Игрок по-крупному

      Обед. Перемена. Крыша. Группа актёров снова вместе. Всё как обычно, обыкновенный вторник: Тсукаса уплетает свой обед, гордо выгибаясь в спине — какой же он молодец! Как же вкусно готовит! -, Нене уткнулась в телефон, время от времени запихивая в рот пару рисинок, Руи голодными глазами поглядывает на бенто Тенмы, но завидев овощи тут же отворачивается и морщится, а Эму просто кушает и не более того.              — Эй, ребята! — наверное я соврала на счёт «не более того». Простите, дорогие читатели. — Может, сыграем в карты? — Отори невинно улыбается, палочками беря кусочек мяса.       — К-какие карты?! — Тсукаса аж закашлялся от слов подруги. — Тут тебе не казино! — он окинул девочку возмущённым взглядом.       — Да я не про «эти» карты! — актриса обиженно дует губы, откладывает бенто с колен на пол крыши, копается в стоящей рядом сумке. — Я про эти!       — Ах, «Уно»? — бурчит Нене, продолжая листать страницу форума.       — Уно-уно! Вондархой, какое Уно! — радостно восклицает Эму, широко улыбаясь. В её руках небольшая коробочка, на ней белыми буквами написано «Уно.» — Давайте сыграем, пожалуйста! Оно же не запрещено, правда? Мы вот с Саки-тян и Харукой-тян пару раз на переменах играли и учителя, вроде, не ругались!       — Эй, сестру мою в это не втягивай! — актёр грозно глянул на девочку. — У вас там, в школе, что? Казино подпольное?       — «Уно» — не азартная игра, идиот. — Кусанаги вновь одаривает блондина фирменным взглядом: «Господи, какой же ты невыносимый придурок.»       — Любая игра, даже самая безобидная, может стать азартной. Нужно только сделать ставку. — Руи прищурился и с хитрой улыбкой оглядел всех присутствующих. Остальные скривились: «Стрём…»       — Н-ну, мы же не на деньги играть будем! — Эму закачала головой: слова режиссёра вогнали её в ступор, от чего она слегка занервничала.       — А я и не предлагаю играть на деньги. — Камиширо посмеялся в руку, беря у актрисы коробочку.       — Спасибо хоть на этом. — Тенма устало вздохнул, отложил бенто — «Спасибо за еду, о дорогой я.» — и уставился на Руи. — А кто раздающий, раз уж играть собрались?       — Я, конечно же. — Руи подмигнул Тенме, продолжая мешать колоду, параллельно раздавая карты лицом вниз. — Осталось только придумать приз, а то как-то скучно просто так играть.       — О-о! Давайте, тот, кто выиграет, покупает всем такояки! — Отори ерзает на месте в ожидании конца раздачи.       — Разве победитель не должен уходить в плюс от победы?.. — Нене снисходительно глянула на подругу рядом: она совсем не понимает ход её мыслей.       — Я придумал! — ребята замерли: «Пожалуйста, лишь бы что-то нормальное было…» — Приз — главная роль в новом спектакле!              Повисла тишина… Но она тут же разразилась громкими возгласами:       — Ч-Что?! — вскричали Тенма и Нене, удивлёнными глазами уставившись на режиссёра. Тот лишь улыбнулся, продолжив раздавать карты.       — Как я и говорил: стоит сделать ставку и, даже самая безобидная игра, станет азартной. — Руи щурится по-кошачьи.       Да уж, про «азарт» Камиширо не соврал. Настрой ребят и вправду изменился: если поначалу они считали эту затею чем-то глупым и слишком уж детской, то сейчас всё перевернулось с ног на голову. В мыслях то и дело крутилось: «Выиграть! Выиграть! Выиграть любой ценой!»

      И вот, раздача, наконец завершена. На старт, внимание, марш!

***

             Что вы знаете про настольные игры? «Ну, это весело, с друзьями можно поиграть!» — скажите вы и будете, скорее всего, правы. Только вот Тсукаса и Нене были совершенно другого мнения. Для них самая обычная карточная игра на перемене стала огромным полем битвы: жестоким, беспощадным и суровым. В этой войне двух гениальных — это слово применимо только к Кусанаги — умов, поражение понести мог только один. Только один должен был уйти с несмываемым позором, пока другой заливался бы громким смехом от опьяняющего чувства победы, ликуя в свете прожекторов на сцене. Только победитель наслаждался бы аплодисментами, летящими под ноги букетами душистых цветов, пока проигравший стоял в тени и играл дерево в глупом костюме из картона. «Всё или ничего! Нельзя проиграть, только победа!» — мысленно проговаривали актёры, сжимая карты в пальцах.       С этими мыслями оба, напряжённые, словно на иголках, они вели войну, став на время полководцами и военачальниками. Каждое действие, каждый ход они продумывали до мельчайших деталей, малейший намёк на смятение на лице противника сопровождался едкими комментариями, пугающими кривыми ухмылками и злобными взглядами. Они насмехались друг над другом, выкладывая «ход обратно» или «возьми две"-"возьми четыре», пытались уколоть посильней, подловить, чтобы нанести сокрушающий удар и забрать желанную победу.       И правду говорят: даже самая безобидная игра может стать азартной, нужно только сделать ставку.       — Уно. — спокойно говорит Нене, нервно сжимая карту в руках. Победа совсем-совсем близко, и она это чувствует и очень сильно нервничает. Одно неверное движение и она проиграет этому идиоту! Тенма напряжён не меньше, а слова девочки напротив настолько хлёсткие и унижающие, что он готов волосы на голове рвать от бессилия. Он кладёт сверху карту, и Нене на секунду теряет самообладание и взвизгивает, прикрывая рот рукой.       — Возьми четыре, цвет — зелёный. — блондин замолкает, а после произносит, растягивая слово на долгие гласные звуки — ощущение, будто всё происходит в замедленной съёмке. — Уно.       Кусанаги в шоке, даже хуже. А Тсукаса… А Тсукаса ликует! Он криво ухмыляется, заливается ужасающим хохотом, по-хищному смотрит на беспомощную актрису, словно на загнанную в угол овечку, которую вот-вот съест огромный волк. Но в мыслях, иначе все посчитают его психопатом, а парень дорожит своей репутацией.       — Т-ты… — бормочет тихо Нене, подрагивая всем телом. Она чувствует себя такой дурой! Как же так? Она бы никогда не проиграла такому придурку в карты! Возмутительно! Нонсенс! Никогда и ни за что!       — Что ты сказала, Нене? — актёр поглядывает на девочку, слегка нервничая. «Нет, не может быть, бред какой-то.» — думает про себя парень, отгоняя неприятные мысли.       — Т-ты… — Кусанаги делает глубокий вдох, поднимает голову и, смотря прямо в глаза блондину, возмущённо указав на него пальцем, вскрикивает. — Жулик! Ты жульничал!       

      «Тишина кругом.       Проникают в сердце скал       Голоса цикад.» — Мацуо Басё.

      — Ч-что?! — Тенма чуть было не свалился замертво. — О чём ты говоришь?! Я не жульничал!       — Врёшь! Ты жульничал! — Кусанаги вся красная от злости. Она встаёт на ноги и, всё так же тыча пальцем в Тенму, продолжает. — В колоде всего четыре карты «закажи цвет и возьми четыре!» У меня было две карты, у Эму одна, и у тебя тоже!       — Так я её и выложил прямо сейчас, дура! — Тсукаса встал следом.       — Неправда! Ты выложил её в самом начале игры, потому что ты, идиот тупой, не знал, что она делает и просто хотел посмотреть что будет! — Нене делает мимолётный вдох. — Ты ещё тогда сказал, — актриса прокашлялась и встала в позу. — «Это что-то в роде туза? Блин, зачем же я его! Чёрт!»       — Эй, я так не разговариваю! И вообще, — блондин поправил волосы и также встал в позу. — Я, будущая мировая звезда, Тсукаса Тенма, никогда не мухлюю! Ты просто не хочешь признавать собственное поражение!       — Ничего подобного! — Кусанаги кусает до крови губы — «Если он не заткнётся, то я ему врежу!» -, после садиться обратно на своё место, берёт свою карту и ещё четыре. А следом кладёт единицу, зелёную.       — Ха! — Тенма самодовольно ухмыльнулся и…              — Поздравляю, Тсукаса-кун! Ты выиграл! Приз твой.       — Я протестую! Он жульничал! — Нене возмущенна. Даже не так, она в ярости! Она стучит кулаком по крыше, буквально кипит, а карты полетели на воздух, пока девочка в истерике катается по полу. «Да как он посмел! Жулик! Придурок! Идиотина!» — кричит Нене про себя.       — Ха-ха-ха! Ну и кто теперь идиот, Нене? — Ауч. Жестко, не находите?              — Тсукаса-кун, подойди сюда, пожалуйста. — Руи невинно — это слово вообще применимо к этому чудику? — улыбнулся, хлопая рядом с собой. Тенма послушно сел. — По поводу главной роли в спектакле…       — О-о! Руи, я весь во внимании! — глаза парня сияют, а тело слегка дрожит в предвкушении.       — Чуть поближе, пожалуйста.       — На ушко, что-ли, хочешь рассказать? — Тсукаса слегка хмурится, но не придал словам режиссёра особого значения, подсев ближе. Эх, а зря…       Думаю, вы уже поняли, что случилось дальше — вы же умницы и умники, верно? Камиширо взял опьянённого победой Тсукасу за руку, резким движением сократил расстояние в двадцать сантиметров и поцеловал блондина. Сказать, что актёр впал в ступор — ничего не сказать. Щёки парня загорелись красным, дыхание спёрло, а в голове стало пусто. Ни единой мысли. Всё, что чувствовал Тенма — мягкие губы Камиширо, слегка сладкие и сухие. Руи же, воспользовавшись «овощным» — довольно иронично — состоянием друга, углубил поцелуй и обнял Тсукасу за талию. Картина маслом, что ещё добавить?       Девочки в это время в шоке уставились на парней. Хотя, Нене, вроде, ожидала такого исхода.       — Р-Руи! — Тсукаса, наконец придя в себя, резко отстраняется и чуть было не падает на спину. — Ч-что за хрень?!       — Не «хрень», а поцелуй. Тсукаса-кун, ты не знаешь, что такое «поцелуй?» — Руи удивлённо хлопает глазами, охая.       — Д-да знаю я! Зачем ты это сделал?! Ты хотел сказать мне про спектакль, а вместо этого целуешь!       — Вообще-то, это был твой приз. Утешающий приз. — Камиширо указал пальцем на губы Тенмы.       — А? Ч-что? — актёр замер.       — Я видел, что ты взял «туз» Эму, который она выложила пару ходов назад, пока остальные не смотрели. Ты жульничал, а жуликам главные роли не достаются. — Руи повернулся к растерянной Кусанаги. — Нене, ты выиграла. Роль твоя.              Эх… Как жаль, что это не комикс: лицо блондина в этот момент просто уморительно. Он сперва позеленел, потом посинел, покраснел, а после от ужаса взвыл, как раненный зверь. Он проиграл, потерпел поражение, был уничтожен в пух и прах. Этот проигрыш он запомнит навсегда, это будет его наказанием и несмываемым позором до конца дней.

А мораль всей басни такова: не жульничайте, девочки и мальчики!

             P.S. Во время игры Эму тоже жульничала, но это только между нами, хорошо?