Midnights

The 1950s shit they want from me I just wanna stay in that lavender haze

      После победы над Пуччи ребята впервые могли позволить себе расслабиться, все страхи, охватившие сердца, все сомнения, застилавшие разум, все обиды, мешающие двигаться вперед, были позади, единственное, что осталось — это усталость и светлая радость, которая теплилась в душах и не могла найти выход наружу — все-таки путь к освобождению был слишком долгим, и все, что оставалось компании — это стоять, смотря в небо, и слабо улыбаться, благодаря судьбу за то, что они живы.       Джолин повернулась к Везеру — безумный заключенный, который годился ей в отцы, чуть не погибший от собственной же способности, стал для нее большим, чем просто союзником. Она смотрела на него в упор и чувствовала, что его не должно быть рядом, что он в любой момент может исчезнуть. Он должен быть мертв, отчего-то Джолин была в этом уверена, но он был рядом. Джолин приблизилась, чтобы дотронуться до руки. Ей было страшно, она боялась обжечься об ледяную кожу, но, к успокоению девушки, она почувствовала тепло. Тепло, о котором Джолин успела забыть за время пребывания в тюрьме.       Везер лишь наблюдал. Он понимал ее растерянность. Он сам не верил, что он жив. Но сейчас, после победы над братом, в окружении друзей и Джолин, он был живее всех живых. Везер Репорт разглядывал девушку, чувствуя, как его сердце давит на горло — ему было и больно, и приятно, он мог с трудом дышать, и такие чувства были ему не в тягость — он радовался, что в его жизни наконец-то появилось что-то кроме бесконечного поиска ответов на вопросы о его прошлом. Когда Джолин подняла на него свои заплаканные глаза, он взял ее руку и прижал к своим губам — нет, это был не поцелуй, это была попытка доказать Джолин, что он рядом — Везер понимал, что она все-еще не верит в это.       Мужчина взял ее за вторую руку, но Джолин вырвала ее и прижалась к нему так, как обычно дочки прижимаются к отцам, возвращающимся из длительной поездки. Видела ли она в нем то, что ей не дал Джотаро? Возможно. Мешало ли ей это? Нет. Она была рада простому прикосновению его горячей руки, сейчас же она может со свободным сердцем получить то, что давно хотела — его любовь.       Он же прислушивался к новым ощущениям, не думая не о чем, боясь своими рассуждениями спугнуть волшебство момента, волшебство любви. Везер влюбился? Наверное. Он не знал, что происходит с его телом и его разумом, но он понимал, что навсегда хочет остаться в этой застилающей глаза дымке, дымке буйства чувств, влюбленности. В этой лавандовой дымке.