В клетке

В штабе разведкорпуса она была уже три дня, не потому что все ещё читала дневник, нет, она его почти полностью прочла ещё в первый день пребывания там. И тогда же состоялся интересный разговор. - Если хочешь, то можешь остаться здесь на несколько дней - сказал спокойно Эрвин, смотря в очередной отчёт. - Инструктор Шадис будет недоволен. Как я понимаю у нас сейчас верховая езда, а затем марш-бросок... Или что-то вроде этого. Эрвин отложил бумаги в сторону и внимательно посмотрел на Эидис. Девушка сидела спокойно на соседнем стуле и внимательно читала дневник, не отрываясь. - Ты внимательная - заметил Эрвин - Все так и есть. Завтра верховая езда. В конце недели планируется марш-бросок на два дня. - Тогда мне следует вернуться завтра - спокойно произнесла девушка. - Шадис против не будет, мы это обсуждали. Эидис посмотрела на мужчину внимательно, ожидая объяснений. - Мы обсуждали этот вопрос. И Шадис сказал, что ты можешь остаться. Но путь до опорного пункта и обратно должна будешь пройти во время. - Тогда, что по плану, если... Если я останусь. - Подготовим тебя к марш-броску - коротко сказал мужчина, поднимаясь со своего места и подходя к стеллажу - По плану туда вас должен отвести инструктор, разделить на группы. И обратно самостоятельно, без помощи. Так что тебе надо будет просто прибыть на опорный пункт во время. Она согласилась, без возражений и сомнений. Сейчас ей было это необходимо. Хотя то и дело ее мысли теперь крутились возле ребят "Жан, наверное, с ума сходит. Да и остальные волнуются, вряд ли инструктор им сказал, что я не надолго." - Ты готова? - спросил Генри? - Да - спокойно произнесла девушка, затягивая последние ремни - Видела... Она замолчала, подбирая правильные слова. - Неужели волнуешься? - приподнимая одну бровь, спросил мужчина по имени Марл. Эидис перевела взгляд на Марла, что только что к ним подошёл. Не высокий, подтянутый мужчина, когда Эидис его увидела то почему-то сравнила его с вороной. То ли из-за того, что он был слишком громкий, то ли внешне он как-то ей напоминал эту птицу. - Нет - покачала она головой - Просто думаю, путь от сюда туда дольше будет, чем у ребят, успеем ли. - А, ты про это, мы должны будем их даже опередить на несколько часов - спокойно произнес мужчина - Хотя то, что придется останавливаться ночью на местности не очень меня привлекает. Операций за стенами хватает. Эидис не стала ничего отвечать, просто перевела свой взгляд на лошадь, подходя к ней и проверяя седло. Для нее эти несколько дней выдались на удивление очень продуктивные. Она бы даже сказала слишком... Вечером она просто валилась от усталости и болей в ногах. В принципе эта боль никуда и не ушла. Эрвин выделил двух мужчин, что помогли ей освоиться и подготовиться к марш-броску. Генри обучил её верховой езде, хотя как он сказал тогда: - В этом и необходимости особо не было. Ты прекрасно держалась в седле ещё в тот день. Марл же занимался с ней картами. В отличие от мужчин, кадеты будут на этом маршруте впервые и сами же будут познавать все прелести этой прекрасной тропы. - Туда пойдет инструктор с кадетами, обратно же группами самостоятельно. Но, скорее всего, многие пойдут обратно тем же путем, что и пришли. Если не все... - Предлагаешь мне рубрику эксперимент провести? - приподнимая одну бровь, спросила девушка - Это на твое усмотрение - спокойно произнес Марл, обращая свой взор на карту - Что думаешь? - Думаю, туда нет смысла экспериментировать. А вот обратно я бы рассмотрела несколько вариантов все же. Эидис внимательно смотрела на карту. На ней уже был отмечен путь туда. Два маленьких перевалочных, на одном из них они должны будут оставить лошадей. И на опорном остаться на ночь. Внешне казалось, что тропа не такая сложная, но как Марл сказал это обманчиво. - После дождей тропу размыло. Поэтому подъем туда будет трудный. Да и как ни крути, склон там крутой очень. - Первый перевалочный у нас будет здеть - указав место на карте, произнесла Эидис - Там же мы и заночуем, как я понимаю. - Ага - внимательно смотря на движение девушки произнес мужчина - Поскольку территориально мы дальше, нам нет смысла добираться до них, только время потеряем. Так что тут путь будет отличаться от их. - Дальше мы проезжаем ещё немного и выходим уже на тропу, что изначально и должна быть. Там второй перевалочный, где мы оставим лошадей, поскольку дальше на них будет опасно. - И вот дальше, на обратном пути можно будет устроить рубрики эксперимент, как ты сказала. Смотри... Они так долго в тот день обсуждали разные маршруты, что даже и не заметили, как стемнело. Изначально Марл скептически относился к тому, что ему придется возиться с какой-то девицей, что привлекла внимание Эрвина. Он не знал ее приемных родителей, не историю нахождения. Для него она была лишь мелкая пигалица, которая неизвестно чем успела привлечь внимание Смита. Да и многие так считали. Но все поменялось крайне быстро, он бы даже сказал резко. Ее талант нельзя было не заметить. Начиная от верховой езды заканчивая планированием, да и ее выносливость была на высоте. Если бы он не знал, кто она, то смело мог бы сказать, что она в разведкорпусе уже несколько лет и успела уже получить повышение. А в свободное время вместо отдыха, к удивлению для Марла, она решила присоединиться к немного специфическому развлечению ввиде стрельбы по мешеням. Они даже ставки успели сделать на то сможет ли она хоть по одной попасть. Беря в рассчет, что их ещё не обучали этому. - У неё явно талант - присвистнул один из мужчин, наблюдая за ней. И он сказал чистую правду. Она училась быстро, ловила все на лету, стоило ей было только увидеть, как через небольшой промежуток времени она могла это повторить. Складывалось ощущение, что у нее самый настоящий талант. Но по факту ей помогала система, воспроизводя воспоминания.

[Внимание! Вы достигли лимита воспроизведения. Дальнейшее использование поставит под угрозу ваше самочувствие]

Эидис не спешила просматривать старые воспоминания, опасаясь последствий, поэтому открывшуюся возможность она использовала только на свежих, экономя ресурсы. Хотя даже так на утро голова кружилась, а чувство усталости не покидало ее тело. Однако пользы от этого было куда больше, чем ей казалось изначально. Хотя мысленно она понимала, что не сможет бегать от этого бесконечно. - Готова? Скоро выдвигаемся. Эидис кивнула, однако волнение резко накрыло ее с головой. На опорном пункте она снова увидит их всех. Она была рада этому, но и одновременно не знала, как уйти от вопросов. Рассказывать девушка не планировала, да и ни к чему им вся эта информация.

***

В кадетском же корпусе ситуация была куда более запутаннее. Эидис отсутствовала уже несколько дней и многие из-за этого расклеились. В особенности это было заметно по Жану. Самоуверенный, громкий парень резко стал тише, а из рук буквально все валилось. Бертольд стал еще тише и задумчивее. Хотя казалось куда больше? И даже сейчас, готовя снаряжение для марш-броска он вел себя тише, слегка сгорбленный, уставший. В последнее время ему стали сниться кошмары и все они были связаны с ней. Он никогда не мог ее спасти, она всегда уходила, исчезала будто бы ее и не было или умирала на его руках. И это уже было невыносимо. Райнер же продолжал держаться, как оно всегда и было. Но внутри предательски что-то сжалось. Будто бы он стал снова тем самым Райнером, что всегда и был. И это пугало больше всего. - Вы совсем раскисли из-за нее - тихо сказала Энни, когда они остались втроем. - Не понимаю о чем ты - спокойно отозвался Райнер. Бертольд же не стал отрицать, не стал ничего говорить. Все и без того было написано у него на лице. Единственное на что его хватило, это опустить голову. - Хватит претворяться - чуть ли не шипя, произнесла девушка - Вы настолько заигрались с ней в семью, что видимо забыли для чего мы тут. - А тебе она как будто не дорога. Думаешь не видим, как ты каждый раз на дверь смотрела - не выдержал Райнер, сжимая кулаки. - Только у меня хватило духа отступить сразу и не строить иллюзий. Вы к ней привязались. Она, возможно, тоже. Но что дальше? Энни не дождалась ответа и просто отступила, отходя в самый дальний угол склада, доставая от туда нужные инструменты. Кадеты копошились, бегали то туда, то сюда. Выходили, заходили. А между Бертольдом и Райнером воцарилась гнетущее молчание , которое хоть и продлилось не долго, но этого времени хватило, чтобы каждый кое-что для себя понял. - Энни права - тихо сказал Гувер - Мы к ней привязались слишком сильно. Она была для них изначально возможной красивой историей, легендой. Но все вышло из под контроля настолько быстро, что они даже и не заметили пока не угодили в собственную ловушку. Все было слишком странно и запутано. Даже вечно холодная, отстраненная Энни не могла уже отрицать очевидного. Первым это ощутил Бертольд. Резко, будто бы его ударили по голове чем-то тяжелым. Он всегда следовал приказам, выполнял их идеально, не задавая вопросов и не проявляя лишнюю инициативу. Но тут ему попалась она. Странная и со взглядом, что сложно было прочесть с первого раза. Возможно тогда это и подтолкнуло его, хотя он до сих пор так и не смог понять причины, но впервые в жизни он сделал что-то сам, без приказа. И это повторялось раз за разом. Рядом с ней что-то внутри него ломалось. И он так и не смог понять хорошо это или плохо. Но знал, что она влияет куда больше остальных на них. Следом за Бертольдом это ощутила Энни. Но иначе, чем Гувер. Она не искала восхищение, благодарности или чего-то такого возвышенного, как тот же Браун. Но каждый раз, когда она дотрагивалась до нее, ощущала спокойствие, которое нельзя было передать словами. Складывалось ощущение, что через тело проходит ток. И это чувство пугало, она боялась забыть, что ей надо домой, что есть миссия. И она отстранилась почти сразу, как они пришли в кадетский корпус. Последние же почувствовал Райнер, но все время отмахивался, убеждая себя, что все из-за ее взгляда на него. Взгляда благодарности, она смотрела на него и Бертольда как на героев, коими они не являлись. Но время этого взгляда прошло, а жгучее желание быть рядом нет. Они поступили в кадетский корпус и Браун часто ловил себя на мысли, что хочет видеть ее слабой, чтобы она снова положилась на них, на него. Но этого больше не было. Она училась быстро, не ошибалась и схватывала все на лету. Эидис будто бы ушла вперед, оставляя их позади. Не в прямом смысле этого слова. Нет. Она все так же разговаривала, шутила, смеялась. Но уже не смотрела на них так, как раньше. А во взгляде все чаще появлялось снисхождение и ели заметная отстраненность. Ему доверяли, рассказывали, а она будто бы и была ближе всех к ним, но и одновременно и дальше. - А что мы про нее знаем? Этот вопрос повис в воздухе резко. Он накрыл их вместе, с пугающей, давящей болью в грудной клетке. А ответ появился так же быстро, как и вопрос. Они не знали о ней ничего. Родители, моменты из детства, друзья до падения стены. Хоть что-то. Пусто. Они столько сидели вместе, столь разговаривали, но при этом о ее прошлом не знали ничего. Они могли рассказать про каждого, кто находился в кадетском корпусе, но не про нее… Хотя она всегда была ближе всех остальных к ним. Так как же это произошло?