Bitter life can be better (второй бонус к близнецам)

Весь оставшийся день Чонин пролежал у себя в комнате, уставившись пустым взглядом в потолок. В какой-то момент ему даже показалось, что он слышит звон: настолько пусто было в его мыслях. Пару раз к нему заглядывал менеджер. Но ничего не говорил. Просто ставил миску с лапшой Ночью решил выйти в ванную, умыться. Медленно бредя по коридору, он останавливался у закрытых дверей в другие комнаты, и даже дотрагивался до их поверхности. Пытался представить какая реакция будет у каждого из них на новость о его вторичном гендере. Кто что и как скажет, насколько это будет шоком. За одной из дверей он услышал шорох и замер. Мысли испуганными птицами заметались в голове: "Почему не спит?", "А вдруг откроет дверь", "Надо уходить" . Но ноги будто превратились в камень. Кончики пальцев покалывали - Йена? - раздался из-за двери чуть хриплый тихий голос. -Я слышу, как ты дышишь Чонин шумно выдохнул - больше скрываться смысла не было - Что-то случилось? Почему не спишь, Йена -Всё в порядке, хён. Просто решил сходить в душ -Ты, - голос сорвался на рык и ругательства. После паузы он продолжил. - Йена, кто-то заходил к нам? - Только Хенмин-хён - Странно, - альфа снова сорвался на ругательства. - Йена, ты лучше к себе иди, а то что-то меня кроет странно. Кажется, что запах омеги пыльцой на губах оседает. У Чонина спина покрылась мокрым потом, и он отшатнулся от двери. - Хорошо, спокойной ночи, хён. - Спокойной, - рыкнули из-за двери. Стоило Чонину сделать шаг в сторону, как дверь сотряслась от удара. Парень от этого звука сбросил легкое оцепенение и пулей влетел в ванную, закрываясь на щеколду. Раньше он бы спокойно прошел мимо двери, за которой метался в гоне один из его друзей, но сейчас инстинкты требовали осторожности. На полочке, на самом видном месте лежали маск-пластыри для омег. Видимо менеджер предусмотрел, что они могут пригодиться и тут. Парень включил горячий душ, наполняя помещение паром. Он не ощущал свой запах, но то, что хëн почуял именно его, сомнений не вызывало. Сбросив одежду, он шагнул под горячие струи воды, схватил мочалку и начал остервенело тереть кожу до красноты, а потом сполз по стене на пол и разрыдался. Он не знает сколько времени просидел так, но истерика сошла на нет. Через силу поднявшись и обтерев себя насухо, он взял пластыри. Зло прищурившись на своё отражение, сжав губы в тонкую полоску, он видел припухлости над ключицами. Именно там медсестра неприятно давила утром пальцами. Именно их он, с ненавистью к себе, заклеил. Зайдя на кухню, Чонин налил себе воды, а потом его взгляд упал на аптечку. Руки сами потянулись к ней. Среди обычных средств он нашел два пузырька: снотворное Чана и успокоительное Джисона. Взял сразу по паре таблеток. Он просто хотел отключиться и заснуть.