Утро в автобусе номер 47

      Я сам понятия не имею, что я здесь делаю. Почему прусь на второй этаж в сторону, где обитает журфак, в надежде встретить его.       Он душил меня. Чертовы сутки не выходил из головы. А на следующий день я купил точно такую же упаковку пластырей и теперь тащусь по лестнице, чтобы ему их вручить. Понятия не имею, есть ли у него пары сегодня. И там ли он — вообще просто иду наобум. Не думаю, как буду выглядеть в его глазах. Вообще похуй, как мужику из того мемного видео. Похуй! Паху-у-ю!       Обхожу коридор дважды, но его не встречаю.       Иду туда на следующем перерыве. И после и после. Ноль. Алиса не знает, где я. Отмазался, что препода ищу, которому задолжал работу. Наврал подруге. Знал, что не одобрит. Да, я ей даже не рассказал, кто мне эти сраные пластыри дал вчера. Ничего не сказал. И не скажу. Идиот подумаете вы? И будете правы. Я и сам чувствую себя полнейшим придурком.       После последней пары остается еще один вариант, где могу его выловить. Алиса сказала у него тачка навороченная. Подруга в них нихрена не понимает, поэтому и смысла нет узнавать какая именно. Но я всё же иду в сторону парковки. Мерзну запахиваясь в куртку посильнее, натягивая на уши шапку. Снег валит, как сумасшедший. Я бреду, как в бреду, осматривая машины.       Всякие вазы, тазы и прочие отбрасываю сразу. Пока взгляд не выцепляет одну. Белую. Бмв. Мощную, как моя жизнь. Почему сердце говорит, что это она? Понятия не имею. Разбился он на Тойоте, может мозгов понабрался и выудил у отца что-то что управляется нормально?       Осматриваю её, стоя напротив. Машина мечта. Такая несколько миллионов стоит. Нет, она не из последних моделей. Наоборот. Но именно эта машина считается непревзойденной классикой. Идеальный кузов. Мощный мотор. Лошадок в четыреста пятьдесят, если память мне не лжет и в ней не стоит прошивка.       На капоте навалено снега. Значит приехал давно. Машинка промерзла вся.       Неожиданно сзади за куртку кто-то меня резко хватает и откидывает в сторону.       — Нахер ты следишь за мной?       Сталкиваюсь с его злым, взвинченным взглядом. Тушуюсь.       — Я… я… — заикаюсь, как идиот, — не слежу!       — Ага, видел я.       Артем обходит меня и открывает авто. Садится внутрь и через пару секунду заводит машину. Жуткий, неожиданно громкий шум двигателя тут же разрывает перепонки.       — Вау! — радостно кричу я. — Обалдеть звук!       Парень смотрит на меня, как на идиота, выходит и идет в сторону багажника. Достает оттуда щетку и начинает методично чистить авто от снега, абсолютно не обращая внимания на меня. А я стою и вновь чувствую себя идиотом. Обратиться к нему и помешать не могу — язык примерз к небу кажется.       Он видимо чувствует мой взгляд на себе, потому как останавливается и вновь зло смотрит на меня.       — Чего тебе? Говори или исчезни пока я тебя не задавил. — он почти рычит и добавляет грубо так и зло: — На смерть!       Отворачивается и начинает убирать снег с лобового стекла.       — Тогда это уже будет умышленное убийство.       Что я, блять, несу?       Жду когда он взорвется от злости, но Артем лишь ухмыляется, улыбнувшись уголком губ, не смотря на меня.       — Изучил мою подноготную?       Молчу. Опять язык в задницу залез. Да, и что ответить? Краснею только как рак, хотя на морозе мои щеки и так уже должны были быть алыми.       — Так, чего тебе? — спрашивает он, а прихожу в себя я.       Роюсь в рюкзаке и протягиваю ему пластыри.       — Что это? — хмуро спрашивает, смотря на коробочку, как на змею.       — Пластыри. Они новые. Ты мне одолжил, и я подумал, что теперь их у тебя нет. Вот я и решил вернуть. Не люблю быть должным, — закончил я свой мямлящий монолог.       — Мне это не нужно! — резко отрезает он и, закончив с лобовым, уходит к багажнику.       Я семеню за ним.       — Ты всегда такой добродушный? Или только когда у кого-то ноги в крови?       Опять усмехается. И вдруг всё же забирает коробочку из моих дрожащих на холоде пальцев. Прикосновение обжигает. Чувствую, что начинаю дрожать уже не от мороза.       Артем кладет коробочку в карман и смотрит на застывшего меня.       — Что-то еще? — спрашивает.       — Неа, — отвечаю я, чувствуя себя невероятно глупо.       — Дашь пройти?       Отлично. Я в его глазах уже прямо круглый идиот теперь. Здорово, Витя! Ты молодец.       Отхожу назад и смотрю как он открывает дверь авто и вдруг захлопывает её обратно и поворачивается ко мне.       — Садись. Подвезу тебя.       Зрачки мои расширяются как блюдца, отчего он сужает глаза и с подозрением спрашивает:       — Или боишься?       Тут уж я не могу выдержать. Если у него триггер на своей отсидке и той аварии, то мог бы и не предлагать.       — Нихера я не боюсь! — рычу я. — Просто мне далеко — на другой конец города, вот и засомневался.       — Я не спрашивал куда тебе. Если предложил, значит могу хоть в Анапу отвезти.       — В Анапу не надо. В сторону Тургенева мне.       — Прыгай.       А сам садится за водительское. Я стою. Ору мысленно какое-то время. И пока иду к своей двери думаю.       А КАКОГО ХЕРА, ВИТЯ??? Он уголовник. Сиделец. Минимум выебет тебя — максимум убьет. Отлично! Мама будет гордится тобой точно. А батя даст звание — дебил года.       Но рука берется за ручку и дергает её на себя. Пока мы с Темой болтали, салон уже знатно прогрелся. И я плюхаюсь в теплое кресло. Нашариваю глазами на панели кнопку подогрева сиденья и замечаю, что она уже горит. Внеочередная забота, но на сей раз о моей промерзшей заднице.       Ну вот тебе и уголовник. Зачем заботится о том, кого хочешь убить и ограбить? Хотя, может он маньячина и у него план такой. Хотя, скорее он абьюзер. Сто процентный. В начале заманит меня своей добротой, потом будет лупить почем зря.       За этими мыслями я не замечаю, как мы медленно трогаемся с места под довольное урчание мотора.       — Как тебя зовут-то хоть, недоразумение?       — Витя. Виктор Домбровский, если уж официально.       — Артем. Артем Белов. Сидел.       Отворачиваюсь от окна и смотрю на него. Неожиданно бешусь и вываливаю на него тираду:       — Слушай, Тема. Я все понимаю для тебя это триггер и бла бла бла. Но мне вот искренне насрать сидел ты или стулья выбирал. Поэтому, если не хочешь услышать от меня поток неконтролируемой брани, то прекрати.       — Неконтролируемой брани? — он громко усмехнулся. — Я бы послушал.       — Я предупредил! — и погрозил ему пальцем, отчего Артем рассмеялся.       — Честность на честность? Да? Тогда расскажи-ка мне, что это было вчера утром? И какого «ноября» я тебе напомнил?       — Привязчивый, блять! — выругался я. Но выкручиваться как-то нужно было, поэтому я беззастенчиво наврал:       — Я пишу фанфики, — это правда, — и вот представь моё удивление, когда я в своей голове придумал персонажа, даже имя ему дал и тут налетаю на него во дворе университета, — ложь. Наглая ложь.       — И что твой Ноябрь там делает? В этой твоей книжке?       — Безобразничает по-разному. Орет нет-нет. Инстасамку слушает.       Если уж врать, то на полную. Однако Тема вновь засмеялся и смех у него такой теплый. Чудесный, что у меня самого скулы сводит.       Автомобиль выезжает на основную дорогу, и Артем дает газу. Я слышу жуткий грохот от выхлопа и радостно визжу, когда автомобиль чуть заносит в повороте. Страха нет — лишь болезненное удовольствие помешанного на авто меня.       — Обалдеть. Сколько лошадей? — восторженно кричу я.       — Четыреста двадцать, — отчитывается Белов.       Он внимательно следит за дорогой, сильно вцепившись руками в руль. Водит отлично! — такой вывод делаю я в своей голове. Артем контролирует свой автомобиль до миллиметров. Это тоже становится понятно после парочки перестроений. Я не сразу понимаю, что он пытается меня напугать. А когда наконец шестеренки в моей голове складываются — морщусь.       — Боишься? — едко спрашивает парень, видимо заметив выражение моего лица.       — Наоборот! — неожиданно для самого себя заявляю я и получаю недоумевающий взгляд Артема.       — Тащишься, как черепаха! — вливаю я керосинчика в этот костер и улыбаюсь.       — Серьезно?! — Тема выпадает в осадок.       Его руки на руле сжимаются еще сильнее, а следом он делает пару движений пальцами. Клацает на кнопку отключения стабилизации. Эта фича вырубает в машине автоматическое удержание дороги под колесами и дает владельцу полные права.       С визгом, моим и шин, мы влетаем в поворот. Я ебанутый! Но восторг на моем лице виден даже на следующем светофоре возле которого мы и останавливается.       — Когда вырасту, хочу такую же тачку. — делюсь я с Беловым никому не нужной информацией.       — Вырастешь? — хмыкает Артем. — Тебе хоть восемнадцать есть?       — Обижаешь! — щурюсь я. — Просто для такого авто нужно подтянуть познания в аварийной езде.       — Молодец! — слышу я. — Дуракам такие авто не нужны.       — А ты значит не дурак? — я вступил на опасную дорожку этим вопросом. Но деваться уже было некуда.       — Был им. Сейчас нет.       — Да! — согласно кивнул я. — Это видно.       — Ты удивляешь меня… — вдруг тихо сказал Артем.       — Чем же?       — Сел в авто к уголовнику с темным прошлым. Да еще и подначиваешь меня специально? Может ты адреналиновый маньяк?       — Я, то? Пффф… — я качаю головой. — Нет конечно. Просто разбираюсь кое в чем.       В ответ на мое заявление Тема молчит. Снег продолжает идти за окнами авто. Я оглядываюсь по сторонам. Салон бехи идеально чист, хотя чего я ожидал. Никто не покупает такие авто, чтобы забить их внутри мусором. Любой лишний вес мешает управлению. И это сейчас не шутка. Если бы сзади кто-то сидел — авто уже не управлялось бы так хорошо. А так как нас двое — вес не смещался на какую-то сторону.       — Заедем за заправку? — вдруг спрашивает меня Белов.       — Ага… — бурчу я в ответ. Зачем он спрашивает меня? Его же авто…       Из потока машин мы выруливаем вправо и подъезжаем к заправке. На наше счастье она пустая и бмв становится прямо рядом с заправочным шлангом.       — Посиди, я сейчас! — вновь сообщает мне о своих планах парень и выходит хлопнув дверью.       А я спокойно откидываюсь на ставшем уже особенно горячим кресле. Найдя глазами кнопку отключения подогрева, я клацаю ее несколько раз, пока огоньки не перестают гореть.       Когда авто заправляется, то Артем возвращается в автомобиль и что-то протягивает мне. Я с удивлением вижу в его руках шоколадку. Квадратную. С мятой. МОЮ, БЛЯТЬ, ЛЮБИМУЮ! Ебануться и не вернуться…       — А? — удивленно восклицаю я.       — Не нравится мята? — переспрашивает он, уже собираясь убрать руку.       Но я останавливаю его, выхватив шоколад из его промерзших пальцев. Опять едва ощутимое касание, а меня бьет по лицу не по-детски. Что со мной?       — Просто удивился. Это мой любимый шоколад.       Про то, что такие шоколадки редко где продаются, да и мало кто любит сочетание мяты и горького шоколада, я решил умолчать. Кажется я влюбился… Убейте меня кто-нибудь. Привет бессонные ночи…       Раскрыв упаковку, я прямо так, в наглую, кусаю и начинаю жевать. Прохладная сладость распространяется по языку. Восхитительно.       Автомобиль вновь оказывается в потоке, но теперь Тема ведет аккуратно. Видимо давая мне шанс не подавиться шоколадом и слюнями, которые я ронял на его сжатые на руле пальцы. Его жесткий профиль. Его… Дерьмо! Я в дерьме!       Он никак не комментирует тот факт, что случайно купил мне мой любимый шоколад. Мы молчим, когда из колонок начинает вдруг звучать музыка. Я даже не заметил за своими мыслями, как Тема включил её.       — Инстасамку я не слушаю. — вдруг говорит он, комментируя мое прошлое заявление о фанфике.       — Забей, — бросаю я. — Она тебе и не подходит.       — А что подходит? — вдруг резко спрашивает Артем.       Мы стоим на очередном светофоре и Белов позволяет себе отвлечься от дороги, повернув лицо в мою сторону. Я отчаянно краснею под его уж слишком острым взглядом.       — Не знаю… — задумчиво тяну я. — Может что-то из рока?       Парень качает головой.       — Тогда реп? — не унимаюсь я, а сам хмурусь.       Дай бог, он не слушает что-то навроде Басты и Гуфа.       — Тоже мимо.       — А что тогда твое любимое? — с любопытством спрашиваю я.       — Примороженные дурачки вроде тебя. — отшучивается Артем.       А я сглатываю. Он что, со мной флиртует? Или я ебанулся головой где-то между геологией и историей, а сейчас просто лежу посреди коридора мертвым телом.       Видя мой обеспокоенный вид, Артем отмахивается от меня.       — Забей, я просто пошутил. Не бери в голову.       А можно я возьму? В голову, в рот… Да, блять, куда угодно, если это будешь ты.       — Значит… — шепчу я в нирване.       — Забей! — злится он. — Сказал же!       — Да какого ты все время решаешь за меня? — не выдерживаю.       — А? — оборачивается на меня Артем.       Автомобиль вдруг набирает чудовищную скорость. Я вцепляюсь рукой в ручку двери, до побеления. Белов замечает это.       — Не держись так! — командует он.       И я тут же возвращаю свою руку обратно на колени.       — Почему?       — При аварии ты на автомате вцепишься в ручку мертвой хваткой, сломаешь в крайнем случае или ключицу или плечевую кость. Поверь мне, металл в теле та еще хрень.       — У тебя…? — шепчу я, сам не понимая, что делаю.       — Ага, — Артем проводит пальцами по своей правой руке. — Здесь и здесь стоят металлические спицы. Я вылетел через окно. — вдруг делится он сокровенным.       А я жмусь от желания пожалеть его. Права была подруга. Тянет меня на всяких злодеев с трудной судьбой. Так и тянет пожалеть, обнять, приласкать. Лучше приласкать конечно.       — Болит? — вдруг спрашиваю я.       Да, что с моим языком сегодня? Я говорю и контролирую? Или он меня?       — Уже нет, — усмехается парень. — Но на погоду ноет. Противно.       За разговором я не замечаю, как прямо перед глазами появляется моя улица. До моей остановки пара метров.       — Здесь останови! — прошу я. А сам чувствую, что не хочу прощаться.       Можно я утащу его с собой? Спрячу под кровать. Уверен мама не будет против, а батя, как увидит артемово авто, так и вовсе с восторгом понесется смотреть на неё.       Машина останавливается на моей остановке. Я мнусь. Боги, как же не хочется домой, вы бы знали. Но рука уже сама тянется к ручке двери.       — Спасибо, что подвез… — бурчу я.       — Витя, — вдруг зовет меня Артем и я оборачиваюсь встречаясь с ним взглядами. — Держись от меня подальше, ладно?       Смешок против воли вылетает из моего рта. Я закрываю губы рукой, но остановиться уже нереально. Я смеюсь, как умалишенный какое-то время под охуевшим взглядом напротив, пока наконец не замираю. Шоколадка из моих пальцев исчезает в кармане куртки.       — Дорам пересмотрел? — усмехаясь, спрашиваю я.       — Чего? — недоумевает он.       — Говорю, что это клише.       — Что значит клише?       — Это заезженная ситуация, при которой герой считающий себя плохим парнем говорит хорошему человеку держаться от себя подальше. Понял?       — И что, работает?       — Работает, — согласился я. — Только в обратную сторону. И все заканчивается свадьбой и тремя орущими карапузами.       — Между мужчинами и такое бывает? — поразился Артем, а я словил новое желание расхохотаться.       В своем неведении парень показался мне таким милым. Хотя, если быть уж совсем честным с самим собой, Артем Белов казался бы мне святым и милым даже с ножом в руке.       —Почитай в интернете про ЯОЙ, — посоветовал я и открыл дверь. — Пока и спасибо, что подвез. Увидимся!       Я вышел из машины и, помахав на прощанье всё еще приходящему в себя парню, двинулся прочь в сторону своего дома.       Настроение было отличное. Пожалуй, как в Августе…