В клетке

Было так тепло. Солнце светило в глаза, оно согревало и будто щекотало. Бертольд стоял на улице, наслаждался всем этим. Ветер то и дело доносил разные запахи. Запах моря, сухой травы, вкусной еды. Он знал это место и безумно скучал. Марлия. Его дом. Его родина. Его сердце пропустило удар. А мысль, что они вернулись только и крутилась в голове. Он резко обернулся. И увидел дом. Его дом. Где он вырос, где его ждали и любили. Дверь была чуть приоткрыта, слышались голоса, звонкий смех. На трясущихся ногах он пошел к дому. Боясь, что сделает что то не так и все это разрушится как карточный домик. Берд аккуратно стал открывать дверь. Словно в каждом действие искал подвох. - Бертольд, сынок. Перед ним стояла его мама, такая, какой он её и запомнил. Немного уставшие глаза, Но в которых плескалась нежность и любовь. Она обняла его, поцеловала, как делала это всегда. С нежностью, любовью. Гувер прошел в дом. Почти в центре комнаты стоял отец. Все такой же сдержанный, однако во взгляде читалась гордость за сына. Он обнял его, крепко. Настолько крепко, что казалось вот-вот и начнёшь задыхаться. - Хорошо, что ты дома - начал его отец - Мы гордимся тобой, сын. Вы справились. Слова, что она хотел услышать и место в которое он хотел вернуться. - Эй - сзади послышался знакомый голос - Мы дома. Райнер. Он улыбнулся так ярко, что Гуверу даже показалось, что он ни разу не видел его таким. Он подошёл к нему неспеша и похлопал по плечу. - Теперь все будет хорошо. Но ты кое-кого ещё не видел - загадочно произнес Райнер, отходя в сторону. Возле двер стояла она. Эидис. Не в кадетской форме, в которой он привык ее видеть, не в штанах и майке, которую она любила одевать, когда у них заканчивались тренировки и было время на отдых. Нет, это было легкое платье, что так и кричало, что все завершилось, что теперь они будут счастливы... Вместе. Бертольд сделал шаг. Сначала один, потом второй. И вот он сам не замечает, как оказывается рядом с ней. Он остановился, не зная, что дальше делать, как поступить. Чувства переполняют его, а сердце отбивает ритм. Она улыбается, так искренне, так нежно и не привычно одновременно. Она делает шаг первой. Обнимает его, прижимается к его груди и что-то шепчет. Но он не слышит, для него существует только этот момент. Тепло, что исходит от нее, запах, что он так часто чувствовал, когда был с ней рядом. Он обнимает ее в ответ, притягивает к себе сильнее, будто боится, что она вот-вот исчезнет. Она подняла голову и взглянула ему в глаза. Так искренне, так наивно. - Я люблю тебя - шепчет она. Его сердце замирает и начинает биться вновь. Наклонившись, он целует ее нежно, пытаясь передать все те чувства, что бушуют в нем сейчас. Все было так спокойно, так хорошо... Пока он не открыл глаза. - Нет, нет - только и мог повторять он. Ее тело обмяклоу него на руках, из рта текла кровь... Она вся была в крови, а взгляд пустой, будто бы вся жизнь уже давно упорхнула из тела. А он все это время держал на руках ее бездыханное тело. Вокруг все потемнело, а глухие толчки разлетались по окрестности. - Это все ваша вина - хрепя, прошептала Эидис. Она потянулась к нему. Дотронулась до его щеки, оставляя отпечаток на его лице. Как напоминание о том, что все жертвы на их совести. И что спасая ее тогда, он лишь отсрочил гибель. - Нет, нет - только и мог он повторять, как заведённый. Он не хотел в это верить, не хотел видеть ее смерть, Но она была права. - А ведь мы могли быть счастливы, если бы ты избрал другой путь. - У меня не было выбора - Бертольд сорвался на крик, руки дрожали, а из глаз полелись слёз. - Выбор был всегда, просто вы не хотели его искать. Эти слова она произнесла тихо, они предназначались только ему. А мир вокруг рушился, как карточный домик, что невозможно уже собрать заново. Бертольд проснулся резко, с глухим стоном и криком, что так и не сорвался с уст. - Кошмар? - послышался тихий вопрос. Райнер не спал, внимательно смотрел в потолок, будто бы пытаясь увидеть там что-то. - Не спиться? Вопрос на вопрос. Такое иногда бывало, когда кто-то из них не хотел отвечать на вопрос, они просто меняли тему. Резко, так заметно, но всегда понимая причину. И сейчас это причина была ясна и Бертольду и Райнеру. Но в отличие от первого, второй не планировал закрывать эту тему. - Она знала - тихо продолжил он, все так же смотря в потолок - Но вела себя так будто бы ничего и не было, будто бы это обычное дело, что разведкорпус приходит и забирает кадетов. - Ты злишься - заметил Бертольд. Гувер не понимал, почему он злится, для него такая реакция друга была в новинку. - Я злюсь на себя - со вздохом произнес Браун, все же отводя взгляд от потолка. Они поняли друг друга сразу. Можно было спорить сколько угодно, убеждать, что они не привязались к этой девчонки. Но все это было бы ложью. И они это прекрасно знали, убедились. - Она вернётся - прошептал Жан совсем рядом. Он произнес это уверено, так будто бы знал это на все сто. Однако почему то он был одним из тех, кто этой ночью не мог толком уснуть.