А лето вечно будет мчаться вслед за ним

1 июня. 2016 Звезды светили ярко, каждая по-своему пыталась перебить своим блеск луны. Она была полная, отчего видимость позволяла узнавать очертания волн и облаков. Балкон был идеальным местом для ночных раздумий. Казалось, что луна - зеркало, отражающее проносящиеся в голове, яркие и не очень, мысли. Отсюда открывался прекрасный вид на море, непостижимое и бескрайнее, на сад, запертый ржавой калиткой и на маленький домик директрисы слева от здания. Оконные проемы были одинаковы: длинные горшки с давно завявшими цветами и лепестками, которые свисая блестели по утрам от росы, бывшая когда-то белой, желтая краска и вырванные ручки. Парень мог думать ночами напролет над всеми сложностями этого огромного мира. Мог думать над тем, как память человека подобна космосу, в котором можно заблудиться и никогда не найти выход. Там полно звезд, сияющих, и тех, что почти погасли, но все сходится лишь к одному - огромной черной дыре, поглощающей и не возвращающей назад все, что окажется рядом. «Мои воспоминания о сегодняшнем дне также бесследно затеряются где-то в уголке моей памяти. » Скрип неизвестного происхождения помешал раздумьям. Как ни странно, ветер просочился внутрь здания, захлопнув за собой дверь. Теперь помощи ждать не от кого: проход перекрыт, а замочная скважина, в которой столько раз прокручивали раньше ключ, что стенки слегка вдавились внутрь, имелась лишь с одной стороны двери. Холод пробежал по всему телу, расширяя зрачки и сжимая кулаки до побеления костяшек. Мысли петляли меж растрепанных прядей темных волос, а голова стала тяжелой. Напряжение нарастало, оно продавливало грудную клетку, ломало ребра и перекрывало дыхательные пути, наполняя легкие осадком звездой пыли, подобным табаку, значение которого в своей жизни парень определил как нечто травящее и гадкое. Странное бельмо на глазу - как выяснилось позже - блеск ночных светил, отраженный в распахнутом настежь окне, усугублял как состояние мальчика, так и нарастающее напряжение. К краю балкона подойти было абсолютно невозможно для него: что если кто-то сейчас бездвижно проводит последние секунды жизни на аудиенции со звездами в цитадели неба, рассыпавшись багровым жемчугом по асфальту и стене здания? Прижавшись к двери, парень пытался успокоить собственное дыхание и не дать совсем ватным ногам отправить его на землю. Спустя пару минут, а может час или два, парень отшагнул от холодной двери, но так и не решился осмотреться за перилами балкона. Он был растерян и не мог принять происходящее, неотрывно смотря в небо: быть может он питал надежду, что звезды выстоятся в ряд и подскажут ему верный выход из ситуации? Тщетно. Лишь крыша поскрипывала… Крыша…поскрипывала? Но стоило лишь опустить взгляд на странным образом еще не осыпавшуюся черепицу , как стук сердца стал созвучен с горном, по которому бьют прямо у самого уха человека…