Штормовой принц

В кои-то веки король присутствовал на совете. После недавнего разговора приказ явиться к нему тяготил душу тревогой и страхом. Насколько Стеффон знал, его дядя Станнис покинул столицу сразу после вести о следующем назначении десницей Неда Старка. Лорд Драконьего Камня впал в ярость, и вместе со своими людьми и кораблями отбыл в тот же день. — Отец, — поприветствовал короля принц. Всё его тело было напряжено, глаза насторожено исследовали всех в зале. В комнате царила не менее тяжёлая атмосфера, словно воздух был накалён до предела. Сир Барристан выглядел как никогда серьезным, его лицо выражало крайнее волнение, в то время как сам король был краснолиц и яростно вышагивал вдоль стола. — Скажи им! — велел он лорду Варису. Евнух повернулся к братьям с обеспокоенным выражением лица, однако искренность которого Стеффон определить не смог. — Дейнерис Таргариен носит в своём чреве сына дотракийского кхала, — сказал он. Ошеломленный, Стеффон взглянул на членов совета, пытаясь осознать столь шокирующую весть. Этого только не хватало, подумал он в ужасе. — Когда она успела выйти замуж? — спросил Джоффри. — Новость пришла вскоре после вашего отъезда, — сказал Мизинец. Пять лун они хранили это знание в тайне. Нахмурившись, Стеффон взглянул на отца: лицо того горело пламенем ненависти. — Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ОНА УМЕРЛА! — прорычал Роберт, ударив кулаком по столу. Пусть сила его и не была прежней, но он попрежнему обладал определенной мощью. Лорды настороженно уставились на его отца. — Ваша милость… — вмешался Стеффон. — Нет! — не дал ему и слова встать король, — Она, ее проклятый ребенок и ее глупый брат! Гневно взглянув на евнуха, Роберт велел ему: — Отправьте кого-нибудь избавиться от них. Я не потерплю ещё одного драконьего отродья! — Будет исполнено, ваша милость, — поклонился Варис. Король поспешно покинул комнату, сир Барристан последовал за ним. Медленно совет начал расходиться, пока в комнате не остались только Стеффон, Джоффри и Варис. — Насколько вероятно, что они обратят свое внимание на Вестерос? — спросил Стеффон евнуха. — Дотракийцы не любят море, мой принц, они считают его ядом. — Они никогда не переплывут его, — уверенно заявил Джоффри. — Возможно, не по своей воле. Но ребенок, которому предстоит завоевать королевство, — это совсем другая мотивация, — возразил Стеффон, в голове которого вихрилась буря мыслей. — Банда дикарей, приведенная в Вестерос, — насмехался Джофф. — Дикари, воюющие за принцессу, — поправил Варис. Внимательно посмотрев на евнуха, Стеффон жестом попросил его продолжить. — Власть там, где люди в нее верят, не больше и не меньше. Море может быть ядом, но в имени Таргариенов заключена огромная сила. — Достаточно огромная, чтобы переправить их за море, — задумчиво протянул Стеффон. Он хорошо знал силу имени и крови Таргариенов, на этом родстве основывались притязания его отца, иначе Нед Старк мог бы претендовать на трон из-за недовольства северян. Но мысль об убийстве невинного ребенка ему не понравилась. Он не был ни своим отцом, чтобы желать всем драконам смерти, ни дедом Тайвином, способным совершить ужасающее деяние из необходимости. Он не мог прямо приказать убить их. Но за жизнь Дейнерис Таргариен он мог заплатить своей головой на пике. «Я поклялся сделать все необходимое для их безопасности», — напомнил он себе, взглянув на Джоффри. — Лорд Варис, пусть ваши люди нацелятся на дотракийского кхала, — приказал Стеффон. Евнух удивленно поднял бровь, но все же мягко кивнул, выражая своё согласие. Затем поклонился и покинул зал. — Кхал? — спросил Джофф, когда они остались одни. — Дотракийцы высоко ценят силу, — вспомнил Стеффон рассказы дяди Тириона, — Мертвый Кхал, оставивший наследником младенца. Его люди отвернутся от нее. Никто из них не склонится перед младенцем и женщиной. Во рту у него осталось кислое ощущение, и Стеффон безжалостно подавил все сомнения. Он не мог позволить себе сомневаться, когда от него зависели жизни Джоффа, Мирцеллы и Томмена. — Драконы на востоке и враг посреди нас, держащий нож за нашими спинами. Скажи мне, брат, кто еще замышляет нашу смерть? — мрачно протянул Джоффри. — Многие и даже больше, — хмыкнул Стеффон, — кто же ещё способен играть в эту игру, кроме лордов в замках. Удовлетворять их желания я не намерен. — А если Таргариены обратят свой взор на запад? — тихо спросил Джофф, тревожно глядя на брата. — Мы бросим их обратно в Трезубец и будем надеяться, что река вновь преуспеет там, где не справилось море. — Война придет в Вестерос, — тихо проговорил Джофф. — Да, — так же тихо ответил Стефф, — и я буду держаться за этот трон, словно проклятый, если его потеря — смерть для нас. Нет сомнений — Таргариены желают похоронить нас и забыть. — О, что ж, хорошо, мне нравится жить, — мрачно проворчал Джофф. — Тебе придется связать несколько королевств узами брака, — заявил Стеффон, пристально глядя на брата. Джоффри понадобилось мгновение, чтобы понять, что сказал брат, поскольку был погружен в мрачные мысли об их возможном будущем. — Брак? — в ужасе спросил он. — Не надо драматизировать, брат, не все браки такие, как у наших дорогих родителей, — укорил его Стефф. — Отец везёт всю семью на Север. Он хочет получить Десницу и невесту Старков, которую не смог получить сам, — усмехнулся Джоффри, — Если кто и должен переживать за свою свободу, так это ты. — Я знаю, — проворчал старший принц. — Санса Старк придет с тремя королевствами, связанных с ней кровью, — заметил Джофф. — И я бы хотел, чтобы эти королевства были связаны с тобой, — пробормотал Стеффон, глаза его потемнели от беспокойства. — Оскорбить Север тем, что их дочь — всего лишь принцесса, а не королева? Это на тебя не похоже, Стефф. — Последнее, что нам нужно, это амбициозные Розы, замышляющие что-то против нас, — тихо объяснил Стеффон. Притянув Джоффри к себе, он едва слышно проговорил: — Ухаживай за ней, делай всё, что должен, чтобы Санса Старк пожелала помолвку именно с тобой. Когда ты женишься и ляжешь с ней в постель, Север будет вынужден опустить руки и объявить любые слова беспочвенными слухами. Джоффри смотрел напряжённо, взгляд его был полон волнения и страха. — Мы не знаем, что он обнаружил, что успел сделать. Но отныне мы ни секунды не будем в безопасности, — убеждал брата Стеффон, крепко держа его за плечи. — Когда ты играешь в игру престолов, ты либо побеждаешь, либо умираешь, — прошептал Джоффри, обреченно прикрыв глаза. — Я не позволю кому-либо из нас умереть. И если будет нужно — каждому врагу вскопаю могилу лично.