Жизнь кошачья

Мы выпадем первым снегом,

Поутру в ноябре.

На пустынных аллеях где-то

Отразимся в пустом фонаре.

Наши мятные сны утопают

В мягкой большой простыне,

Что от кошмаров нас укрывает

В нашей с тобой конуре.

О мурчащем коте и зимней белке.

Ли Минхо настоящий котёнок. Мягкий, с блестящими глазками и милым носиком. Он смешно отфыркивается и бережёт лапки. Ли Минхо доверчиво ластится к своему обожаемому Хану Джисону, и шипит на каждого, кто посмеет на него даже взглянуть. Ли Минхо свирепо сопит, когда от него отмахиваются, не давая оставить на себе крошечный поцелуй, и мурчит, когда его затаскивают в объятия. Ли Минхо сам покровительствует над тремя котами, считая их своими детьми. Ли Минхо боязливо обходит стороной собак, и выпускает когти, если они начинают лаять.

***

Он снова оказался на этой злополучной дороге, широкой и уходящей в даль. Он идёт, прижавшись к обочине, и трясётся, как маленький котёнок. Огромная луна светит холодом в ночной вышине, а внизу видны дома и дворы. Поскорее бы убраться от сюда. Хруст асфальта под ногами, разрезающий тёмную тишину, — это единственное, что слышит Минхо. Ни одного постороннего звука. Даже ветер не шумит. Внизу на склоне иссиня-чёрным блестит снег, но за заборами дворов можно увидеть тёмную пожухлую траву. Густой туман постепенно опускается на землю, и Минхо выдыхает облачко пара. Сердце бешено стучит, а в голове крутится лишь одна мысль: убраться бы от сюда, к чертям собачьим. И он бежит, перебирая крошечными лапками, но дома и дворы сменяются друг за другом, а дорога всё не собирается заканчиваться. Он спотыкается и падает, утыкаясь носом в холодный асфальт, и тут же тишину разрезает громкий лай. Минхо судорожно поднимается на ноги и оглядывается вниз на дома. Из каждого двора уже слышны вой и скулёж, хриплые и громкие голоса собак, смешивающиеся в один безумный звук. Они вышли на охоту. Страх пронзил всё тело, став комом в горле и не давая вздохнуть. Глаза бегали по теням внизу и боялись наткнуться на что то, кроме холодных кирпичных стен. Хоть собачий лай не прекращался и раздавался со всех сторон, пейзаж оставался всё тем же. Пустые дворы, дома и луна, выходящая из-за облаков. Но взгляд с ужасом наткнулся на какое-то шевеление около одного из заборов, и тело окаменело. Три огромных глаза уставились на него из темноты улицы. Сердце пропустило удар. Ему не скрыться. Вот он, стоит на открытой местности, такой беззащитный, слабый. А две тени двинулись на него. Две огромные чёрные собаки с длинной спутавшейся шерстью бежали на Ли Минхо по тёмному снегу. Их сопровождал дикий лай, их челюсти были раскрыты, а глаза сияли жутким пламенем. Нет, ему не скрыться. Ему не скрыться. Осознание выстрелило в мозг и глаза расширились от ужаса. Не скрыться. Тело вдруг дёрнулось, и он рванул, что есть силы. В горле застрял крик, и ему показалось, что его сейчас вырвет. Ушибленная во время падения нога болела, а лёгкие разрывало. Он уже не чувствовал ни ног, ни рук, ни носа. Он чувствовал дикий страх и ужас, и он бежал по этой чёрной дороге будто и не двигаясь с места. Из горла Минхо вырвался нечеловеческий крик, когда его сбило огромное мохнатое чудовище, взлетев над землёй. Кувырками преодолев несколько метров, он остался лежать на спине, шумно втягивая ртом воздух. Собака была с него ростом, и казалась ещё больше с его положения. Она нависла над ним, злобно оскалившись, но не нападала. Оставила это преимущество главе. Как только эта мысль промелькнула в голове, второе чудище взлетело со склона. Вместо одного глаза у него сиял шрам, полученный при прошлой встрече. С громким лаем, собака встала на дыбы, и теперь была в два раза больше Минхо. Из горла жертвы вырвался ещё один крик, когда оно, сделав один огромный прыжок, вцепилось в его предплечье. Попытка свернуться калачиком, сгруппировавшись, не вышла, а рука загорелась адской болью. Крик смешался с лаем и рычанием над ухом, и он выпустил когти. Полоснув наотмашь, он попал по морде, и собака отскочила с громким воем. Минхо встал на дрожащие ноги, придерживая пораненную руку, и приготовился к схватке. Его зрачки сузились и опасно заблестели жёлтым светом. Второе чудовище не заставило его долго ждать, и, преодолев скачками пространство между ними, напоролось на острые когти. Оно извивалась под множеством ударов, и собачья кровь текла по руке, оставляя ожоги. Её зубы успели сомкнуться на ключице, прежде чем она рассыпалась прахом на землю. Озверев, Минхо, не переводя дух, сам прыгнул на вторую собаку, что осталась теперь совсем без глаз, и одним молниеносным движением снёс собачью голову. Лай тут же оборвался. Она глухо ударилась об асфальт, тут же став пеплом, как и её тело. Жертва, ставшая теперь охотником, тяжело дышала. Безумно вращающиеся глаза приходили в норму, а когти медленно втягивались обратно. Зажав рукой рану он медленно опустился на колени. Окинув взглядом свои руки, он обнаружил, что весь покрыт кровью. Он не знал, его ли она, или в большинстве своём собачья, но было не приятно. На зубах остался металлический привкус. Вдруг слух уловил едва слышный, быстро нарастающий звук. Минхо рассеянно повернул голову и сощурился от яркого света фар. Глухой стук удара тела о бампер огромной машины разрезал тишину.

***

Ли Минхо проснулся в своей кровати в холодном поту, дрожа от холода. Вместе со вздохами из горла выходил хрип и он сжал руками простыню. Чёрт, как холодно. Скомканное одеяло валялось на полу, а окно хлопало от ветра, залетевшего в комнату. Когда дыхание выровнялось, а дрожь получилось унять, он вдруг тихо рассмеялся. - Сон... Это был всего лишь сон. - шептал Минхо с улыбкой на лице. Но вместе со смехом наружу вырвались и слёзы. Он тихо плакал, хоть и испытывал невероятное облегчение, от того, что это был всего лишь очередной кошмар из тех, что преследовали его уже несколько недель. Успокоившись, он встал, закутался в одеяло и вышел на балкон. Морозный воздух ущипнул его за нос. Было ещё темно. Со второго этажа не было видно мигающих огней города, но вида мягкого света фонарей во дворе вполне хватало. Что с ним происходит? Откуда вообще пришли эти кошмары? Минхо догадался, что они проекцируют его страхи. Но зачем? Сначала ему снился полёт с огромной высоты. Он визжал во сне, и обязательно разбивался, пока однажды не попробовал приземлиться на ноги. Как кошка - подсказывал Джисон. И у него получилось. Он приземлился на мокрый асфальт, и даже не успел обрадоваться, как его съели. Несколько ночей он бегал по длинной дороге, убегал, как добыча. Ведь он и был добычей. Маленьким котёнком. Но Хан посоветовал бороться, и однажды у Минхо получилось выцарапать одной собаке глаз. Теперь же, когда чудовища были побеждены, его сбил автомобиль. Что за невезение? Вдруг, внизу послышался хруст снега, и под балконом появилась чья то фигура в огромной плюшевой куртке. Минхо юркнул на пол, что бы его не было видно из-за перил. - Псс, - послышался тихий шепот. - Лино, я тебя видел. - Хан! - Минхо, с блестящими глазами, выглянул из своего укрытия. - Что ты здесь делаешь? - Я вышел прогуляться. - Ночью? - Джисон кивнул. - Сколько времени вообще? - Пять тридцать утра. - Ты с ума сошёл? - Минхо хотел начать гневную тираду, но его перебили. - Ты опять не спишь из-за кошмаров? Он кивнул. - Что на этот раз? Ты последовал моему совету? Боролся? - Да, я убил их. - Ого, - Джисон улыбнулся. - Теперь всё? Кошмары закончились? - Нет. Меня сбил автомобиль. Улыбка слезла с лица Хана. Он тяжело вздохнул. - Я могу зайти к тебе? - Ты всех перебудишь. - А через балкон? Минхо даже не успел ничего ответить, как Джисон ловко, как белка, забрался к нему по эвакуационной лестнице, хватаясь за выступы в стене. Он нежно дотронулся пальчиком до красного носика Минхо. Тот улыбнулся. - Пошли спать. - уже грея озябшие руки под покрывалом Минхо, прошептал Джисон. - Куда я денусь? - тихо ответил ему тот. - Я же без тебя не усну. Эту ночь он досыпал без сновидений, греясь под одним одеялом с солнечным, являющимся для него личным кошмароотводом Ханом. Минхо и вправду был котёнком. Мягким и ранимым, мучавшимся от вечных страхов и кошмаров, но он был никуда без своей невероятной любви с именем Хан Джисон.