Всего лишь страшный сон.

тьма.

Тьма.

Тьма.

Тьма.

И простой смертный.

Один на один.

— Ты… — Я. — Где я?.. — В парке аттракционов. — Нет же… Где я сейчас? — В парке аттракционов.       Больше неизвестное существо, именуемое кратким «тьма» замолчало. — Ты умер, Кен Рюгуджи. — Ты врёшь. — Не вру. — Прямо сейчас я стою и ты где-то рядом. Значит, я жив, — Рука Дракена дёрнулась, дотягиваясь до «тьмы».       Та, бесследно испарившись и оставив после себя чарующие пустоты, вновь заговорила, но теперь, то была не «тьма», а «свет». — ТЫ ПОСМЕЛ МНЕ ПЕРЕЧИТЬ, И КАРА ЗА НЕПОСЛУШАНИЕ БУДЕТ СТРАШНА, СМЕР-Р-РТНЫЙ!..

…

            Теперь растворилось вообще всё.       Вокруг него…             Пустота?       Нет, это не те чарующие пустоты…             В закрытых глазах парня зарябил свет, запрыгали оранжевые пятна и круги. — Это… Мой предел… — Что? Какой предел? О чём он говорит? Это оставалось для него загадкой. (Далее немного от лица Кен-чика)       Ни единого звука…       Рука не слушается.       Что со мной?       Небо размытое… — Дракен! Дракен! — Что такое Такемучи?       Выглядишь ужасно. — Я вызвал скорую. Сенджу пошла за носилками, — Что?       Зачем вам носилки? — Не переживай, — Что происходит?! — Мы обязательно спасём тебя.       Тело вообще не слушается.       Как бы тебе сказать, Такемучи…       Вообще не могу… — Вот как, — Что я несу? — Похоже, я умру…       Умру.       А Эмма? — Ты что несёшь?! — Вот именно, что я несу? — Этому никогда не бывать!       Чему не бывать?       Ками, объясните мне что происходит!       Почему ты опять ноешь, Такемучи? — Наступит завтрашний день, и мы даже не вспомним об этом! Ведь так?! Это всё-таки ты… — Такемучи.       И снова здрасте.       Я не контролирую себя, что за чёрт? — Не вини себя, лады? — В чём? — Это случилось не из-за того, что ты вернулся в прошлое.       Что?!       Что значит «вернулся в прошлое»?!       Чёрт тебя побери!.. — Я сам решился на это… — На что?!       Что? Я.       Я могу что-то сказать?       Ну ладно, но надо что-то, что удачно бы вписалось сюда. — Ты дал мне жизнь, а я отдам её за тебя, — Уважуха. — Дракен…       И опять.       Чувство такое, будто рот заклеили супер клеем, после этого хорошенько обмотав скотчем. — Ты понимаешь о чём я? — Ни капельки, второй «Я». — Да…       Ты реально что-то да понимаешь?! — Когда я был в младших классах, то часто дрался и всегда проигрывал…       Были же времена.       Эх, хотел бы я снова увидеть их удивлённые лица, когда я разнёс всю их шайку. — Э?.. Ты-то? — О Ками, как же этот милый дурачок удивлён! — Потому что всегда дрался с теми, кто старше, — Тебе и сейчас всё пояснять надо, Такемучи.       Он точно в шоке, ха-ха. — После этого, я всегда валялся на земле, вот точно также как сейчас, и смотрел в небо.       Ну же вытри слёзы!       Ты становишься таким… Некрасивым, когда плачешь. — Резко становилось пофиг на всё, и я чувствовал себя лучше, — И почему второй «Я» замочал?       Верно, Мучи, сотри слёзы со своих небесных океанов.^^ — Да… Я понимаю тебя. — А вот Майки никогда не понять красоты неба после поражения, — Верно подметил, второй «Я»! — Э-э? — Так он ни разу и не проигрывал. В этом и есть проблема.       Походу? — Такемучи, — Вновь обратился второй «Я» к парню, — Я…       Силы медленно покидают меня.       Я чувствую это.             Пули. — Люблю за то, как он всегда пытается удержать всё на своих плечах, — Чистая правда, — И как он пытается справиться со всей этой ношей…       Что?       Что это? (Далее повествование будет вестись от третьего лица, чтобы поинтересней хоть было, а то только «что?» да «что?»)       Ком крови подступил к горлу.       Кен прокашлялся кровью, очищая лёгкие. — Я наблюдал за его спиной… — Его жизнь медленно иссякала.       Он на пороге смерти. — И всегда хотел что-то с этим сделать… — Дракен, — Сдавленно прошептал парень, сжимая мокрую ткань джинсов в руках. — Слушай, Такемучи, — Его взгляд поплыл, — Можно мне сказать одну заезжанную вещь? " — Тебе бы лучше вообще не говорить, " — Хотел сказать Мичи, но решил просто согласиться. — Да… Конечно. — Позаботься о Майки, — Его слова звучали настолько клишировано. — К-конечно! — Парень, волнуясь, склонил голову. — Ха-ха… И всё-таки, последние воспоминания о Свастонах…       Уставшие веки медленно опускались. — Я иду к тебе… Эмма… — Его последние слова…

      Белая пелена.

      Вспышка.

      Кен просыпается в холодном поту, хватаясь за тело там, где должны быть они.       Кто они, спросите Вы?             Пули. — Ты чего, милый?.. — Сонная милая Эмма приподнялась на локтях, чтобы посмотреть на своего мужа. — Да так… — Тебя кошмары опять мучают? — Она устало выдохнула, потерев глаза, — Иди ко мне.       Он развела руки, и Дракен с готовностью обнял Сано. — Спи, мой дорогой, всё хорошо… Я с тобой…