Гипербореи

Зимой в пустых, пустых садах гремят гипербореи А мы сидим с тобой вдвоем у пыльной батареи Ты забывай меня, забывай меня, забывая меня, милая В твоих глазах растает мой пропахший дымом силуэт       Холодный чугун неприятно упирался в плечо. Они все-таки забыли заплатить за отопление, из-за этого кухня в обычной крымской хрущевке кажется совсем неуютной. Хотя её уже успели обжить двое студентов. Все же старая однушка устраивала их обоих.       Не стоит забывать про отопление, декабрь пусть и первый, но довольно-таки холодный месяц. Благо в квартире от старых жильцов остались ковры, а в ближайшем секонде нашлась целая куча тёплых, но безумно странных свитеров. С собой из дома они как раз притащили пару тёплых одеял. А так согреваются как могут, что взять с двух молодых студентов.       Но не суть. Сейчас один из них сидит у батареи, по-турецки сложив ноги, укутанный в свитер, и не пойми где отрытую шаль. У него на коленях лежит тетрадь, он пытается придумать что-то стоящее для группы, они хотят выпустить свой первый альбом.       В пепельнице ярко жёлтого цвета дотлевает сигарета, её вроде притащила Конан, в день переезда со словами: "Чтобы пепел по всей квартире не валялся". К слову она прогадала, его не было только там, где обитала пепельница, как правило на кухне.       В коридоре раздались шаркающие шаги. Около двери появился брюнет ростом примерно сто семьдесят с чем-то сантиметров. Он поставил чайник на плиту и негромко спросил:       — Чай будешь? — а через пару секунд добавил — Дей, встань с пола, и так не жарко.       — Может, лучше кофе? — ответил Дейдара, проигнорировав просьбу.       — Двенадцать часов, завтра встать в семь, какой кофе? Ты опять режим собьешь, — он устало вздохнул и потёр переносицу, — Тсукури, встань с пола.       — Режим, режим... Эх, нет в тебе, Итачи, никакой романтики, — Дей увлеченно начал записывать, видно он всё-таки поймал вдохновение.       Учиха положил в стакан чайный пакетик, направился к батарее и присел на корточки. Он взглянул в листок и еле заметно улыбнулся. Ему нравилось, что Дейдара играет в группе, Итачи в принципе много, что нравилось в нём.

* * *

Ты не будешь меня слушать Обнимай меня за плечи Твои губы андромеды Станут поводом для встречи       Они сидят на какой-то очень унылой тусовке и пьют глинтвейн, который приготовила хозяйка квартиры. Канун нового года проходит спокойной, хотя, пожалуй, даже скучно. Потёртые старые украшения висели прямо над туалетом, а некоторые прямо за шторкой в ванной, где они и сидели.       В квартире раздавались пьяные возгласы и тихие стоны, видимо, кто-то решил разбавить скуку бурной ночью.       — Завтра новый год. Как-то быстро летит время. Чувствую себя чёрной дырой, ты в курсе, что для них жизнь вселенной — мгновение. А это значит, что, если ты будешь лететь к черной дыре, спиной вперёд, то последним, что ты увидишь в своей жизни, будет конец вселенной или её будущее, — он сонно улыбнулся, космос нравился ему ещё с детства, а сейчас он учился на астрофизика.       — Ты уже говорил об этом, повторяешься, — Итачи спокойной поглаживал Дея по голове. На дно ванны, прямо рядом с ними, упало несколько капель.       Дейдара смеётся и отпивает пару глотков.       — В таком случае из тебя состоит большая часть планеты Янссен, — Тсукури одной рукой обнял Итачи за шею.       — А это ты мне постоянно говоришь, — сказал Учиха, оставив поцелуй в уголке губ Дея, — Но не сказать прямо таки быстро, куча всего случилось. Я курить бросил.       — А я начал, — Дей засмеялся.       Перед тем, как на вечеринку, где весь алкоголь выпьют за первые полчаса, стоило выпить чего покрепче. Поэтому сейчас они оба были, мягко говоря, пьяными. Так, что Итачи не удивился, когда Дейдара начал медленно целовать его куда-то в районе губ. Через пару минут они уже лежали друг на друге, отдаваясь моменту. Где-то на в комнате по телевизору шла речь президента.

***

Я устал уже три года оставлять себя в других Забывать себя частями в тех, кого когда любил Я шагаю с ностальгией по лавандовым полям Тихой дрожью выбиваю твоё имя на столбах       Итачи ради этой небольшой поездки взял у отца машину, а затем повёз Дейдару в поле. К слову Тсукури не очень и хотел в свой день рождения ехать хрен пойми куда, хрен пойми зачем. Но Учиха все же уговорил его без объяснений ради сюрприза. Правда, с каждой секундой Дея все больше и больше одолевало любопытство. "Куда же его везут?" было пожалуй единственным, что волновало Тсукури.       — Слушай, мне начинает казаться, что ты меня на органы продашь? — Дейдара разглядывал вид за окном, мимо неслись поля, редкие деревья и дорожные знаки.       — В России, а тем более в Крыму, херово развита торговля человеческими органами. Бедным это дорогого, а богатым — легче делать все законно. Боятся стоит того, что у меня просто просто крыша поехала, и я везу тебя к морю чтобы зарезать и скинуть с обрыва, — он улыбнулся чему-то в своих мыслях, из-за чего Тсукури, и так не оценивший шутку, поежился.       — Чего-то ты меня не нихера не успокоил, — он достал телефон и написал кому-то, — Я скинул геолокацию Конан и Хидану, на всякий случай.       — Ты за кого меня держишь? — Итачи кинул на него вопросительный взгляд.       — Не ссы, это, чтобы, когда потеряемся, они знали, в какую сторону мы уехали, — заговорщицки проговорил Дей.       — Мы почти приехали, — Учиха осторожно положил свою руку на коленку Дейдаре, — ты настолько уверен, что мы потеряемся?       — Сто процентов. Мы едем по просёлочной дороге, насколько я вижу, к морю, — и в правду, где-то в километре от них виднелись необъятные просторы солёной воды, — ночью, с пиздецом вместо интернета.       — Вы правы, Шерлок, мы к морю, — он спокойно улыбнулся, — Это Тарханкут.       — Ммм... — тянет Дей, — Не знал, что ночью тут так красиво. Посмотри только.       — Да, красиво, — соглашается Итачи, паркуя машину, — Приехали, выходи.       Дей открыл дверь, и прохладный воздух охватил его тело. Температура на улице где-то градусов пятнадцать, а Тсукури одет совсем легко, только старая майка и потёртые джинсы-трубы. Да уж, ночи в начале мая прохладны как всегда.       Небо и впрям прекрасно, россыпь звёзд ярко, как никогда раньше. Сразу же в глаза бросаются разные созвездия. Вон Большая медведица, там Малая, здесь Большой пёс. Дей учиться на астрофизика. Звезды интересовали его ещё с детства, поэтому он ещё до универа прекрасно разбирался в теме.       — Так зачем ты меня сюда привёз, — сказал Дейдара, не отводя глаз от неба. Он так и не заметил что Итачи как-то слишком долго задерживается около машины.       — Преподнести обещанный сюрприз, — пробормотал он, в попытке достать явно тяжёлую коробку из багажника, у Учихи это естественно получилось, и он аккуратно положил груз на сухую землю.       — Это?... — Дей буквально засветился, разглядывая свой подарок — новенький телескоп.       — Да, тот что ты хотел, — Итачи лучезарно улыбнулся.       — Мать твою он же дорогущий, — пробормотал Тсукури, — Ещё и на звезды привез смотреть, романтика, — затем рассмеялся он. Они все таки потерялись.