глаза цвета зелёного чая

— Я не спал пять лет и у меня под глазами мешки. Я сам не видел, но мне так сказали. — Ты - солдат — И у меня нет башки, мне отбили её сапогами...

      Юра устал. Но он только вздыхает глубоко и расплавляет плечи. Вот что-что, а усталость он никогда не покажет. Даже перед своим тренером. Лилия стояла в стороне, наблюдая за тем, как парень выжимал из себя последние соки. Мальчик был до жути упрямый и именно это ей в нём нравилось. Он выкладывался по полной даже во время тренировок. Он старался, чтобы стать лучше. В России всегда были высокие стандарты. Ко всему. Будь то учёба, работа или хобби. А Юра с самого детства почти содержал свою семью. Он жил с дедушкой, пока мать работала и строила свою жизнь. Фигурное катание это в буквальном смысле всё для Юрочки. Деньги зарабатывал он, пока дедушка ими распоряжался, как опекун мальчика. Николай платил за тренеров, костюмы, оплачивал коммуналку, еду и прочее, прочее, прочее. Юра надеялся на помощь Никифорова для постановки программы на Гран-При, а тот...       Плисецкий всегда восхищался Виктором. Он стремился к тому же результату, что и у Ледяного Короля. Мечтал обойти его. И даже как-то сам не заметил, как фанатское восхищение переросло в любовь. Он радовался, когда Никифоров обращал на него внимание, и юношеское сердце заходилось в чертовски быстром темпе, обещая через секунду выпрыгнуть из грудной клетки и отдаться в руки возлюбленного. Но... Тому всегда было плевать. То, как Витя флиртовал с поклонницами и поклонниками, выводило Юру из себя. Он бесился, швырял вещи, кричал. Расцарапывал руки и шею, кусал губы до крови, выкладывался на полную в тренировках. Делал всё, что могло заглушить противно ноющее чувство внутри. А когда тот и вовсе съебался из России, наплевав на обещание, данное блондину, чтобы тренировать японца, парень почувствовал, как что-то разбилось внутри него. Разбилось на мириады осколков, раня все внутренности и застревая там, причиняя боль.       Юра останавливается только когда понимает, что его ноги трясутся. Они тряслись и до этого, обещая уронить своего хозяина, но фигурист не замечал этого. Усталость наложилась на отсутствие должного питания и сна - у Юрочки просто отсутствовало желание. Парень устало приваливается к борту катка, сползая по нему вниз и жадно глотает воздух ртом. Он пробыл здесь около семи часов непрерывно катаясь под неустанным контролем Лилии. Барановская говорила ему, что перенапрягаться нельзя, но кто послушается. Женщина подходит к нему, останавливаясь с другой стороны борта. Осматривает его тяжелым взглядом и кивает: — На сегодня всё, Юр. Сходи поешь, прими ванную и поспи. Хорошо поспи. — Как... Я? — Великолепен. Танцуй, моя радость, танцуй! Танцуй, полумесяц, на поле тюльпанов. Луна, расцвети самым ярким бутоном. Богиня, что с неба упала! Танцуй, полумесяц, танцуй. Уводя за собой в темноту. Веселись, но не плачь. Умоляю, ведь слёзы тебе не к лицу. Золото будет в нашем кармане. А теперь иди отдыхать.       Полумесяцем она стала его называть не так давно, но это даже как-то прибавляло Юре сил. Блондин встал со льда, тряхнув волосами и вышел. Он проходит мимо пришедших Виктора и Юри с гордо поднятой головой, даже несмотря на объект своего обожания. А сердце-то сжимается, заставляя Плисецкого заскрипеть зубами и ускорить шаг, не обращая внимания на оклик. Виктор недоуменно нахмурился, когда ему не ответили, а просто убежали. Взгляд переводит на Юри: — Что это с ним? — Устал наверное? Он тут с 6 утра был, — Кацуки плечами жмет, переобуваясь в коньки.

***

      Юра не мог поверить. Он выиграл финал Гран-При. Выиграл. Обошёл свинью на какие-то проценты, но выиграл! Впервые за последнее время парень улыбается искренне, почти на грани истерики, но искренне. Он благодарит своих тренеров, комиссию, дедушку. Всех, кроме японца и Никифорова. И если последний вызывал боль одним упоминанием, то первый просто бесил. Юрий тепло обнимает Отабека, шепотом благодаря его за поддержу и прося прощения, что украл победу, но казах только улыбается и качает головой ещё раз поздравляя друга. — Ты заслужил это, воин. — Спасибо.

***

      По возвращению в Россию его встретили дедушка и... мама. Это было удивительно. Она редко приходила, но они часто переписывались и разговаривали по телефону. Семья благодарила тренеров, а после увезла Юру праздновать победу в кругу семьи. Парень улыбался мягко слушая родственников, а после ушел в свою комнату сославшись на усталость. Ему дали пару дней отдыха, а после они начнут подготовку ко следующему сезону. Правда усталость никуда не делась. Она только скапливалась внутри юного тела и сознания. Но Юра как всегда не обращал на это внимание, поэтому уже через день он вновь стоял на катке. Сейчас здесь никого не было, было слишком рано, но у парня оставалось время до прихода Якова и Лилии. Плисецкий катает прошлую программу, стараясь не отвлекаться на мысли. Спираль. Дорожка шагов. Прыжок. Тройной тулуп, а за ним четверной аскель. Но Юра сбивается, мысли вновь натыкаются на Витю, и чемпион падает. Он опирается на лёд, смотря перед собой, но не видит ничего из-за пелены слёз. Как... Как Никифоров мог променять его, талантливого Юру, на какого-то японского придурка?! Громкий крик сам по себе вырывается из горла парня и отражается от стен катка. Фигурист кричит и плачет до тех пор пока просто не отключается от переизбытка эмоций, которые накрыли его с головой.       Очнулся он, как не странно, у себя дома. Парень безразлично рассматривает интерьер собственной комнаты, не имея никакого желания встать и спросить что произошло. Парень не понимал, что именно он сейчас чувствует. Определенно одиночество, возможно, обида на весь мир и на себя. Злые слёзы скатываются по щекам, нос имеет неестественно красный оттенок. Но слёзы вскоре кончаются и, в конечном итоге, он просто лежит и пялится в потолок, пока к нему не заглядывает дедушка. — Юра? — Да...       Старик заходит в комнату, присаживаясь на кровать. Смотрит обеспокоенно, накрывая руку внука своей, сжимая. — Тебя нашел Яков на льду. Ты был без сознания с прокусанной губой. Врач диагностировал нервный срыв. Ох, Юрочка. Что же ты себя не бережешь? Ты плакал? — Прости, дедушка. Я... — Не оправдывайся, мальчик мой. У тебя больничный, поэтому лежи и отдыхай. Я испеку твои любимые пирожки. — Спасибо...