Лирика

– Госпосди, Илюшенька, как же так?! – Не господай, баба… Разгосподалась тут. Нету никакого бога, – раздражённо пробухтел Илюша, скидывая на пол рваную грязную куртку. Дома никто про Бога не говорил, а в школе он недавно узнал теорию Дарвина и, конечно, дремучесть бабушки теперь поражала ещё сильнее. И почему говорят, что старики мудрые? Его бабушка была совсем не такая: ударения в словах путала, говорила «ложить» вместо «класть», а уж её любимое «это самое» через каждые три слова вызывало у Илюши высокомерные смешки. – Баб, ну ты что в школе что ли не училась? – стыдил её Илья, уплетая вкусный борщ. – Так Илюш, мне в первый класс, а тут война. Мы тогда в Крым переехали. Там туда-сюда. Пока устроились, пока что, я пропустила много: от ребят отстала. Пришла, а они уже читают вовсю и прописи пишут. Тяжело было заниматься, ну а в сорок пятом мы домой вернулись. Там уже три годочка всего осталось учиться. Потом в училище и на работу. – Ты даже рассказываешь, скучно, баб, – буркнул Илья и уткнул нос в телефон. С бабушкой всегда было жутко неинтересно. И даже сейчас: ну упал он на улице, с кем не бывает, а она причитает и всё своего Бога вспоминает. – Сильно ушибся? – Да норм всё. – Курточка-то новая совсем была. Жалко. – Да ладно, мама всё равно новую купить хотела, – отмахнулся Илюша и плюхнулся на диван, вертя в руках телефон. – Так дорого сейчас всё! А ну-ка, я тебе денежку дам. Маме передашь. Обычно Илюша и не слушал, что там баба Вера бормочет себе под нос, вот и теперь лежал занятый игрой в телефоне. Дурацкий уровень никак не хотел проходиться. Илья ругнулся и со злостью отшвырнул папин подарок в угол дивана. Полежав ещё минут пять он пробасил: – Баб. Бааа-аааб! «Ну где она там?» Наконец он неимоверным усилием воли встал с мягких подушек, которые пахли каким-то удушливым парфюмом, и пошёл на поиски бабушки. Она оказалась в комнате и сосредоточенно перебирала какой-то хлам из старого комода. – Ты чего там? Илья подошёл поближе и разинул рот от удивления. – Это что пакеты от молока?! Весь комод был забит аккуратно уложенными пакетами, перетянутыми разноцветными резинками. Один такой свёрток бабуля развернула и отсчитывала новенькие купюры. – Вот это крипово, конечно. – Господи Иисусе, Илюш, напугал! – Тут я соглашусь, и Господи, и Иисусе… – проговорил Илья с восторгом рассматривая пачки денег. – Бабуль, да ты миллионерша! – На, держи, богохульник! – усмехнулась баба Вера. Она и не заметила, что впервые внук смотрел на неё с неподдельным уважением.