Срок, который я проведу с тобой

      По возвращении в камеру, Чифую запрыгнул на второй этаж, что с некоторых пор стал его и достал из пакетика банан.       — Что-нибудь оригинальное, — ответил он на ранее поставленный вопрос, беря банан в рот.       Сидя за столом и разложив всё добытое на нём, парень задумался, в голову кроме дракона, что он когда-то на шкафчике нарисовал не пришло.       Закончив эскиз минут за десять, тот запрыгнул на свою койку, держась одной рукой за второй этаж, а во второй руке держал эскиз.       — Такое пойдёт?       — Не такое…- он чуть не сказал, что такое у него уже есть, — не слишком оригинально, — произнес он, откусывая от банана очередной кусочек. А потом вновь обхватил его губами, задумавшись, будто пытался придумать, что б такого ему набили.       Недовольно цокнув, Санзу слез и принялся рисовать другой эскиз. Даже подумал, что надо было сказать брату о том, что бы тот хотя бы одну папку привез, хоть сидеть сейчас корячится не пришлось бы.       Минут через сорок, а может и через час он сложил рисунок в самолётик и отправил тот в парня. На нём была нарисована девушка в виде демона. Хотел оригинальное, вот тебе пожалуйста.       — А это? Или собрался надо мной поиздеваться? — проворчал розоволосый.       — В каком смысле? — тот не понял, о чем говорит парень, о рисунке или еще чем. Он уже лежал на кровати на спине, когда в него рисунок прилетел. Тот его развернул.       — И где предлагаешь мне такое набить?       — Обычно, такое бьют на плече, предплечье, бедре, икре. Где хочешь — там и набью, — сказав это, он подошёл к столу, где достал из тумбочки антисептик, вазелин, салфетки и разложил всё на столе. Благо брат додумался хоть это привести зная, что Санзу без работы с ума сойдёт.       — Только ты ведь понимаешь, что через робу я тебе хрен что набью и придётся раздеться? — без какой-либо задней мысли обратился к блондину розоволосый.       — Да… точно… — тут уже он задумался. Соскочил с места и расстегнул верх. Повязав тот на поясе, он остался в белоснежной футболке. Сев на первый этаж кровати, Чифую задрал рукав, оголяя плечо. На бедре бы такое смотрелось куда изящнее.       Вопросительно подняв бровь, Харучие возмутился и, подойдя к парню, ни с того ни с сего начал стаскивать штаны.       — Штаны снимай, на бедре лучше смотреться будет! Если думаешь, что буду смеяться над тем, что у тебя хуй маленький, так мне вообще срать на это что б ты знал! — зачем начал оправдываться розоволосый не знал, но все равно уперся на своем и все тут.       — Ты извращенец что ли? А ну отпусти мои штаны! — завопил Чифую как девчонка, едва ли успевая свои боксеры ухватить и прикрыть небольшое хозяйство. Оставшись вот так тупо без штанов, тот уставился на соседа как-то злобно.       — Жить надоело? Я тебе устрою!       Фигурка у него, конечно, была довольно худощава. Можно было даже подумать, женственна. За широкой робой этого было не заметно.       — На данный момент — я твой мастер, а для таких как я, за работой, пола у клиента просто не существует, — весьма серьезно сказал тот и, взяв маркеры с эскизом, принялся перерисовывать то на бедро, плавно выводя линии. Когда с переносом рисунка было закончено, он взял и машинку с краской, мылом, что в воде развести успел и вазелином.       Сев на пол и промыв «полотно» тот аккуратно нанес на кожу вазелин, но не много и на то место откуда собирался начать. Подключив машинку, он макнул её в краску, когда она была уже включена.       — Если боль терпеть не сможешь уже, то скажи, — спокойно обратился к блондину парень и, чуть оттянув кожу, принялся вырисовывать иголкой контур. Чифу, сжав губы, терпел, ровно до того момента, как игла не коснулась чувствительного места. Непроизвольно тот протяжно простонал, а потом заткнул рот ладонью. Слишком уж это пошло прозвучало.       — Ты мазохист что ли? — ухмыльнувшись произнес не особо громко Санзу, вытирая краску с кожи. Когда с контуром было закончено, тот перешел на покрас. Это все заняло часа два, Харучие закончил тату и, покрыв заживляющей мазью, замотал в пеленку и пластырем её зафиксировал.       — Ну, готово, если хоть один раз забудешь обработать — скальп сниму, — он даже наигранно злобно зыркнул на парня.       — Сам мне напомнишь, — злобно прошипел тот. Зачем было спрашивать, куда он хочет тату, если сам в итоге набил, где хотел?       Дотянувшись до штанов, Мацуно натянул их и кое как поднялся с места. Нога, потревоженная иглой, неприятно болела. Посмотрев как-то жалобно на второй этаж, куда нужно было забраться, он ухватился руками за бортик, собираясь подтянуться.       — Ляжешь на первом, иначе, как только коркой покроется — все растянешь. Из-за лишних движений еще дольше заживать будет, — спокойно проговорил Санзу, уже сидя за столом и набивая себе самому на руке тату, того дракона черной краской, будто на память. Да и рисовать себе новый эскиз было лень.       — Если не брезгуешь, конечно, — ехидно добавил он.       — Брезгую, — ответил тот, — кто знает, чем ты там по ночам занимаешься.       Подтянувшись, Чифу повис в воздухе, а потом все-таки опустился вниз. Тот был прав. Зачем бить тату, если потом его испортишь?       Обиженно улегшись поверх одеяла, Мацуно отвернулся лицом к стене.       «Вроде обычное тату, а ощущение будто на мной надругались» — подумал он.       Закончив с татуировкой себе, розоволосый так же покрыл ту мазью, а после накрыл пеленкой, закрепив пластырями. Подметив для себя, что пока он бил тату блондину, что у него весьма неплохие ножки, его аж напрягать начало. Санзу сам себя ладонью тихо по лбу ударил, будто это его мысли в порядок приведет.       Убрав все в ящик стола, он стянул со второго этажа одеяло и накрыл им не бережно Чифую, а сам, забравшись на второй этаж, лег на спину, убрав руки за голову и прикрыв глаза. Он даже смутился вспоминая вновь, как бил блондину тату. Возмутившись на самого себя, розоволосый отвернулся, накрыв голову подушкой.       «Черт, о чем ты вообще думаешь?! Ты по бабам, ты по бабам Санзу!» — как мантру читал тот мысленно.