What if...

      — Иикка, солнце… Скажи «хуй», — Йоэль сидит рядом с маленьким сыном, который удивлённо смотрит на него своими серыми глазами, пока не понимая слова отца.       Мальчик снова что-то мычит, и Хокка закатывает глаза, смотря куда-то в сторону. Он надеялся научить его матам, чтобы потом посмотреть на реакцию Йоонаса.       — Скажи «хуй»… — последнее слово он сказал максимально чётко, после чего услышал за спиной тихий кашель. — Йоон… — он заметил его только когда обернулся и тихо хихикнул.       — Ну чему ты учишь ребёнка… — подняв сына на руки, он отошёл на пару шагов, а Иикка всё ещё с интересом смотрел на Йоэля. — Сейчас скажет, и потом будет ходить за нами так очень долго. Слышишь, папа тебя учил плохому слову, так нельзя говорить, — он обратился к сыну, который задумчиво по очереди посмотрел на них обоих.       — Хуй! — выкрикнул мальчик и рассмеялся, и после него рассмеялся сам Хокка. Порко же, улыбаясь, смотрел на них.       — Достались мне два идиота, которых невозможно не любить…

***

      — Йори, позови Иикку, я поесть сделал, — Йоонас обернулся к Йоэлю, и улыбнулся, вспоминая очередную смешную историю.       — Хорошо, мой хороший, — он аккуратно поцеловал Порко в щёку и вышел в коридор, направляясь в комнату сына.       Оттуда было слышно тихие ругательства, и Хокка аккуратно постучал в дверь, нажав на ручку только когда услышал раздражённое «заходи». Парень стоял перед зеркалом и дёргал волосы во все стороны, закатывая глаза. Йоэль пока не понимал, что тот хочет сделать, но когда он попытался закрутить короткий хвостик на затылке, он зарычал и спросил:       — Пап, как у тебя получается делать эту… Хрень на голове, — Хокка хихикнул в ответ, присев рядом с Ииккой, чтобы быть чуть ниже сына.       — Смотри и повторяй, я буду делать медленно, — распустив волосы, он повернулся спиной к парню и, стараясь делать всё как можно медленнее, собрал снова. — Попробуешь? Я подскажу, так что всё получится.       — С прямыми волосами, как у тебя, проще, — Иикка надулся, но стал повторять действия, которые показал ему отец, и получилось вполне успешно. — Спасибо, пап. Ты зачем заходил?       — А мне больше нравятся кудряшки, как у тебя и папы, — Йоэль улыбнулся, приобняв сына, и на мгновение прижался к его макушке щекой. — Обед готов, можно уже идти есть.       Хокка не мог сдержать улыбку, смотря на парня. Тот был безумно похож и на него, и на Йоонаса, и с каждым годом сходства начали становиться всё виднее. Довольно-таки тёмные кудри, серые глаза, слишком милая улыбка, взрывной характер… Только сейчас, смотря на сына, что вечно ходил с уставшим лицом, которое ярко светилось в хорошем настроении, он понимал, почему же некоторые люди так любят его улыбку.       — Кстати, пап, вас к директору вызывают, — Иикка выглядел абсолютно невозмутимым, и невольно улыбнулся, заметив удивлённое выражение лица Йоэля.       — Пошли его знаешь куда? Потом разберёмся с этим, вот это уже будет причина вызывать нас, — Хокка немного нахмурился, а мальчик громко рассмеялся от реакции.       — Я пошутил, но спасибо за совет, — сейчас рассмеялся уже и Йоэль, погладив сына по голове.       Услышав смех со стороны двери, они оба обернулись и увидели там Йоонаса, к которому Хокка сразу протянул руку. Они поняли друг друга без слов, поэтому тот подошёл к ним, аккуратно обнимая обоих. На самом деле, Порко всегда поражался тому, как его муж хорошо ладит с их сыном, ведь до его рождения Йоэль всегда говорил, как сильно не любит детей, но тут всё было ровно наоборот. Он ладил с Ииккой даже лучше, чем сам Йоонас, хотя мальчик одинаково сильно любил обоих родителей. Никто не мог объяснить, почему же так, но какая разница, пока они счастливы все вместе.