на груди, ответил Альбедо. — Медицинская техника вполне в порядке и замены не требует.       — Тогда почему она ничего толком не определила? — сразу задала встречный вопрос Люмин.       — Измеряя нас, — парень уделил акцент на последнем слове. — Прибор, конечно, сходит с ума, не понимая, кто мы такие. А работая с людьми, что, скажем так, не участвовали в веселом эксперименте, определял их данные совершенно верно. И еще, похоже, наши функции тела улучшились после того взрыва.       Компания потупила взгляд на алхимике, что сейчас находилась в недоумении и пыталась переварить хоть какую-то информацию. Алхимик судорожно выдохнул, обдумывая, что еще можно сказать и не запутать ребят еще больше.       — Я могу предположить, что в наших телах стало чересчур много энергии, из-за чего она начала вырабатываться в какие-то улучшения для нашего организма. Но её остается все также много, из-за чего она распределяется по телу, пока мы не используем её в материальном плане.       Ребята все еще обдумывали слова парня. Альбедо пришла мысль — а, что будет, если энергии станет слишком много? Она же наверняка регенерируется. Что станет с человеком, когда чаша энергии наполнится до краев, и вовсе перельет за край? Когда сходят с ума медицинские приборы, и указывают настолько неправдивую информацию, хотя работают крайне корректно, это явно не норма. Они уже не входят в список нормальных людей, раз сдерживают в себе такую мощь.       Альбедо решил не озвучивать эту мысль.