Малышка.

Стучит в дверь и слышит шуршание за ней. — Ты пришла? Наконец-то, — отворяя дверь, так по-детски радуется Виолетта и хлопает в ладоши. — Привет-привет, — заключает в свои крепкие объятия Вилку и здоровается с ней. Обнявшись девушки направились в комнату хозяйки и усевшись, девушка начала снимать плёнку с руки подруги. Болезненно отрываясь от кожи, плёнка освободила и показала черную картинку на теле девушки. — Вау, какая красота! Спасибо. Вилка, ты лучшая! — восклицала девушка обвивая чужую шею руками. — Не за что, малышка Еся, — с ухмылкой молвила татуированная. — Вилка, я хочу чаю. — Вот это наглость, конечно, — посмеялась и отправилась на кухню наливать чай в две кружки. Есения же поплелась за ней, приговаривая как ей плохо после вчерашнего, но она всё равно безумно рада новой татуировке. Жаловалась на то, что проспала около четырнадцати часов. Рассказывала как она не понимает участниц беременна в шестнадцать. — Держи, — Виолетта ставит кружку перед девушкой и присаживается на стул напротив. Заглядывая в глаза, а когда та корчит грустное лицо, сама грустно улыбается. Тянет руку к ней и гладит по голове приговаривая «всё будет хорошо, скоро поедешь домой, Кира тебя обнимет и всё будет хорошо». А той от этого не легче. Потому что вероятность нахождения Киры дома крайне мала. — Не знаю, мы с ней поссорились и она уехала. — Из-за чего ссора? , — присела на диванчик рядом и приобняла за плечи. Сеня положила голову на подругу и выкинула краткое «неважно». Так они и сидят на кухне болтая о работе, рассказывая нелепые и постыдные истории из жизни. Сеня узнала, что самые долгие отношения у Вилки были около трех месяцев. А самые короткие один час. Девушку забавляло то, как рассказчица смущалась, говоря такие маленькие цифры. У Есении самые долгие отношения длились три года, а самые короткие около полу года. -Только не смейся надо мной за это, — смеётся и просит. — Хорошо, с кем не бывает, — а смешок всё равно слетает с уст. — Ну я же попросила. — Ладно, ладно, прости. Ты просто так смешно посмотрела на меня, — издевается, но приобнимает за талию и прижимает к себе. А Вилка обнимает в ответ, а после тянет подругу курить. После вчерашнего дождя, на улице сыро и мокро. Есения побыла в гостях ещё совсем немного и поехала домой. Но перед этим заехала в магазин и купила две большие пачки чипсов. С грибами- свои любимые, и с паприкой- Кира всегда их берет. Надеется увидеть её в их квартире, но видит абсолютно безжизненное помещение. Разувается и проходит в зал, чтобы переодеться и берет ноутбук. Хочет посмотреть что-то, но отвлекается и пишет смс Кире. Есения Привет, купила твои любимые чипсы и хочу включить «Игру Престолов». Ты со мной? Ждет несколько секунд, но та не читает. Боится, что она не в состоянии даже ходить, не говоря о том чтобы отвечать на сообщение. Пишет ещё одно. Есения Кир, прости меня. Но согласись ты тоже неправа. Прошу ответь и скажи, что ты в норме. Откидывает телефон и включает последний сезон, который ещё не досмотрела. Засыпает под него же. Ответа так и не получает. Утро. Снова за окном дождь и Еся первым делом проверяет чат с Кирой. Она прочитала, но не ответила. Что с ней происходит? Она же сама просила написать как успокоится. Может она прочитала и едет домой? Нет, в сети она была в семь утра, а сейчас почти двенадцать. За это время она бы точно успела приехать. Звонит. — Алло, что нужно? — Кира, привет. Ты где? — Там где нужно. Что хотела? — Ты когда домой? — Когда-нибудь. На фоне слышится женский смех, кажется, Кира не одна. — Всмысле когда-нибудь? Я весь вечер мучаюсь думаю где она, а у неё на фоне бабы какие-то пиздят. — Ой, не выебывайся. Ты вчера весь вечер опять у Виолетты провела. — Мы мне пленку снимали. — Ну и как? Сняли? — Я не могу понять почему ты так со мной говоришь, Кир? Я же извинилась. В чем проблема? — Во всём. Ты не ценишь меня, ты снова к ней поехала. Ты с ней слишком много времени проводишь, что мне думать? — Что мы друзья! — Хорошо, тогда я тоже сейчас с друзьями. — Да хоть со шлюхами. Заебала, ревнуешь без причины, хуйню вытворяешь. Тусуйся с кем хочешь, мне до пизды. Если всё-таки соизволишь приехать домой, не забудь собрать все свои шмотки в чемодан и съебать на все четыре стороны. Я не буду это терпеть. — Ебанутая, это я твои истерики выслушиваю, а терпеть не будет она. Ахуела? Бросает трубку, достаёт чемодан и складывает все вещи Киры туда. Громко матерясь, аккуратно кладет на верх всей кучи маленький подарочек, которые она готовила на дату их отношений. И прикладывает записку «С годовщиной, блять». А внутри колечко, Кире оно еще давно приглянулось и вот появился повод подарить. — Недели, сука, не дотерпела. Вот тварь, пускай подавится этим вниманием, — плакать начинает сильно. Обидно, что старается и терпит многое, а в ответ отдачу не получает. Она знает, что характер у неё сложный, ну а что теперь поделаешь? Такая родилась. Ставит чемодан у входа, а сама в душ идет и Вилке пишет с просьбой в гости к ней прийти. Не хочет она Киру видеть. Обиженна. Включает музыку и моется. И все не понимает как такой неблагодарной можно быть? В квартиру свою пустила, деньги на неё тратила, а та лишь издевалась. Гуляла постоянно, а Сеню ревновала ко всем. А она ценила девушку и перестала общаться со всеми. Одна Мишель осталась рядом. А Кира лишь причитать стала, что та совсем не социализированная. Да Сеня тоже не ангел, истерик много устраивала. Характер вспыльчивый сильно — это от генетики и уступать не умеет, стоит на своем всегда — этому уже родители научили. Телефон гудит. Сообщение от Вилки с разрешением. Выходит из душа сушит голову и одевается, быстро, словно боится, что Кира застанет её. Из подъезда выбегает и в машину садиться. Закурить пытает, да газ в зажигалке закончился. Выбрасывает её, и другую достаёт. Всё быстро делает. Мчится по дороге. Хочется скорее в ту теплую квартиру с приятным запахом малины. И к миленькой белой собачке. По дороге решает позвонить Мишель и всё рассказать, та лишь охает и ахает. Говорит, мол правильно поступила. По другому уже никак. Может головой подумает и всё поймет, на что Виолетта говорит, что никогда не подпустит ту и близко к себе. И в голову приходит мысль. Не хочет она видеть Киру, но работают то они вместе и говорит, что сегодня же напишет директору и уволиться, а ещё хочет купить новый замок, что бы Кира не смогла навестить её. Мишель соглашается и говорит, что возможно она немного погорячилась с увольнением и нужно ещё всё обдумать, но Сеня точно знает, видеть Киру она больше не сможет. Договаривают и отключается, а впереди уже виднеется дом Вилки. Глушит машину и быстро забегает на этаж. Стучит в дверь и слышит «открыто». Заходит, и вправду открыто. Спешно разувается, а на глаза снова слезы накатываются. — Не долго ты без меня смогла, — усмехается. Видит слезы и улыбаться перестает. Тянет на диван и обнимает. А Сеня не может, плачет ещё сильнее. Говорит, что жить не хочет. Вилка гладит по макушке и крепко обнимает. Не понимает, что могло случиться. Сутки даже не прошли. -Тише, малышка. Расскажи, что случилось, — обхватывает лицо руками и заглядывает в красивые глаза. А девушка послушно рассказывает, что случилось и говорит, что терять её не хочет. Эмоций много она подарила, чувства хорошие вызывала. Но не переносит она её больше. Говорит что скоро должна годовщина была быть и подарок купила. И рассказывает как в чемодан его закинула, и записку прилепила. Сумбурно всё, странно. Неделю назад и подумать о таком нельзя было. А теперь всё наяву. Говорит, что с работы уволиться. Вилка смотрит непонимающе. — Зачем? И чем ты заниматься тогда будешь? А Сеня голову поднимает, Вилку рассматривает. — Татухи бить начну. И Виолетта смеётся, а Сеня за ней сыпется. Легче стало. Виолетта умеет быть рядом и оказать опору. Умеет убедить, что ты не один и не всё так плохо. Есения благодарна ей за это. Она хорошая, заслуживает лучшего. И любви заслуживает, и счастья. Сеня успокаивается, а Виолетта чай ромашковый заваривает. Руками красиво двигает. И Сеня только сейчас замечает какая Вилка растрепанная, волосы взъерошены, футболка мятая. Болтают обо всём и татуированная тушеваться начинает. — Что-то случилось? — Я стих написала, хочу показать. Боюсь просто. — Конечно показывай. И Виолетта в комнату идёт, а обратно уже с блокнотиком возвращается. В руки передает и просит строго не судиться. Корявым почерком написано: Скажи мне, милый, как же так Влюбилась я в тебя несчастно Прожить пытаюсь кое-как И ты ведешь себя бесстрастно И в чем же я виновна? Покажи, Как лучше мне себя вести И нет в моих словах ни капли лжи Когда же мне начнет везти? Когда почувствую твою любовь? Когда коснусь твоей руки? И вновь избавлюсь от оков Моей израненой души Когда напишешь первый ты И обрету букет эмоций Не будет больше пустоты И раньше глупых столь ироний Я стану чаще лишь смеяться Почти уйдут мои печали Не стану реже улыбаться Такое в сказках обещали Но день прошел, а мысли те же Не буду я с тобой и все И видеться мы будем реже И запустила я фортуны колесо. Сеня рот разевает и от восхищения на стуле прыгать хочет. — Тебе мальчик нравится? — Неа, девочка. Просто тогда не складно бы получилось. — Стих ахуенный, а как девочку то зовут, — в глазах искорки любопытства играют, а Вилка отмахивает и не говорит. Сеня лишь хитро смотрит и приговаривает «я все равно узнаю». — Слушай, а давай в кино сходим? — Мне собраться нужно будет и Аляску выгулять. — Может ты собираться пока начнёшь, а с ней я погуляю. — Окей, ключики только возьми. Я в душ щас пойду, — Погуляй с ней подольше, минут двадцать. Я как раз соберусь. — Оки, — одевает ошейник и спускает по лестнице, а собака летит вперед неё и чуть с ног не сносит. На улице дождь закончился. Слякоть и грязь на фоне снежно-белой Аляски выглядит крайне не вдохновляюще. Собака бегает и ищет угол, а потом с Сеней вместе бегают вокруг дома и девушка думает, что питомец Вилки миленький и уже привыкла к ней за не долгое время. Ей приятно от этой мысли. — Аляска, иди я тебя поглажу, — присаживается на корточки и подзывает собаку, — нам пора, твоя хозяйка нас уже ждёт. Вилка собранная, жуёт какую-то печеньку. А Сеня идет в ванну помыть лапы собаке. — Ты собралась? — Ага, ты на машине? — Да, сейчас в центр поедем. Я так хочу попкорн ты не представляешь. — Мы идем в кино только ради него? — смеётся, по доброму. — Нет, конечно, — улыбается.

***

— На какой фильм пойдем?