Захват горячей точки

      Шёл третий день, как Фид уже выздоровел и был здоровее коня. После такого Мистик стал находиться и общаться с ним всё время, не думая так ни о ком больше, как о нём. Об этом прекрасном комочке радости и счастья, который так и светился весельем. Кажется, тридцать первому больше никогда не захочется его погасить так сильно, даже если они будут сильно ссориться.       А Лаггер совсем не изменился. Всё также любил подрывать всем и всё. Ну, а своему другу же — зад от своих действий.       Однажды у него так сильно бомбануло, что он сразу же прибил того к стенке за шкирку, грозно посмотрев на него. Лаггер взорвал дом, который Мистик строил большое количество времени. Это был его любимый и самый лучший дом, который он строил за всё время, проведённое в Майнкрафте вместе с Лаггером. И вот, подрывник прижат уже двумя руками.       — Я тебе что говорил насчёт этого дома? — злобно спросил Мистик, но всё равно в его голосе была видна не только нервозность, но и капля… грусти?       Да, Мистик иногда говорил расстроеным и замученым голосом, когда его достают по полной. Он практически никогда не злился, когда кто-то был рядом с ним. Но сейчас такой поступок со стороны любителя взрывать всё подряд без пощады сильно разозлил его. Хотя, по большей части, сильно расстроил. Старший прекрасно помнил, как говорил о доме своему другу, с какой интонацией, когда думал о его создании, строил, искал материалы и, наконец, достроил его. Он просил его об одной вещи: ни в коем случае не взрывать дом.       Брюнет может его портить, ломать, перестраивать, но ни в коем разе не стирать его с лица земли, чтобы на его месте образовалась яма от взрыво            Собственник недвижимости был готов простить Лаггеру всё за этот дом. Но не сам дом.       — Ой, да ладно тебе! Неужели этот дом запал тебе в душу? Что, даже больше меня? — с намёком, но снова с гейской шуткой спросил черноволосый, смотря тридцать первому своими белоснежными глазами прям в душу.       — Чего… — затупился на миг Мистик, но снова встал в строй. — Уф-ф, не сбивай меня с мысли! Какого хрена ты это сделал?! Я же тебя просил… Просил! По-человечески просил… — голос начал трескаться, как лёд в тёплую погоду весны под ледоколом. — Значит плохо просил, раз я не пощадил твой дом. — Лаггеру было словно всё равно на этот дом, сложив руки накрест, он закрыл глаза.       Он поддерживал друга на протяжении всей постройки этого дома, начиная от задумки. Но в глубине души он хотел это сделать. Нет, даже не от того, что это было любимым делом Лаггера, а от того, что этот дом был любимым для Мистика. Он не хотел задевать что-то, даже его чувства, взрывая дом. Он понимал, что эта вещь сейчас являлась для него фаворитом среди всего. Но лучше бы Фид сейчас не дерзил ему…       — Что? Ты издеваешься?! Я целый год говорил, каким важным стало для меня это событие, эта постройка, а ты просто берёшь и втихую взрываешь?! Неужели тебе не важны предпочтения друга, Фид?! Хотя подожди… — начал успокаиваться Мистик. — Не уж-то ты поджог его из-за того, что это – моя любимая вещь?.. — он затих, а друг лишь широко открыл глаза, думая, что тот сейчас додумает.       — Э… Хе-хе, Мист. — но не успел он что-то сказать, как весь был проколот взглядом с другой стороны и движению руки, которая явно теперь не хотела отпускать воротник куртки её обладателя.       — Если бы я так говорил о своей одежде, ну, например, то ты бы тоже её сжёг? — тот задумался, но в миг ответил, запинаясь:       — Ну… Я бы не был против увидеть тебя без одежды. Мистик тут же замолчал, покосившись на Лаггера странным взглядом, и сразу раскраснелся, отводя взгляд в сторону.       Другой добавил уже с обычным голосом:       — В прочем, я бы сжёг всю твою одежду и весь твой дом, чтобы ты лежал у меня в кроватке, и, единственное, что тебя прикрывало от холода — это одеяло…       Казалось бы, можно успокоиться, эта фраза была будто дополнением к первой и неудавшейся шутке, если бы тридцать первый не так сильно раскраснелся и убрал вообще всё, что задевало Лаггера.       И вправду, единственное, что было не тронуто взрывателем, это дом и вещи, которые позволяли жить другу отдельно. Кстати, он всё ещё не понимал, как отреагировать. Злиться за такое на него или же промолчать? Раскраснеться или заплакать? Как реагировать на такое? Как ответить? Больше разумного ничего не удалось придумать, как ответить взаимностью:       — Я мог бы и без этого всего лежать у тебя дома в кровати полностью голым на протяжении всего времени, но… К твоему большому сожалению тебе действительно нужно бы спалить мой дом и мою одежду, и так, как… Такого не будет, я конфискую у тебя всё оружие, что есть. — улыбаясь, произнёс Мистик, посмотрев последний раз перед уходом к тому домой.       Лаггер же никак не отреагировал. Просто сделал лицо «вот же чёрт». Ведь действительно, чёрт. Сам Лаггер чёрт. Он давно перенёс все свои важные для взрывов вещи в потайное от всех место. Осталось лишь сделать вид, что он потратил все свои запасы на новый дом, и у него больше не осталось динамита. Зато, благодаря голубоглазу, он сотворит свой план.       Хихихнув тому вслед, он пошёл прогуляться, попутно думая, как это сделать, чтобы других вещей в доме его друга не было, так и самого друга тоже.       Но гуляя, все мысли парня были далеко не о том, что нужно. Точнее, нужно, но не сейчас, пока что ничего не готово. А именно – о Мистике. Как он томно дышит в его постели, прикрываясь всей простынёй Лаггера, закрываясь от него и краснея, вкидывая просьбы типа: «ну не трогай, пожалуйста», «не надо», «ну дай хотя бы что-то, ну пожалуйста, Андрей!», «м-м-мф, не трогай...», «пожалуйста, хватит», «не возбуждай меня, прошу, я же не смогу потом… успокоиться». Так мило и вежливо просит... изнеможённым от смущения милым голосом, словно переходя на высокий тон, он будет пытаться как можно аккуратнее убрать руки от себя, чтобы не навредить своему другу, но всё же иногда и унижаться, давая тому всё-таки куда-то залезть.       Из-за доброго отношения, да и в целом нежного характера, у Лаггера всегда были только именно такие извращённые мысли о своём друге. Нет, никогда не проскальзывал момент, когда старший мог ему действительно треснуть, шутить пошлее, чем сам Лаггер или же просто быть злее или чувствовать себя круче, чем Фид сейчас. Хоть он и выглядел, как успешный молодой красавчик со строгим характером, такой неподпустимый к себе… Он являлся таким только по внешности, а на самом деле такой добрый и преступный, который всегда поможет в чём-то, ты только попроси или дай намёк. Любитель… гейских шуток…       Поймав себя на мысли, что сейчас действительно было бы неплохо иметь у себя в постели своего лучшего друга, Лаггер понимал, что так может возбудиться, поэтому быстрым шагом направился домой, стараясь не думать о своём «друге».       Всю дорогу он прошёл, смотря вниз, даже не заметив, что его ждёт на пороге некто иной, как Ярослав, ожидающий объяснений тому факту, что он ничего не нашёл.       — Чего это мы так торопимся? — спросил он мягким голосом.       — «Ох, даже сейчас ты такой... такой милый и спокойный». — Эа… Извини, мне нужно срочно в дом. — запнулся младший, представ перед тем, кто закрыл порог собой.       — Ой, ну, погоди, ты мне должен кое-что объяснить. — Мистик облокотился о дверной проём.       — Что ты… Яр, мне действительно срочно нужно. — Фид уже старался прикрывать свой хоть и слабый, но всё же заметный стояк.       — А что такого? Что? Возбуждён? — тот посмотрел на низ его живота, ехидно улыбнувшись.       — «Да как он это, чёрт побери, делает? Вот как он сразу же, с первой попытки, блин, угадал?» — паникушно произнёс Лаггер у себя в голове.       Он промолчал, смотря на Мистика и надеясь, что тот уже, наконец, даст пройти.       — Оу… Что, правда? — тридцать первый быстро отпрял от дверного проёма, давая пройти.       Фид пулей забежал в дом. В панике, он даже забыл закрыть дверь. Зато друг не забыл. Закрыв дверь за Лаггером, он сел на крыльцо, ожидая, пока он выйдет. Как бы это не было, но у Мистика все мысли о пошлых догадках сразу же отпали, когда Лаггер забежал внутрь.       — Может, что важное. — сказал сам себе Мист, медленно присаживаясь на ступень.       Он не говорил всерьёз все гейские шутки так же, как и не принимал их. Он вообще про них забывал. Не любит возбуждаться от лишних вещей.       Через минут пять появился Лаггер, присаживаясь к старшему рядом на крыльцо.       — Что делал-то?       — Да так… Пар выпускал. — саркастическим тоном ответил брюнет, припоминая ту шутку друга.       — Только не говори, что дуешься. — ухмыльнулся тридцать первый.       — Всё в порядке, припало просто. Ничего.       — У тебя действительно закончились все… динамиты? — он угукнул.       — Что-то грустно сегодня. — добавил он же.       — А как не может быть грустно, когда ты сжёг моё создание века? Ты бы сделал так же, если бы у меня был ребёнок? Или девушка? — задал весьма странный вопрос тридцать первый.       — Да нет, если этот ребёнок будет от меня, а вот девушка… Я подумаю. — шутя, сказал белоглазый.       Шатен ухмыльнулся.       — В общем, я спать. Спокойной ночи.       — Добрых снов.

***

Фид направился к своей спальне, закрыв везде двери. У него уже были все вещи и одежда друга. Да, в то время, пока тот ждал его, он смог выйти из дома через другой выход, также сделать с домом по соседству. Он знал: Мистик не проверяет свою одежду, а когда снимает свою, то ложит её на стул, который всегда стоит рядом с кроватью, на утро же всё складывает и убирает, не наводя беспорядок.

Но в этот раз Мистик не стал разбираться в одежде, и, вымотавшись, плюхнулся в постель, не раскрывая её.