Я люблю тебя.

— Милая, вставай! Ты снова опаздываешь!       Строгий и требовательный голос мамы с нижнего этажа донёсся настолько ясно и чётко до ушей Эмили, что та моментально из блаженного мира Морфея перенеслась в суровую и угрюмую реальность, неохотно распахнув свои зелёные глаза. Горькое осознание того, что пришло время покинуть мягкую, тёплую, уютную кровать заставило её лицо скорчиться от досады. Она не была из тех, кто радостно по утрам вскакивает с постели навстречу миру, живя на полную катушку, здесь и сейчас.       Глаза слипались и это навевало ещё большее желание вновь погрузиться в сладкий, манящий сон. Однако ж от неутихающего, предупреждающего тона матери ей становилось всё труднее это сделать. Не самое приятное утро… Хотя у Эмили не бывает приятных пробуждений.       Волнистые, светло-каштановые волосы беспорядочно лежали на подушке и благодаря игриво бегающим лучикам необычайно сверкали, напоминая чем-то замысловатые узоры паутины. Лучи сквозь щели плотных занавесок с трудом, но всё же вносили в комнату немного солнечного света. Казалось, что вся комната тут же погружалась в полупрозрачный, слоистый агат. Воздух на улице благоухал свежестью и недавно прекратившимся дождём, был поразительно чист и прозрачен, как в летний полдень. Через мгновение лучики солнышка уже дразняще касались лица каштановолосой и ей пришлось снова неохотно открыть цвета зелени глаза. — О, боже мой… — само по себе вырвалось из её уст.       Эми кое-как, медленно и неуклюже, путаясь в белом одеяле, повернулась в сторону тумбочки, стоявшей прямо возле кровати, и взглянула на злосчастный и ненавистный ею будильник. В полусонном состоянии было не так-то легко сразу определить время, различить стрелочки и цифры. Девушка зевнула в кулачок, а затем потёрла глаза руками и приподнялась, чтобы взглянуть на циферблат поближе. 7:33. Это, словно громкий, летящий со скоростью света выстрел, пронзило до этих пор немного мутное сознание, но окончательно пробудило в тот же миг.       Доля секунды и она уже на ногах. Спотыкаясь об одеяло, свалившееся на пол, Эмили с шумом открывает дверь и выбегает из комнаты с криками: «Я опаздываю!».       Женщина, давно приняв тот факт, что её дочь пунктуальностью явно не обладает, лишь усмехнулась. Если раньше она громко пыхтела и не скупилась на слова, пока ругала недисциплинированную дочь за её регулярные задержки, то, осознав всю тщетность своих пламенных речей, поняла, что об этом придётся орать ещё очень долго, так что легче будет просто смириться. — Эмили опять проспала? — послышалось за её спиной.       На кухню зашёл мужчина, брюнет, лет сорока пяти, попутно пытаясь придать галстуку должный вид. — Да, тебя это всё ещё удивляет или ты произносишь это каждое утро как ритуал?       Заметив безуспешные попытки мужа справиться с непослушной вещью, она подходит к нему, привычно и ловко за пару секунд завязывает чёрный галстук, после чего старается выравнить узел и разгладить ладонями белоснежную, безупречно выглаженную рубашку. — Спасибо, дорогая, — он с улыбкой одарил жену лёгким поцелуем.       В это же мгновение рассеянная Эмили буквально влетела на кухню, как ураган, и топорным мановением руки смела со стола в сумку зелёное яблоко, апельсиновый сок и почти пустую пачку овсяных печеньев — первое попавшееся ей на глаза. Затем девушка сделала пару глотков уже давно остывшего чёрного чая с мятой. Абель порицательно взглянула на дочь, хотя говорить в очередной раз ничего не стала, чтобы избежать разногласий. Знает, что в ответ она как всегда услышит от неё, будто бы плотные завтраки ей не даются. — Эми, подожди, я сделаю тебе горячий кофе… — Нет, мам! На это совсем нет времени! Ты же знаешь, что будет, если я не выйду из дома раньше, чем в 7:50! Райан предупредил меня, что больше не станет так долго меня ждать, и в этот раз он точно…       Не успела она договорить, как внезапно с улицы послышался чей-то мужской громкий возглас и все трое посмотрели в сторону открытого окна: — 7!..6!..5!..       Эмили с содроганием поняла, что это значит. Она взглянула на часы. 7:50 ровно. — Думаю, тебе стоит поторопиться, — сарказматично посоветовала мама.       Девушка, не медля ни секунды, рванула к выходу с барахтающейся в руках сумкой. Напротив дома, у дороги стоял сверкающий чёрный спорткар с негромко играющей в салоне музыкой. Спереди из открытого окна выглядывал парень в солнечных очках и чёрной кепке. Он выругался и стукнул по двери машины рукой, на которой была заметна из-под рукава татуировка в виде змеи, после чего завёл авто. — Ты не посмеешь! — угрожающе крикнула девушка.       Парень посмотрел в сторону дома и, немного спустив очки на переносицу, увидел растрёпанную Эмили, впопыхах натягивающую на ноги кеды, а потом ещё громче прежнего продолжил: — 3!.. 2!..       Эмили вскрикнула и побежала к машине, но не успела, и через мгновение автомобиль со скрежетом и рёвом сдвинулся с места и помчался по дороге. Юноша напоследок выглянул из спорткара с ухмылкой на лице и выкрикнул: — Удачно добраться до универа, малявка!       Эми схватилась руками за волосы и неистово прокричала вслед машине: — Нет! Проклятье! Райан! Немедленно вернись!       Но он и не думал, автомобиль стремительно уезжал вдаль, пока и вовсе не исчез за первым поворотом. — Я убью тебя… Я точно убью тебя, идиот…       Эмили побежала на задний двор в поисках велосипеда, заливая старшего брата таким благим матом, что, вероятнее всего, он должен был уже захлебнуться прямо в машине. Последний проезжающий мимо дома автобус давно уехал, а следующий будет нескоро. Девушка поднимала немного ржавый велосипед, проклиная весь этот мир и это несомненно в очередной раз отвратительное, злополучное для неё утро. — Милая, Эдгар и я отвезём тебя в университет, не переживай. — Абель посмотрела на мужа, который лишь молчаливо улыбался и кивал в подтверждение сказанного.       Мама, для которой вся эта ситуация показалась забавной, предложила дочери, на её взгляд, оптимальный и удобный вариант, однако Эмили со страхом вспомнила прошлый такой приезд в универ и смешки проходящих мимо студентов, пока она на прощание «незаметно» поцеловала свою настоявшую на этом маму. — Спасибо, конечно, но я лучше так…

***

      Оскар Деллар, преподаватель и пожилой джентльмен родом из Англии, что-то увлечённо объяснял, время от времени тыкая указкой в формулы и примеры на доске, активно жестикулируя, но, кажется, мало кто слушал нудный и хрипящий голос старика. Все были заняты своими делами: кто-то оживлённо болтал, кто-то сзади даже умудрился уснуть, пока тот распинался перед ними. — Пс… Джанин! Джани-ин!       Блондинка, Джанин Готье, прислушалась и оглянулась, пытаясь глазами найти того, кто звал её. Это был её одногруппник по имени Ноа Ламбер. Он максимально наклонился вперёд, буквально лёг на стол, чтобы одногруппница лучше слышала его. Джанин в ответ лишь вопросительно посмотрела на парня. — Где Эмили?       Одногруппники, сидевшие по бокам от брюнета, хлопнули его по спине и хитро переглянулись. Ламбер шёпотом сказал им:"Заткнитесь, придурки!», но они лишь ещё больше оживились и засмеялись, всячески подкалывая своего друга.       Ни для кого в их группе не было секретом, что Ноа очень нравилась Эмили. Вероятно, что он даже испытывал к ней нечто более сильное и глубокое, нежели глупая, временная симпатия. Сам же юноша и не особо скрывал это, частенько садился с ней на парах, да и вообще уделял девушке достаточно внимания, что быстро стало очень заметно для окружающих.       Ноа так же не страдал от недостатка внимания к собственной персоне среди женского пола. Понятное дело… Он занимался спортом, обладал хорошими внешними данными, имел крепкое телосложение… Несмотря на то, что парень совсем недавно сдал вступительные экзамены и перевёлся в университет Париж-Дофин, у него уже было много друзей. Он был открытый, немного застенчивый, искренний и простой, так что люди с удовольствием тянулись к нему, ведь с ним было приятно проводить время и общаться, а преподаватели ни разу не жаловались на его поведение или успеваемость. Ламбер напоминал приятного главного героя хорошей мелодрамы. Кажется, вот он идеал! Неудивительно, что многие испытывали некое чувство зависти к Эмили, ставшей предметом воздыхания такого чудесного юноши.       Готье озадаченно помотала головой. — Ты же знаешь, она вечно опаздывает… Думаю, с минуты на минуту…       Не успела она договорить, как раздался грохот, дверь распахнулась и в зал влетела запыхавшаяся Эмили. Она тяжело дышала и, оперевшись руками о коленки, еле-еле, из последних запасов кислорода прохрипела: — Месье Деллар… Я… Так вышло… Простите… — единственное, что она смогла выговорить.       По аудитории раздались тихие смешки, постепенно перерастающие в хохот. Месье Деллар подправил свои устаревшие, круглые очки на цепочке и неодобрительно покачал головой, нахмурив лицо. Жестом руки он попросил студентов замолчать и сохранять тишину. — Мадемуазель Дюпре, я бы с удовольствием выслушал ещё одну невероятную историю, повествующую о причинах вашего сегодняшнего опоздания, однако не желаю тратить на это своё время. А сейчас, наконец, присаживайтесь и запишите всё, что упустили! — с ярко выраженным английским акцентом сказал месье Оскар.       Он хоть и был строг, но донельзя добр, поэтому никогда не выгонял студентов со своих лекций.       Сполна отдышавшись, Эмили благодарно кивнула и, осматриваясь в поисках Джанин, двинула вглубь большого, просторного и прохладного помещения. Она плюхнулась на скамью рядом с блондинкой и подправила волосы, придавая хоть какую-то опрятность своему внешнему виду. Девушка положила сумку на стол и хотела было вытащить тетрадь с ручкой, но, открыв её, обнаружила, что коробочка сока, которую она неаккуратно закинула туда утром, была плохо закрыта и, как следствие, содержимое оказалось на книгах и тетрадях, окрашивая страницы в бледно-жёлтый цвет. Эмили чертыхнулась и легонько стукнула себя по лбу рукой. Джанин тихо хихикнула, за что получила щипок от своей подруги.       Ноа всё это время не сводил глаз от Дюпре, ожидал какого-то знака внимания в свою сторону. И вот, девушки о чём-то перешептались, каштановолосая изящно поправила прядь волос за ухо, обернулась и посмотрела на нетерпеливо ожидающего и, кажется, по уши влюблённого парня. Она смущённо и мило улыбнулась ему и резко отвернулась обратно. — Смотри, не кончи только, — полушёпотом пошутил его друг сбоку.       Парни рядом залились новой волной безудержного смеха, но сразу же получили по одному мощному, точному удару локтём в живот и в тот же момент притихли, согнувшись и пыхтя от боли.

***

— Райан… Ммм…       Стоны, причмокивания, шум трения одежды и прерывистое дыхание отдавались слабым эхом в тёмной аудитории. Брюнетка пыталась сдерживаться, но под таким жёстким напором парня это казалось практически невозможным. Она запустила пальцы в тёмно-рыжие волосы юноши, то и дело немного оттягивая их, томно вздыхая и получая удовольствие от поочерёдно скользящих по её шее горячего языка и губ. Его руки уже нагло и уверенно перешли с талии вниз и жадно сжимали её мягкие ягодицы, затем начали плавно поднимать край и так неприлично короткого, обтягивающего платья, из-под которого уже выглядывали кружевные чёрные трусы. Её нежное тело вздрагивало, покрывшись мелкими мурашками от охватившего вмиг возбуждения, — она дрожала, вся подалась вперёд, желая раствориться в его диком естестве. — Ах… Прямо здесь…? — неестественным голосом простонала Меган Шеро.       Парень тут же взглянул на неё, удивлённо приподняв бровь. — С каких пор тебя волнует, где я тебя трахаю?       Этот вопрос слегка сбил её, она хотела что-то ответить, но в тот же момент раздался звук пришедшего уведомления на телефон. Черноволосая, не обращая внимания на это, ожидала каких-то дальнейших действий со стороны парня, но, к её удивлению, Райан сразу же остановился и отпрянул от неё, вытаскивая из кармана джинс мобильный. Мэган захотела остановить его, схватив рыжеволосого за запястье, а затем сооблазнительно провела ногтем по его торсу, закусывая покрасневшую нижнюю губу. — Неужели это важнее меня, малыш? — она придала голосу обиженный тон.       Райан не повёлся на маленькую и хитрую провокацию, лишь закатил глаза, раздражённо выдохнул и посмотрел на экран. На нём высветилось «малявка». Парень, не сдержавшись, усмехнулся и незамедлительно прочёл сообщение, в котором та грозила ему беспощадной расправой и безжалостной местью за наглую выходку этим утром. Это его рассмешило. Ему нравилось дразнить сестру. Мартинес на несколько секунд задумался, затем отвернулся, упёрся спиной об стену и начал что-то быстро и без остановки печатать, позабыв о сидящей на столе одногруппнице и о том, чем он занимался парой минут раннее.       Мэган прекрасно знала, что это Эмили, его младшая сестра. Только на её сообщения он отвечал так быстро и только ради неё он мог переключить своё внимание с черноволосой красавицы. И это её безумно злило и действовало ей на нервы. Брюнетка до искр из глаз невзлюбила её, однако не могла ничего возразить Райану, а точнее боялась, потому что парень довольно быстро и сильно раздражался, а подобные выходки вообще приводили его в бешенство. Он не терпел, когда ему указывали, диктовали и упрекали в чём-то, а уж тем более высказывались на счёт его горячо любимой сестрёнки. Так что прежде чем что-либо сказать, следует хорошенько подумать. Это походило на минное поле: шаг не туда и ты — труп.       Всем было хорошо известно, что Райан Мартинес обладал довольно пылким и вспыльчивым, порывистым темпераментом, не мог терпеть возражений и нередко впадал в настоящий гнев. Ну, абсолютно неделикатный и скверный характер. Даже своим присутствием он оказывал давление на окружающих. От Мартинеса будто бы веяло невероятной грозной силой, смешанной с презрением, чёрствостью и явным чувством превосходства перед другими. Статус «плохого парня» держался за ним достаточно крепко. А поступки лишь являлись подтверждением такого звания. Райана часто отстраняли от занятий за словесные перепалки с преподавателями и драки с другими студентами. Однако такое поведение добавляло перчинки во весь его образ горячего и брутального парня. Высокий, мускулистый и широкоплечий… Тёмно-рыжие волосы, лёгкая небритость и ясные пронзительные глаза медно-бронзового оттенка придавали ему ещё большей заманчивости и притягательности. Неудивительно, что поклонниц у него было хоть отбавляй, хотя это несильно его заботило.       Мэган не собиралась мириться с таким раскладом событий, она уверенно обошла парня и остановилась перед ним, пытаясь переключить его внимание на себя. Её руки медленно потянулись к его джинсам и стали неторопливо, будто подразнивая, растёгивать тугой кожаный ремень. Параллельно красотка поглядывала на лицо рыжеволосого в ожидании хоть какой-то реакции, но он не обращал на неё никакого внимания. Оскорбившись таким отношением, Мэган возмущённо фыркнула и обиженно скрестила руки. Но тут экран телефона со звуком потух. Райан взглянул на девушку, притянул её к себе. Она приятно удивилась и ликующе понадеялась на продолжение, однако в ту же секунду он сухо поцеловал её в щеку и хриплым голосом сказал: — Продолжим в следующий раз.       Райан схватил рюкзак и вышел, оставив ошарашенную подружку. — Мартинес, ты серьёзно?! Куда ты пошёл?!       Но тот даже не обернулся.

***

      Райан зашёл в огромную, просторную столовую, заполненную голодными студентами, и начал осматриваться, вглядываться в лица окружающих в поисках Эмили. Все вокруг тоже стали тайком поглядывать на него, ведь он был местной знаменитостью с грязной, поганной репутацией. Но рыжеволосый не обращал на них никакого внимания, это стало для него в порядке вещей. Всех их он считал пустоголовыми баранами, которым нечего делать и обсудить. Игнорируя поток двигающихся в разных направлениях студентов, парень прошёл вперёд, заставляя всех разойтись по сторонам и оглядывая уже заполненные едой и книгами столы. Но отыскать сестру среди остальных ему не удавалось.       Дойдя до центра помещения, он наткнулся на своего буквально возникшего из ниоткуда лучшего друга — Андрэ. Андрэ Реверди. Это был довольно высокий, миловидный, симпатичный парень лет 20, одетый в белую рубашку и чёрные брюки. Его внешность была довольно запоминающаяся благодаря волнистым и светлым, как солома, волосам и тёмно-голубым глазам с длинными ресницами.       Райан собирался по-дружески приобнять одногруппника, но резко передумал, заметив, как Андрэ с укором смотрит на него, ведь тот в очередной раз не явился на пару. — Поставишь меня в угол или отшлёпаешь? — с сарказмом спросил рыжеволосый. — И когда же до твоей тупой башки дойдёт, что такое частое прогуливание в итоге станет причиной твоего отчисления. Думаешь, это тебе сойдёт с рук?       Рыжеволосый наигранно схватился за сердце, имитируя приступ и испуг. Затем выпрямился, ухмыльнулся, как бы утешающе похлопал светловолосого по плечу и пошёл дальше. Его предупреждение не показалось для Райана весомым и серьёзным. Учёба никогда не была для него на первом месте, поэтому всю жизнь он выкручивался как мог, хотя иногда его методы были слишком грубыми. На такое наплевательское и несерьёзное отношение Андрэ просто закатил глаза, глубоко вдохнул, осознав бесполезность их прошедшего диалога, но пошёл вслед за ним, мысленно назвав друга раздолбаем.       В столовой было достаточно шумно и душно из-за большого количества людей. Воздух был спёртый и нагретый. Кондиционер, до поры до времени охлаждающий помещение, пару дней назад стал неисправным. Очередь была длинная и из-за медленного самообслуживания продвигалась не так быстро, как того хотелось бы, что поднимало градус напряжения и усиливало волнение в процессе ожидания.       Парни шли к своему привычному месту - столику, находившемуся в самом конце помещения у стены. Он всегда пустовал, потому что каждый знал, чей это уголок и лучше не рисковать собственным здоровьем, ведь Райан бы точно не уступил и не пересел. Принципы, что поделать…       Характер у него был хуже ядерной бомбы. Парня побаивались и старались не провоцировать на конфликты, так как были наслышаны о том, что он хорошо дерётся, а также о его предельно агрессивном, импульсивном норове. А были и такие, кто всё же на свою голову и беспредельную тупость нарвался, кому однажды «посчастливилось» на себе почувствовать всю мощь геркулесовой силы юноши, после чего те всячески избегали столкновения с ним во второй раз, что забавляло самого Райана. Так что он порой от угнетающей скуки старался попасться им на глаза и с издевательской улыбкой наблюдал за их пугливыми рожами, бегающими глазами и дрожащими коленками. Настоящий, стандартный, классический хулиган и задира, прижимающий к стенкам и шкафчикам ребят. Вероятно, Мартинес ощущал своё превосходство, влияние и доминирование над остальными, что придавало ему ещё больше уверенности, решительности и твёрдости во всём, что его непосредственно касалось.       К счастью, Реверди был полной его противоположностью. Рассудительный, тактичный, сдержанный и вежливый. Короче, своего рода антагонист. Ему одному удавалось охладить пыл лучшего друга, отрезвить, когда это было крайне необходимо. За годы практики, он нашёл нужные рычаги давления.       Ребята почти дошли до своего стола, но внезапно оба заметили Эмили, которая грозно и стремглав рассекала толпы учащихся в их направлении. — Ну и что ты наделал в этот раз? — подозревающим тоном спросил Андрэ. — О чём ты? Она просто по мне соскучилась. — Что-то не похоже, что сейчас будут обнимашки.       Тут девушка неожиданно рванула в их сторону и с кулаками накинулась на Райана. — Я прибью тебя, недоумок! Шутник чёртов! — прокричала она, пытаясь нанести ему всё больше ударов. — Да мне из-за тебя пришлось на велосипеде сюда приехать!       Но для юноши это было вообще неощутимо, он лишь смеялся, представляя в голове её на розовом велике. В конце концов брат рывком поднял Эми, закинул на плечо и начал кружить, чем вызвал её пронзительный крик. — Идиот!.. Быстро поставь меня! Андрэ, помоги мне!.. А-а! — она била его руками по спине как могла, но безуспешно.       Реверди, давно привыкший к этому, устало покачал головой и попросил друга прекратить издеваться над младшей сестрой, ведь всё это цирковое зрелище притягивало излишне много внимания со стороны присутствующих.       Рыжеволосый, решив, что он достаточно помучил бедняжку, поставил её на ноги, но та моментально потеряла равновесие из-за головокружения и плюхнулась на пол, чем вызвала волну смеха. Райан продолжал смеяться, пока не заметил, что в таком положении у Эмили спереди задралась юбка, из-за чего немного выглядывало её белое нижнее бельё. Правда, она не обратила на это внимание, а лишь зашипела от боли в месте, на которое обычно ищут приключения. Мартинес в ту же секунду изменился в лице, вся эта сцена вдруг резко перестала быть для него смешной и забавной. Он быстро наклонился к ней и теперь серьёзно сказал: — Так, всё, вставай, детка.       Райан одним лёгким движением поднял девушку, чтобы никто не заметил этого, и оттряхнул её сумку. Смешки не прекращались, и Эмили стало не по себе от этого, она прикрыла лицо руками и обиженно, тихо проговорила: — Ты выставил меня на посмешище, кретин…       Юноша заметил, как постепенно багровеет её лицо. Он хотел погладить сестрёнку по голове, почувствовав себя виноватым, но она резко отвернулась от него в сторону Андрэ, который был готов дать по морде Райану за его идиотскую выходку. Все продолжали шумно обсуждать это и снова заливаться смехом, пока Мартинес окончательно не вышел из себя и грозно не рыкнул в сторону толпы: — Эй! Умолкните!       Студенты сразу притихли и через некоторое время продолжили заниматься своими делами.