Головоломка

Тишина настигла обоих, когда три слова, которые они оба произнесли, запали в их умы. "Я люблю тебя." Они не разговаривали, нет, они не осмеливались говорить, так как воздух, казалось, стал тяжелее вокруг них. Так много мыслей кружилось в голове каждого из них, что они жалели, что не могут говорить, если бы их не подводили рты. Если бы их губы не боялись произнести слова друг другу, чтобы прорваться сквозь тишину, в которой они были окружены. - Я... Я просто хотел, чтобы ты знал. - пробормотал Чимин, понимая, что, хотя они разделяли одни и те же чувства, они никогда не смогут развить отношения больше, чем те, в которых они были сейчас. Чимин даже технически больше не жил. Это было бы странно. Чимину все равно пришлось бы уйти. Дальнейшее развитие их отношений только навредило бы им обоим. - Д-да. - Чонгук говорил дрожащим и мягким голосом. - Я тоже. Я бы хотел, чтобы ты был жив, Чимин. - вздохнул Чонгук. - Это сделало бы все намного проще. Мы бы все равно встретились, если бы я тебя не убил, Тэхён хотел нас познакомить. Дух посмотрел вниз на свои ноги, раскачиваясь взад и вперёд, пытаясь привести в порядок свои мысли. - Я просто хочу повернуть время вспять. Я действительно сильно облажался. - Я не должен любить тебя, Чонгук. - фыркнул Чимин. - Если бы это был любой другой дух, он бы сейчас ненавидел тебя до глубины души, но я просто хочу обнять тебя так крепко и никогда не отпускать. В этом нет никакого смысла. - Тебе был дан дар видеть хорошее в каждом человеке, Чимин. - улыбнулся Чонгук. - Даже если это какой-нибудь убийца вроде меня. Ты нашёл время выслушать меня, понять, через что я прошёл и не просто назвал меня каким-нибудь безумным серийным убийцей. Если тебе интересно, что заставило меня влюбиться в меня, я просто сказал это. Чимин покачал головой и потёр лицо, прежде чем снова посмотреть на черноволосого парня перед ним. - Это никогда не сработает. - Я знаю. - кивнул Чонгук. - Ты дух, я живой. Тебе все равно нужно, чтобы я сдался. Мы не должны были быть, Чимин-Хён. - вздохнул он и Чимин нахмурился от его слов. - Очевидно, что так и было. - заговорил он. - Каковы были шансы, что когда я зашёл в кафе, в котором ты работаешь, и ты просто почувствовал необходимость принести мне выпить. - Чонгук пожал плечами. - Обычно я не верю в судьбу, но это должно что-то значить. Чонгук шагнул вперёд и обнял Чимина за талию, дух вздохнул и положил голову на плечо младшего. - Ты знаешь, что я люблю тебя, я знаю, что ты любишь меня. Нам не нужно обострять ситуацию, нам и так хорошо там, где мы есть.

***

- Тэ, как у тебя дела? Чонгук поставил маленький ванильный латтэ на стол, за которым сидел Чимин, Тэхён подумал, что это был восхитительный жест, и я Чимин наклонился, чтобы сделать глоток напитка, не поднимая чашку. Он не был уверен, будет ли это выглядеть, как плавающая чашка, когда он взял её и решил, что лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Поскольку Чонгук приготовил его, он смог выпить его, и это сделало его счастливым. Ванильный латтэ был его любимым напитком, он всегда говорил об этом и Чонгуку, и Тэхёну. - Ты всегда оставляешь выпивку за столом Чимина, потому что если так, то это самая сладкая вещь на свете. - проворковал Тэхён, положив свою руку поверх руки Чонгука и постукивая пальцами по коже, когда они сидели за одним столом позади Чимина. На самом деле никто больше ни сидел за столом Чимина. Он приходил в кафе каждый божий день перед работой и во время перерыва, все его знали, и все знали, где он всегда сидит. Они оставили стол пустым "на случай, если его дух захочет навестить", как сказал Сокджин. Если бы только они знали. - Прошло уже почти полгода с тех пор, как он умер. - пробормотал Тэхён, Чонгук наблюдал за его пальцами, которые продолжали постукивать по тыльной стороне ладони. - Это верно. - кивнул Чонгук. - В этот вторник исполнится шесть месяцев. Глаза Чимина расширились, когда он сделал ещё один осторожный глоток своего напитка, поймал взгляд Чонгука и вытер немного пены с лица. Прошло уже почти шесть месяцев с тех пор, как он умер? Вот именно! Он подумал: "Моя группа была настроена на возвращение через шесть месяцев, как раз перед моей смертью." Время пролетело намного быстрее, чем он ожидал. Честно говоря, Чимин верил, что быть духом для него будет ни чем иным, как страданием и печалью, и отчаянно ждал, когда его убийца будет найден. А на самом деле? Да, он испытывал некоторую грусть, но Чонгук сделал его счастливее. Он заставлял его иногда забывать, что он даже дух, его заразительный смех и пьянящие объятия заставляли Чимина чувствовать себя более живым, чем когда-либо. Он давно не навещал свою семью, из-за чего чувствовал себя плохо, но, с другой стороны, он знал, что встреча с ними только отягощит его эмоциями, которые он не хотел испытывать. Он не может поговорить с ними так, как ему хочется, он не может обнять своего брата и сказать ему, что с Хёном все в порядке, как он так отчаянно хочет. Чимин хочет сказать всем, что с ним все в порядке, и он хочет, чтобы он был жив, чтобы он мог представить Чонгука своей семье. Он хочет, чтобы каким-то образом он смог донести своё послание о том, что он всё ещё здесь, до своих близких, дать им знать, что он не совсем ушёл. Эмоции, которых он не испытывал с той ночи, когда стал духом, прорвались сквозь стены, которые он воздвиг в своём сознании, как вода, прорывающаяся через шлюз. Он скучал по своей семье. Он скучал по своей работе. Он скучал по своим друзьям. Он пропустил всё. Даже если бы он был жив, он все равно мог бы встретиться с Чонгуком, поэтому он не мог вздохнуть, глядя на напиток перед собой, боль в груди не проходила, поскольку мысли становились все более настойчивыми. Он просто хотел одного из утешительных объятий Чонгука. Поэтому он встал и подошёл к тому месту, где сидел Чонгук, обнял его сзади и положил голову младшему на плечо. Он почувствовал, как Чонгук напрягся и вздохнул. Это идеальная ситуация, когда Чонгук мог бы обнять его в ответ. Но, конечно, этого не могло случится.