break up

— Черт, — Уилбур матерится. Ему хочется смеяться, сидя на крыше их небольшого семейного дома, забыться в терпком дыму сигарет, честно стащенных у Шлатта, и просто очистить голову от любых мыслей. — Придурок, — слышится от Текно, поднявшегося к младшему брату. Мечник смотрит не осуждающе, но с какой-то горечью, а Суту на это становится ещё хуже. Текноблейд накидывает на плечи Уилбура теплый плед, и музыкант только сейчас замечает, что он замерз, потому что вышел на открытый воздух только в тонкой футболке и спортивных штанах. Внезапный кашель молодого человека вызывает вздох со стороны розоволосого, но мечник продолжает молчать, лишь присаживается рядом, морщась от противного, кислого запаха сигареты. — Так что случилось, Бëр? — Текно смотрит наверх, в звездное небо, которое так чисто и ясно, что видны самые яркие звезды множества созвездий, крупинками разбросанные по небосклону, однако краем глаза он продолжает наблюдать за младшии братом. Тот хмыкает, но знает — старшему можно довериться. —… Я расстался с Салли, Тек, — Уил улыбается, а на душе у него скребут кошки, потому что он понимает — это полностью его вина, что Салли его бросила. Это он, Уилбур, виноват, что был недостойным молодым человеком. Кулаки его автоматически сжимаются. — Если ты думаешь, что проблема в тебе, то брось все эти мысли, — Текно забирает из длинных пальцев музыканта сигарету, тушит её о кровлю и выкидывает куда-то вниз, в высокие цветы Кристин, которая однозначно потом устроит разнос им двоим, но это будет после. — Я слишком хорошо знаю, что ты сейчас накручиваешь себя из-за ничего. Она тебя никогда не стоила. — Откуда тебе это знать? Текно, я… — голос музыканта становится намного тише, в уголках глаз начинают появляться непрошенные слезы. — Это я виноват! — срывается он. На щеках появляются мокрые дорожки, а в голосе начинает слышаться хрипотца. — Если бы я только был лучше и умней, то всё было бы нормально, — он цепляется за плед, а его взгляд стекленеет, смотря куда-то в глубину небес. Уилбур не замечает, как начинает тихо шептать себе под нос о том, что он жалок, что он неудачник, и Салли вообще была права, говоря такие слова. Потому что так ему и надо. А у Текно разбивается сердце при виде своего младшего брата в таком состоянии. Музыкант выглядит так хрупко, что кажется, он разобьётся от одного лишь прикосновения. Хотя почему кажется? Текноблейд уже видит трещины, которые вот-вот разлетятся вдребезги. Мечник аккуратно, боясь то ли спугнуть, то ли навредить Уилбуру, протягивает руки к его плечам, тянет легонько на себя, так что Сут падает в объятия, и обнимает. Неумело, даже как-то нелепо, но искренне. — Бëр, — голос розоволосого может показаться по обычному низким и флегматичным, однако сейчас в нём можно услышать страх и сожаление. Страх за то, что может сделать с собой Сут, и сожаление за то, что он сам не может ему помочь. Только поддерживать его вот так, физически. — Я так жалок, Тек… — Нет, — розоволосый отвечает резко, боясь потерять то мгновение, в которое может случиться непоправимое. — Ты замечательный. Просто Салли тебя никогда не любила по настоящему. Ты готов был сделать для неё всё, но она для тебя — нет. — Тогда почему говорила все эти слова? — Кто знает, какие у нее на самом деле были мотивы. Текно действительно не может ответить на вопрос шатена. Кто вообще способен узнать, что творится в голове у окружающих? А Уилбуру от его слов становится только ещё хуже. Неужели он был для неё игрушкой? Нет, он не сможет в это поверить. Текно рядом горестно вздыхает. — Прости, Бëр. И пока расфокусированное сознание младшего пытается собраться воедино, Текноблейд вырубает его ударом ребра ладони в шею. Сут, как сломанный Пьеро, повисает у него на руках. Поправив плед, Текно несёт его обратно в дом, в его комнату. Сейчас Уилбуру лучше просто отдохнуть. А потом… потом он сам и остальные члены их семьи позаботятся о музыканте. Ведь семья и нужна для того, чтобы дарить комфорт.