But I miss you more than I thought I would.

Нил пропал. Нил, черта с два, Абрам Джостен пропал. Эндрю едва осознаёт, что происходит, когда белая пелена наконец освобождает глаза, позволяя всё ещё мутно, но видеть. В поле зрения бросаются лиловые отметины с чётким очертанием пальцев на шее Кевина, и блондину совершенно наплевать. То, что он не видел, как душит экси-наследника - не значит, что он этого не помнит. Есть за что. Голова раскалывается, тошнота волной накатывает к горлу, дышать тяжело, тело пробивает мелкой дрожью. Сейчас Эндрю как никогда хочет вернуться к приëму таблеток и затмить это чувство, да так, чтобы не вспомнил даже он - забыть ледяной взгляд, мгновенно таящий при виде Миньярда, забыть огненные волосы, ласкающий слух голос. Забыть о доверии. Забыть, что рядом с человеком может быть безопасно. Забыть, как приятно чувствовать. Эндрю стоит в окружении обеспокоенных лисов и, вероятно, раньше он бы и бровью не повёл на их страхи, но это первый раз, когда он их понимает. Ему страшно не просто из-за того, что Нил - друг или сокомандник, страшно, потому что Нил - жизнь. Их это есть. Они есть. «Или были» -произносит внутренний голос. Сердце пронзает осыпанный солью ребристый нож. Эндрю чувствует, как по щеке, обжигая, стекает слеза. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Сквозь шум в ушах он слышит, как лисы о чём-то говорят и копошатся, видимо, не решаясь что-то сделать, а мгновенье спустя Эндрю понял, что его берут на руки, и ради этого он с усилием разлепил глаза. Последнее, что увидел голкипер - бледное лицо Аарона, который одними губами говорил: «я рядом. мы справимся» • • • Эндрю сидит на излюбленном краю крыши, потягивая сигаретный дым. Нил рядом. С событий в Балтиморе прошла неделя. Неделя осознания, мучений, страхов, боли и облегчения. Миньярд не любил пустые разговоры и смысла в озвучивании своих мыслей никогда не видел, но похищение его Извечной Проблемы стало ключом к замкý на языке. Было тревожно, что он не успеет сказать то, о чём непозволительно часто думает. – Наше «мы» сильней, чем я предполагал. – Ты всегда надеялся, что наше «мы» нерушимо. -самоуверенно поправил Нил. Тц, как всегда в своей манере. – И продолжу надеяться. -Эндрю ответил тихо, но достаточно твёрдо, чтобы Нил хмыкнул. – Теперь можешь знать, а не надеяться. -с приторно-сладкой нежностью в голосе заверил рыжий. – 143%.