Пора закончить эти «отношения»

— «Ему плевать на меня. Брось всё это. Ему плевать, плевать…»       Крис лежал на своей кровати, прокручивая одну и ту же фразу раз за разом. Их «связь» не продлилась довольно долго. И не должна была. Хоть один из них и не знает, но всё кончено. Хоть и кончаться нечему. Хотелось надеяться, но никто не должен выполнять его хотелки. Он вёл себя как последний придурок… Просто так лез со своими претензиями к Дэму, всячески оскорбляя и принижая его… И всё ради одного человека, которого только это забавляло. А он только и вёлся на его улыбку, как влюблённый мальчишка. Да он им и являлся. Пошёл за «любимым» человеком в мед, хоть и никогда и не задумывался над этим, завёл «друзей», с которыми просто так оскорблял невинных людей, после уже наезжая на парня, что вообще не виноват в том, что симпатизирует Кице. И ради чего? Что произошло после того постыдного случая, когда он вызвал Дэма на забег, лучше и не вспоминать. И дальнейшее тоже. Хочется вообще этот период вырезать из памяти. И всё ради человека, который даже не помнил его. И не должен был.       И, что самое идиотское, он причинял себе вред. Конечно, слава всему живому и не живому, не каждый день. Обычно это происходило после секса с ним. Было невыносимо больно в такие моменты, от осознания того, что он не единственный, и он — очередная пассия, да и ещё такая, что прогнётся в любой момент, и не будет возражать. Слова не скажет. И после того, как он приходил в комнату, брал лезвие в руки. В первый раз он даже не до конца понимал происходящее. Будто по щелчку он «проснулся», и уже наблюдал, как кровь течёт по рукам, капая на пол. Хорошо, что никто на его запястья не смотрит. А Кице было бы глубоко плевать, если бы тот и подметил такую деталь. Наверное это только повеселило бы его. Он же не идиот, понял бы из-за кого это. Позже это просто вошло в привычку. Приходя домой ни с чем, только с ощущением, что у него опять что-то забрали, он пытался заполучить хоть что-то. И это что-то была кровь, капающая на кровать.       Он сам виноват, что закрывал на самого Кицу глаза, слепо доверяя сказке, что сам же и придумал. Весь образ Крициана, что выстроился у него в голове, и которому он слепо верил, был лишь иллюзией, на которую он вёлся. И верил всё это время. А потом этот образ разрушился тогда в раздевалке. Но это не мешало ему его любить. Даже наоборот, добавилась надежда на хоть что-то, ведь тот захотел его. Конечно в сексуальном плане, но это ведь хоть что-то значит? Нет. И Крис это понял, хоть запоздало, но понял.       А была ли это любовь? Кристофер много раз над этим задумывался, но сразу же отгонял эти мысли прочь, отвечая «да».       Ещё он винил себя за предвзятое отношение к Дэму. Тот — не виноват, а Крис просто идиот.       Но он явно завидовал ему. Он был его полная противоположность. Был открыт, добр к любым, даже к нему и к Кице, при этом мог спокойно дать отпор кому угодно, знал, что именно ему нужно, мог заступиться за человека, который ему дорог, да и внешностью вышел. Именно поэтому Кице он и понравился. В отличие от него, тот выделялся и был полноценной личностью. Крис же подстраивался под других, полностью стирая себя. На некоторое время даже отказался от того, что ему действительно нравится, отдавая себя полностью футболу, который в ходе стал ненавидеть. Впрочем, зато его хвалили, даже отец был рад и горд за него. Тогда. После известия о том, что «хороший спортсмен» идёт в медицинский, их отношения зашли в тупик, в котором один презирает, другой же поначалу не понимал, а за что? Позже он понял, что стал разочарованием. Но разве это справедливо? Почему? Почему никто не ставит его мнение.? А, точно, сам же виноват, что подстраивался под других… Он сам виноват.       Если и сравнивать, то он бы тоже выбрал Дэма. И от этого осознания становится ещё больнее.       Этот день стал последним для них. Ему просто напросто противно находится рядом с Кицей. Противно, конечно, от самого себя.       Сегодня они должны встретиться. Чтобы, очевидно, опять переспать и разойтись. Но причинять себе новые шрамы он не собирается. Надо взять себя в руки, и отменить эту встречу. И все последующие. Отменить вообще всё, что связано с одним человеком.       Вот только учреждение у них всё ещё одно, и они одногруппники. Хотя Кица скорее всего просто будет делать вид, что они даже никогда и не были знакомы, и те касания и поцелуи приснились Крису в кошмарах. Но видеть его каждый день тоже не вариант. — Ему плевать. Плевать. Ты для него ничего не значишь. Давай Крис, — уже шёпотом проговаривал он, сжимая кулаки. Всё же это очень сложно.       Вибрация телефона прервала поток мыслей. Стало тяжело. Хотелось надеяться, что это Лорри с Кесси, или ещё кто-нибудь, да хоть Дэм! Но не он… Или, что Кица сам решил всё отменить. Было бы легче.       Взяв телефон в руки, он поборол желание кинуть его в стенку. Это он. Ладно, просто возьми себя в руки, и всё. Ему же плевать.       Звонок. Ещё блять лучше. Руки дрожат. Хочется просто скинуть и больше никогда не отвечать. Но он должен. Он же обещал… Он не хочет больше быть никем в его глазах, и надеяться хоть на что-то. Он больше не хочет чтобы эти руки привычно касались его, чтобы губы действовали по привычке. Он не хочет кормить себя надеждами, что станет единственным. Он не хочет, не хочет. На автомате принял звонок. — Ох, милый, неужели ответил? Я уж думал, что забыл про меня, забавляясь с кем-нибудь другим, или же с самим собой, ха-ха. Ну раз котёнок решил взять трубку, то слушай и запом—       Но не дав ему договорить, он, ничего не соображая, сказал то, что думал никогда не осмелится сказать: — Слушай, Кица. Сегодня никак. И завтра. И послезавтра. Да вообще никогда. Ты не думаешь, что пора закончить, — он усмехнулся, — эти «отношения»? Думаю, ты достаточно наигрался, а я всё понял. Так будет легче обоим, поэтому сделай вид, что меня не существует, хорошо? Думаю, тебе это не составит труда. На этом всё, пока.       И сбросил трубку, услышав только удивленный вздох. И на этом… Всё.? Всё и правда закончилось? Он восторженно улыбнулся. Он правда смог сделать это? Перешагнуть себя и свои чувства? Это удивляло… Зная его, он должен был дослушать Кицу, и согласиться со всем, что он скажет. А всё, что он обещал самому себе, вспоминалось бы ему ещё долго. Осталось думать, что делать дальше. Всё же будет хорошо, ведь так?