С камерой легче нежели с тобой

И снова нежеланно мы переспали. Можно ли это считать изнасилованием? Отчасти да, но и нет. Я всё же поддаюсь, но лишь по одной простой причине. Я не хочу снова ходить с синяками по всему телу. Это даже исход если он и будет в хорошем настроении. Если же нет, то переломы возможно. Я не раз задавался вопросом, почему я в очередной раз возле него, провожу время с ним. Ответ оказался проще, чем я думал. За долгие одинокие годы, что он был рядом, хоть я того и не желал, я сумел привязаться к этой твари. — Милый, а в этой жизни ты красивее чем в прошлых двух. — Какие же изменения за те жизни? Каким был таким и остался, — недовольно натягивая на себя одеяло, я не мог найти удобное лежачее положение. Мой зад, моя спина ужасно болели. Что собственно и служит причиной моей невозможности сидеть. — С каждой жизнью ты всё милее и милее. Самое главное, что каждую из них ты проводишь со мной, — Чжун притянул меня за талию к себе чуть ближе. — Отстань. Когда-то я вылечу свои психологические отклонения. — Они у тебя появились из-за твоей реинкарнации, каждая твоя жизнь заканчивалась самовыпилом, — на этих словах парень поцеловал меня в макушку, попытавшись проявить что-то типо ласки. — Я найду психолога. Хорошего и понимающего психолога. — И ни один из них тебе не поверит. Проходили не раз. Поэтому я и пошел в эту сферу, лишь ради тебя, — покосив на меня очень странно свой взгляд, Чжун продолжил, только уже чуточку тише, — Почему ты не пошел на дизайнера, как тогда? — На то есть причины, и ебать тебя они не должны, — грубо отвечая, я попытался высвободиться из его рук, что мне не очень давалось. На его фоне я казался хрупким и беспомощным, — Убери руки, мы потрахались, тебе недостаточно? — Мне тебя никогда не будет достаточно. Ты прекрасно знаешь, что ты весь и всегда мой. — Достал чушь нести. Сдохни наконец, ненормальное, живучее существо. Третья моя жизнь с тобой и я никогда не выдохнусь? — всё же высвободив себя с его хватки, я встал, и в спешке начал натягивать на себя футболку. — Третья жизнь со мной, а ты никак не примешь реальность, и то, что ты никому не сдался кроме меня, — Говоря эти слова, Ли подошёл ко мне вплотную со спины. Его руки опять обвили мою талию, но куда грубее и сильнее, чем на кровати, — Будь послушным, помнишь чем закончилась прошлая жизнь? — Ты. Ты. Закрой же свой рот. На этой ноте он окончательно довел меня морально, и вывел на агрессию с криком. У него это получалось элементарно, и я снова, элементарно, попадаю на его уловки. Именно из-за него мои две последние жизни заканчивались самоубийством, это его рук дело. А меня жизнь ничему не учит, я веду себя всё так же, а у него методы все жёстче и жёстче. Почему я даже не пытаюсь избавиться от этой привязанности, и так нуждаюсь в нем? Что этот человек только не творил. Не то, что по пальцам не пересчитать, а в принципе всего не вспомнить. Одно из его ненормальных недавних действий приходит на ум. Изнасилование. Но казалось бы, а что такого? Да то, что я был оттрахан не им, а чертовой линейкой. Весь тридцати сантиметровый кусок пластмассы вошёл в меня. Словами не передать, как мне было плохо, как я при каждом новом сантиметре внутри задыхался. Её углы хоть и заглажены, но, будучи во мне, они казались острее любого лезвия. Её подобная квадрату верхняя часть была моим долгим кошмаром. Насколько ужасающе прошли те три часа моей жизни. После того я особо перестал проявлять сопротивление. И так и так исход событий один, я буду им трахнут. Вот только чем, и насколько сильно, зависит не лишь от его настроения, а и моего сопротивления. Прошло три года, и я много для себя вынес из той ночи. Не нассал в меня, и на том спасибо? Я давно признал и смирился, что контактирую с тираном, и мне от него не уйти. Как до меня позже дошло, не только одна моя привязанность даёт о себе знать. Также и его грубая сила и власть. Я пытался сбежать, да исход один. На самом деле, я часто задумывался об этом всём, лицемерии к своим же словам. Не понимаю ход своих мыслей. Хотя, с другой стороны, какая мне разница? Разве я не привык? Всё же воспринимаю это как стабильность. *** В прошлой жизни я прожил всего двадцать три года. «Всего» казалось бы кому-то, но это была моя самая длинная жизнь. В среднем я жил от семнадцати до двадцати лет. Будучи человеком, что не выносит жизнь, я перерождаюсь очередной раз, очередной раз как вспоминаю о прошлых жизнях, проявляются мои отклонения, и я пытаюсь умереть. До десяти лет я живу как обычный ребенок. Возможно, местами не такой счастливый, но эта жизнь чувствуется первой, особенной. Всего десять лет я живу здраво, без воспоминаний о той чувствительной боли при смерти. Каждый миллиметр моей кожи помнит те ощущения. Постоянно я хотел попробовать новые способы самоубийства, не такие болезненные, но все заканчивалось шеей в петле. Я пошёл на психолога в этой жизни, лишь ради того чтобы не закончить её как прошлые, прожить хотя бы больше сорока лет. Половину моей последней жизни меня обеспечивал Чжун, возможно поэтому я прожил так много. Лишь эту жизнь я хочу жить дольше, не за чужой счет, а из-за здорового мышления. Он постоянно был рядом, редко я куда-то уходил, будучи под его контролем, трудно что-то сделать, а тем более повеситься. Был момент, будто я спал, но как оказалось все было наяву и он меня без намека на усталость трахал без остановки. Это меня и довело до того, чтобы свести концы с концами. Вся грубость, что у него имелась, входила в меня, без выдоха, ежесекундно. Так я провел последние четыре года своей жизни, которая снова с ним объединилась второй раз. На сегодняшний день третий раз. На моё удивление и если верить рассказам этого тирана, он по случайности умирал сразу же после меня. В первый раз его сбила машина, в прошлой жизни его существование забрал рак поджелудочной. До этого намёка на болезнь не было. Сейчас он меня младше на четыре месяца. Значит он умер после меня через нашу нынешнюю разницу в возрасте. Неужели за такой короткий срок, рак мог так охватить его тело и жизнь? У меня всегда было много вопросов к себе, к нему, ко всему живому на этой планете. Я живу не первую и не вторую жизнь, но до сих пор её не понимаю. Это и стало моим оправданием при выборе профессии. Я хочу понять человеческий мозг до икорочки, но сейчас лишь выжимают мои два полушария. Не могу на что-либо жаловаться, лишь первый курс, лишь первые дни учёбы. Возможно, всё не так плачевно, как я себе думаю. Вполне вероятно, что есть шансы потянуть эту нагрузку. Жаль это всё не как раньше, я сижу рисую, сдаю свои работы, почти ни о чём не думаю. Тут же нужно принести уйму сил и стараний, не руками, а мозгами. В моей первой жизни я так радовался, поступив на дизайн, я радовался каждому нарисованному рисунку. Эти беззаботные дни, недели. Возникает вопрос, как моя первая жизнь закончилась тем, что я повесился в девятнадцать? Всего одной фразой из нескольких слов. Они всегда останутся этим проклятым отпечатком во мне, после очередного срыва, я вспоминаю тот момент, и будто под гипнозом иду к смерти. *** Слова Ли заставили меня размышлять о прошлом. Как бы сильно я не пытался не вспоминать его, или как минимум не жить так, как тогда. Всё, конечно же, выходило с точностью, да наоборот. Тиран меня как ввёл в эти размышления, так и вывел с них, прерывая на одной из главных моих травм. Тут даже спасибо сказать можно, будто чувствовал. — Сяо, возьми сейчас собери все нужные бумаги для проекта. — Тебя забыл спросить. Многоуважаемый, ты мне не мать, ни первая, ни нынешняя, — как бы я недоволен ни был, и не закатывал глаза на его просьбу, я принялся перебирать стопку бумаг с комода. — Ох, как грубо. Не чужие ведь друг другу люди, — сделав небольшую паузу, он вдруг перевел тему на чуть раннюю, — Ты же понимаешь, никакой психолог тебе не поможет, так как нужно рассказать о своей реинкарнации. В которую, конечно, никто не поверит. — С чего такие выводы? — Забыл, как я впервые смотрел на тебя, когда ты о ней рассказал, в итоге поверил лишь во второй жизни? Не особо обращая внимания на его слова, я лишь обдумывал о своих. Ведь когда я говорил о психологе, что мне поверит, в голову приходил лишь он один. Итэр. Он та личность, что будет на моей стороне, и я почему-то уверен в этом. Казалось, о нем я мог думать долго, но и имелось некое отвращение. Лишь не пойму, к нему, или к тому, что он не знает моей правды, и уже омерзительно с себя. Этот весь бред в голове прервало уведомление о начале трансляции моего любимого стримера. На его стримы я попадал редко, не всегда настроение наблюдать, хотя даже нравилось. За все жизни я впервые на такое наткнулся и наблюдать за ублажением какого-то парня куда интереснее, чем спать с Чжуном. Сморозив этому тирану о некой боли в животе, я ушел к санузлу. Я никогда не делал чего-то «непристойного» при наблюдении. Желания такого не было совсем. Уйти всё же стоит так как у Чжуна будет уйма ненужных вопросов, и его чёртова ревность. Закрывая за собой двери, я уже врубил телефон. Сегодня движения были менее интенсивней обычного. Будто его принудили. В его руках чувствовалось напряжение, я в принципе в основном следил лишь за ними. Было достаточно досадно ещё то, что отметин на его теле не было, оно плохо отпечаталось у меня в памяти. Глаза не отрывались от движений на экране, беспрерывно, почти не моргая, я пытался впечатать в память это телосложение. Все было безуспешно. Другого бдсм стримера я запомнил по ожогу на правой руке. Благодаря ему, я могу в точности в деталях отобразить его тело, все его размеры. Мне нравилось наблюдать за ними двоими. Оба привлекали меня телами. Одно грубое, накаченное, вены выпирали, что не считалось нормой, но были сексуализированы. Это все соответствовало к грубости бдсм, что он представлял. Второй же имел маленькое, хрупкое, белоснежное тело. Без каких либо дополнений, лишь удовлетворение рукой. Первый же и популярен достаточно, его программа разнообразна, завлекает с каждым разом. У хлипенького паренька же аудитория была почти на нуле, хотя тело достойно большего. На него я наткнулся случайно, когда от скуки решил пролистать почти к концу списка прямых эфиров и тогда транслировался как раз таки он. Порой навевала мысль что-то с собой сделать, когда я смотрел на такое, но и быстро утихала. Не хотелось быть конченным извращенцем, а ещё возможно педофилом. Если не физически, так ментально из меня педофил шикарный. Хотя оценивая его по телу, по его ручкам и ножкам, это максимум был старшеклассник. Я в принципе не нуждался в сексе из-за Чжуна. Меня это удовлетворяло достаточно, как бы мне это не нравилось. Эротики в моей жизни по горло, никогда бы об этом не подумал. Я ещё порой удивлен, почему мне секс не противен до тошноты. Возможно я вижу в этом обыденность, либо поскольку не имел иных партнёров кроме него, не знаю, какого это с человеком, которого ты любишь. Кроме насилия, я ничего не познавал на себе. Не было той самой красивой эротики и нежности. Вообще, какого это — любить? У меня была первая и последняя, короткая любовь к одному парню в первой жизни, но моя судьба окончилась в ранние годы. Он возможно повзрослел, нашёл и завел семью. Я не особо помню какой он, где я его встретил. Лишь запомнил, какие у него были руки. Достаточно нежные и мягкие на ощупь. Его два пальца были кривыми. Средний и безымянный. Почему-то именно это я запомнил о нем, именно это ярко отображает мое воспоминание. Возможно, если удастся с психологом, я задам все свои вопросы с прошлого, и что я чувствую ко всему этому.