Ведьминские чары

Раннее утро. Темное и бескрайне глубокое небо уже начинало выцветать и белеть вместе с восходящим солнцем, лучи которого затмевали те самые звезды, которые еще недавно кружились в собственном параде. А тем временем Мона, которая была яростно поглощена своей великой миссией на Утесе Звездолова, сейчас же еле как могла удерживать в своих руках ручки и карандаши. Еще парочку штришков и работа будет доведена до совершенства…до максимально возможного совершенства в этих условиях. Глаза от усталости слипались один за другим, голова становилась невыносимо тяжелой и тянула к земле. Мегистус изрядно вымоталось за прошедшую ночь, посвящая своему любимому делу всю себя без остатка, не допуская и секунды человеческого отдыха. Ее тонкие пальцы дрожали от перенапряжения, а спина и шея уже затекли от статичной позы, но все же это все было не напрасно, астрологиня была настроенна исполнить свой долг даже ценой своего комфорта, и она его выполнила в полной мере. К раннему утру на пустых белых листах бумаги уже красовались какие-никакие чертежи и заметки, собрав по кусочку которые можно было легко отгадать ночное полотно, которое занимало по площади, как одна небольшая театральная сцена, какие обычно стояли на площадях. Однако этого ей казалось недостаточно и ,собрав последние силы в кулак, девушка решает набросать последние линии. Будучи в своем рабочем потоке, она даже не совсем замечала, что уже близился рассвет, пока ее отрешенный взгляд в высь не дал понять, что время истекло. Звездное представление окончено и весь их магический рисунок растаяла прямо на глазах. Мона то ли раздраженно, то ли облегченно вздохнула. Кажется, на этом ее работа подошла к концу. Сейчас ей больше всего хотелось поскорее вернуться домой и укутаться в свое теплое и мягкое одеялко, при этом надеясь, что на следующий день ее работы удовлетворят ее же саму, потому что больше шанса исправить полученные чертежи уже не представляется возможным. Она постепенно и не торопясь собрала все свое оборудование и канцелярию, снова запрягла себя своими сумками и почти в полусне побрела к Мондштадту Ноги неслись сами по себе, тяжесть, которую она несла на себе, даже близко не находилась рядом с тяжестью век, которые не позволяли ей нормально вглядываться в впереди идущую тропу, однако запах утренней росы слегка приободрял и освежал голову девушки. Наконец-то этот невыносимо как никогда путь закончился и привел ее к родному крылечку дома. Вот и закончились великие мучения не менее великого астролога. Засыпая прямо на ходу девушку даже не особо смутило то, что дверь ее дома была открытой… Она заходит и как обычно предвкушает свою уютную рутину перед сном. На лице выступает выражение удовлетворения, она закатывает глаза, и дает волю своим рефлексам выполнить давно выученный порядок действий за нее. Из ее рук облегченно валятся вещи и она стягивает с себя уже поднадоевшие сумки, ее ведьминская шляпка тоже остается в прихожей на привычном для нее месте, а сама она уходит в спальню. Звучит прекрасно, если бы не одно но, которое как раз таки сейчас поджидает ее в этой комнате…

…………….…………………………………………………

Скарамучч, только недавно собиравшийся уходить, тут же услышал звуки входящего человека. Находясь в спальне, он притаился и сел на кровать. Он настороженно прислушивается к каждому шагу. Доносящиеся звуки были тихими, что указывало на то, что они принадлежали небольшой девушке. А короткие вздохи мягкого голоса дали понять только одно, что хозяйка дома наконец-то вернулась… Ему захотелось встать и спрятаться, для того чтобы неожиданно напасть, но его азарт уже загорелся пылким пламенем и в последний момент он решается все же идти на пролом. Ему ужасно хотелось посмотреть на то выражение лица, когда девушка увидит Предвестника прямо перед собой. А потому ,затаив дыхание, он не двигается с места и только яростно сверлит взглядом дверь, в которую вот-вот войдет долгожданная ясновидящая.

…………….………………………………………………………..

Идя на ощупь Мона входит в эту злосчастную комнату. Скарамучч с резаными оскалом поприветствовал хозяйку, тут же пытаясь отследить леденящий ужас на ее лице, однако сидящий на ее кровати Предвественик Фатуи был почему-то абсолютно вне поля ее зрения, и она абсолютно безразлично разворачивается к своему большущему шкафу, даже не одаривая его своим взглядом. А Скарамучч в недоумении наблюдал за тем, как его попросту игнорируют. Он ожидал встретить любую реакцию, но ее отсутствие…? Эта ситуация его весьма смутил и даже сбило с толку...Впрочем, это не мешало ему приступить к нападению, но что-то инстинктивно подсказывало, что действовать было еще слишком рано. Мона подошла к шкафу и начала свою церемонию переодевания. Сначала с ее рук слетели длинные изысканные перчатки, одна за другой они упали на пол, затем она отстегнула свой звездный плащ, который мягко слетел с нее, оголяя белоснежные плечики его обладательницы. Не церемонясь и обнажая бархатную бледную кожу груди, она стягивает с себя астрологическое боди специально пошитое для нее, который по всем законом купальника не имел за собой никого нижнего белья. Предвестник же не мог оторвать взгляда, чем дольше он бездействовал, тем больше затуманивалась его голова, а тело его упорно не слушалось, словно жаждало продолжения. Изящная фигура астрологини обладала поистине гипнотическим действием на него. Между тем девушка то ли дело зевала, то ли бормотала что-то у себя под носом. Когда ее боди был наконец-то снят с низу, ей оставалось только стянуть с себя колготки усыпанные узором звезд и облачиться в свою пижаму. Пальцами она поддевает край резинки и оттягивает тонкую ткань, заставляя ее скатиться вниз по ее объемным бедрам, после чего она решает распустить свои длинные хвосты и ее темные шелковистые волосы тут же заслонили фигуру. Сказитель, понимая, что представление подошло к концу, тут же встал, направляясь резкими шагам к астрологине, а его громоздкая шляпа в инадзумском стиле вместе с тем была отброшена им в сторону. Тянуло ли его сейчас к ней его изначальная миссия или что-то другое понять было сложно даже ему самому. Ловким движением рук он хватает девушку за запястья и всем весом прижимает ее к ближайшей стене. От это столкновения астрологиня больно ударяется затылком и тут же открывает рот, чтобы крикнуть, но ее губы подхватывает предвестник, не давая лишнему звуку проникнуть наружу. Для Моны это был ее первый, ужасно грубый и сухой поцелуй, а скорее всего не поцелуй вовсе. Руки Скарамуччи были заняты удерживанием запястий и более быстрого способа заткнуть нежелательные крики просто не оставалось, поэтому у этого соприкосновения губами не было никакой другой цели. Еще некоторое мгновение он продолжал насильно давить, заглушая звуки, пока воздуха не стало слишком мало для них двоих. Оторвавшись от ее губ, он дает ей перевести дыхание, пока его глаза бегают по разным участком ее обнаженной кожи. Тело прекрасной астрологини было как никогда близко, а ее мягкая грудь содрогалась от каждого беспокойного вздоха, на что не мог не обратить внимание предвестник. Ощущения, которые вызывала в нем Мона Мегистус, были ему неизвестны, его рассудок плыл и он с трудом мог управлять собственным телом. Сейчас на него определенно действовало какое-то темное одурманивающее разум и парализующее его заклятие, которое возможно и было наложено этой проклятой ведьмой. Меж своих раздумий его глаза зациклились на недоумевающем лице пострадавшей. — Да что, черт возьми, происходит!? — приходя в чувства простонала Мегистус. Хорошо отдышавшись и отойдя от полученной головной боли, она старается вглядеться в лицо предполагаемого грабителя и астрологиня замечает черты давно знакомого ей преступника. Она встречается со зловещими темно-синими омутами, которые яростно пытались пронзить ее насквозь. — Давайка я лучше тебя спрошу, что за представление ты тут устроила? — язвительно попытался ответить Скарамучч, стараясь как можно лучше скрыть свои закипающие чувства. – Т-ты?! Какое представление!? Что за ересь ты несешь!? — Мона иступлено смотрела на него широко распахнутыми глазами и не могла поверить в то, что перед ней как будто из воздуха, словно гром среди ясного неба, появился тот самый наипротивнейший Шестой Предвестник Фатуи, с которым она надеялась больше никогда не пересекаться. Как такое возможно? Может быть она настолько сильно устала, что уснула по пути домой или же сейчас мирно лежит на утесе Звездолова и это все сейчас ей просто сниться? Очень хотелось верить астрологине, пока из потока мыслей ее не выдернул надменный голос. – Не пытайся строить из себя дуру, ты ведь просто пытаешься незаметно наложить на меня свои чары? Эти дешевые трюки со мной не пройдут! —и Скарамучч сильнее зажимает запястье девушки,— Или вы, предсказатели, этим самым стараетесь показать, что значит голая правда на личном примере? — не мог саркастично подметить для себя Сказитель. — Ай,— поморщилась Мегистус, еще больше раздражаясь, — не знаю что ты там себе напридумывал, но я вообще-то нахожусь в собственном доме и только что собиралась переодеться! — понимая в какой неловкой ситуации сейчас находится, она невольно покрывается румянцем. В этот момент девушке перемещались самые разные чувства: стыд и гнев, страх и усталость, но гнев тут же взял вверх над всеми остальными. — А что ты тут забыл, не хочешь ответить!? А еще лучше отпусти меня немедленно! — Не слишком ли нахально ты говоришь со своим клиентом, которым предстало быть к твоей чести самим Шестым Предвестником Фатуи? — наконец-то беря себя в руки и чувствуя свое доминирование в этой ситуации, — особенно для нагой девчонки. — Сказитель он злорадно ухмыльнулся. — Клиент? Так ты всего лишь пришел сюда, чтобы я тебе погадала?! — возмущенно воскликнула Мона, — другого способа попросить об услуге у тебя в мыслях не пробегало? Ты совсем обезумел?! И не помню, чтобы мои клиенты хоть раз врывались в мой дом и прижимали меня к стенке! — ответ Сказителя потряс ни сколько своей грубостью, сколько своей банальностью. — Как будто бы от этого что-то поменялось? Мы вроде бы и при первой встрече поняли, что лучшими друзьями нам не стать, верно, «великая» астрологиня Мона Мегистус? Ты сразу поняла кто я такой, с самого первого взгляда, не так ли? И ты бы все равно добровольно не стала бы меня слушать, даже если бы я с самыми добрыми намерениями пришел к тебе, при этом подарив букет цветов со своими искреннейшими извинениями. Хах, только не пытайся доказать обратное, это меня интересует меньше всего. А потому я лишь ускорил этот процесс, упростив себе и тебе жизнь. — самодовольно провозгласил Скарамучч. — Тццц, — зашипела Мона, пытаясь яростно вырваться из его рук, в какой-то степени она понимала, что он был прав, после того что произошло между ними и путешественницей на том острове, она бы ни за что не согласилась помогать этому мерзавцу, тем более добровольно. — Если хочешь остаться сегодня в живых, не дергайся и делай все что я тебе скажу, понятно? — Размечтался! — ей захотелось выбраться из его твердой хватки и дать паршивцу отпор, но проект, на который ушли все физические и интеллектуально-магические силы этой ночью, дал о себе знать. К большому несчастью, Мона уже давно выбилась и сил и только опасность, в которой она сейчас находилась, приводила ее в чувство и не давала ей потерять сознание. Казалось, этот сон превращается в самый настоящий кошмар, выход из которого Мона не могла найти. Единственное что ей оставалось – это отчаянно биться в конвульсиях, размахивая ногами. — Я повторяю последний раз! Твоя жизнь оборвется прямо у этого гребенного шкафа, если ты сейчас же не успокоишься! — после ее неудачных рывков Скараммучч заламывает ей руки и резко переворачивает ее лицом к стене и всей мощью прислоняется к ней, не давая больше свободного движения ногам. У Моны больше не оставалось сил к сопротивлению. Ее тело немощное дрожало от изнеможения, казалось что она только недавно потратила всю возможную энергию еще ночью, рисуя свою звездную карту. А теперь эта непредвиденная и очень неприятная ситуация просто окончательно истощило бедную астрологиню. Сейчас она чувствовала только скорое биение своего сердца и теплое дыхание на ее шее, которое мелкими мурашками разошлось по ее телу. Скарамучч уже буквально слипшись во едино с Мегистус, ощущал нежность ее тела, которая мягко и дразняще обволакивала его. Будучи парнем низкого телосложения, он был как раз на уровне затылка девушки и невольно чувствовал легкий и сладковатый аромат источаемый из ее волос и кожи вокруг шеи. Этот запах сводил сума и будоражил сознание, настолько , что дыхание сразу же сбилось и его тут же потянуло зарыться в эту шелковистую копну волос и насладиться этим ароматом без остатка. Тянущее чувство внутри живота интуитивно заставило его еще сильнее устремиться к ее бедрам и Мона тут же почувствовала эту твердость упирающуюся сзади нее, вместе с лицом водящим вокруг ее шеи. Что на него нашло? Ее сердце начало ускорено стучать, а шум в ушах подавлял любые мысли. Она окончательно начинала терять связь с реальностью, это было действительно больше похоже на сон, на очень плохой, кошмарный сон. – Хах, т-ты точно пришел сюда за предсказанием? Или тебе просто нравится издеваться надо мной? — язвительно подметила Мона, однако голос ее уже звучал не так уверенно как вначале и гораздо тише, астрологиня еле как могла сочетать слова в предложения, а дыхание давно сбилось с нормы. – Х-хотел бы я сказать, что и то и другое, но я здесь ни при чем…Это же твоих рук дело..? Хах, это ведь ты заставляешь меня делать все эти странные вещи…— шепча ей на ухо произносит Сказитель, не в силах совладать со своим частым и прерывистым дыханием. – Мне кажется или ты просто не можешь признавать, что ты чертов извращенец… – уже окончательно не чувствуя реальность происходящего, девушка осмеливается неосторожно вбросить едкую насмешку. – Хахаххахаха, а ты умеешь рассмешить…— непростительная дерзость астрологини, находящейся в столь не выгодном положении ужасно забавляла Сказителя, что в ответ ей раздался нездоровый и пугающий смех.— Но, шутки тебя не спасут, так что пора бы уже покончить с этим…— наконец-то выходя из зачарования, он берет себя в руки, понимая, что если он не остановится сейчас, он больше не сможет себя контролировать. Уже ощущая контроль над своим телом, он приступает к своему плану действий. Из его рукава, словно змея выползает багровая магическая веревка, которая скользя по его рукам доходит до тела девушки и, обвивая ее интересными узорами, туго связывает. Нежная кожа Моны тут же краснеет от данной стяжки, а ноги привязанные друг другу, начинают терять равновесие, но от падения астрологиню спасает сам Сказитель. Он подхватывает ее в позе невесты и уносит ее на постель. – Надеюсь, ты теперь доволен…- раздраженно ворчит астрологиня, лежа на кровати. Как же это все ей надоело, Мегистус хотела уже просто уснуть или по крайней мере умереть, чтобы все это закончилось. – Тут не чему быть довольным, пока ты не ответишь мне на мой главный запрос…— с издевкой произнес Сказитель, присаживаясь рядом с ней. – И какой же вопрос тебе насколько не дает покоя? Как бы мне не хотелось помочь тебе разобраться с твоей «нелегкой» судьбой, я это не смогу пока у меня связаны руки, придурок! – То есть ты не можешь прочесть судьбу опираясь лишь на собственный взгляд? И как же ты тогда поняла, кто я такой при нашей первой встрече? И следи за своим языком, девчонка, иначе твоя бледная кожа тут же окрасится в алый! — резко поднимая девушку за вервку по центру ее груди и приближая к своему лицу, он с раздражением смотрит на нее. – Твоя темная аура сочилась из тебя настолько, что тут и гадать не нужно было, чтобы понять с какими намерениями ты подошел к путешественнице! Ты может и обдурил моих подопечных, но лишь из-за их добросердечности, которая желает видеть лучшее в людях. Я же могу видеть то, что произойдет лишь на очень короткий период времени, а та связь дала мне лишь кусочек информации о тебе… Неужели ты думаешь, что все так просто? Если твой запрос действительно серьезен, то мне необходимо воспользоваться своей гидромантией, которую, к твоему сведению, мне не призвать без помощи рук. А еще мне ужасно неудобно! Сними с меня эти веревки и дай мне для начала хотя бы одеться! — астрологиня невольно заливается краской, это хитрый узор, которым оплетала ее тело веревка, выглядел и ощущался действительно вульгарно. — Эх, как жаль, что тебе все же не нравится эта инадзумская вязка, хотя ,признаться, она тебе очень идет. — он непростительно открыто устремляет свой взгляд на упругую выпячивающую грудь, которая сейчас обхватывала его руку по обоим сторонам. — З-заткнись… — без того смущенная девушка становится еще более красной, но уже больше от гнева из-за такого нахального с ней обращения. Разочарованно вздохнув и закатив глаза, Сказитель неаккуратно опускает веревку, за которую он удерживал астрологиню, из-за чего Мона резко плюхается назад. — Видимо я переоценил твои достоинства, ведьма… К сожалению, мне и вправду придётся тебя развязать, только не думай расслабляться, — проговорил Предвестник, разворачиваясь к краю кровати. — Если ты думаешь, что это твой шанс сбежать или еще чего, то спешу огорчить, что тебя тут же парализует моим электричеством. — внезапно холодно процедил он. Он встал и начал призывать свою веревку обратно в рукав , а тугие узлы начали расходиться, пока совсем не отпустили тело волшебницы. Мона чувствовала как расслабляются ее мышцы, а к коже обратно приливает кровь. А между тем в воздухе распространилась тяжелая и напряженная атмосфера. Скарамучч уже сам уставал от этих бессмысленных разговоров, искры начали охватывать его тело и Моне стало резко не по себе…Чего же в итоге хочет от нее Предвестник?