Моё Создание

- Ты великолепен, - слышалось почти безумное бормотание, пока пальцы вдавливали толстую иглу в тяжёлую плоть и протягивали крепкую нить. - Когда я закончу с тобой, ты будешь настоящим совершенством. Лучшим, самым сильным, самым прекрасным. Ты будешь обладать силой десятерых и красотой сотни. Я соберу тебя как самый изящный витраж, чтобы в мире не нашлось никого похожего на тебя. Учёный был безумен лишь отчасти, но ещё он был гениален, педантичен и дисциплинировал. Он тщательно высчитывал разрезы, делал аккуратные стежки, а нити подбирал такие, чтобы после они смотрелись на коже изящным серебристым узором. Зимним, говорил учёный, ему нравится зима. Он нашёл самую красивую руку с изящными пальцами, но всего одну. Долго жалел вслух об упущенных возможностях и о том, что больше не найдёт такой же прекрасной конечности. Он мог бы оставить его калекой, одноруким, но решил поступить иначе, заплатив за то, чтобы создали такую же, только из сложного сплава, отливающую тем же зимним узором, что и нити. - Так ты ещё прекраснее, - говорил он, целуя стальные пальцы как галантный кавалер. - И глаза я для тебя создам серые как ноябрьское небо. Ты будешь само воплощение хмурой осени, перетекающей в снежную зиму. Мой прекрасный, мой великолепный, моё чудовище. Он часто использовал это слово. Чудовище. Тянул, перекатывал во рту и выдыхал с последним кусочком воздуха и тихим присвистом. Он использовал это слово как превосходную форму слова "чудо". - Жаль только, что я не знаю заранее, каким будет твой голос, когда ты очнёшься. Но уверен, он всё равно прекрасен. Ты моё создание, совершенное и невероятное. Ты не можешь иметь изъяна. Для него нашли сильные ноги с красивыми мышцами, торс с чуть впавшим, твёрдым животом. Зимний узор покрывал тело от пяток до шеи, даже заходил на лицо, слезами струясь по вискам до глаз. Молния выбелила этот узор, придав ему ещё большее очарование, как он сказал. Молния запустила оба сердца, заставила руки сжаться в кулаки, а глаза, серые, как он и хотел, распахнуться и посмотреть на него. Создателя. Гения, еретика, сумасшедшего. Человека, сравнившего себя с Богом. Человека, ставшего Богом. Он не успел ни позвать его, ни окликнуть, как выбили двери, и к ним ворвалась толпа людей. Они шумели, кричали, а один из них вышел вперёд и смотрел с такой яростью и ненавистью, что кровь мгновенно вскипела в не так давно мёртвых жилах. - Гельмут Земо, за преступление против мироздания ты приговариваешься к смертной казни! Его учёный не был слабым, он был красивым, изящным, с сильными руками и ногами. Но он был один. Один против всех. Так было раньше, так есть сейчас. Он надменно сложил руки на груди и улыбнулся. - Гениям суждено быть непонятыми, - пробормотал он, качая головой. Он выглядел печальным и одиноким. Смирившимся. Так не должно быть. Он встал, заставив толпу как волну во время отлива отшатнуться назад. Они боялись его. И правильно делали. Он качнулся на ногах, ощущая, как сила струится в каждом кусочке его тела, что был так скрупулёзно подобран, пока не получился идеал. Волосы мазнули по голым плечам. Он выступил вперёд, закрывая учёного. И обернулся на него, смотря из-за плеча. Ловя удивлённый и удивительно ласковый сейчас взгляд. - Приказывай, - разнёсся зимней вьюгой насыщенный, хриплый голос. Учёный широко распахнул глаза, а затем улыбнулся. Улыбнулся ему. Улыбнулся для него. Он так ждал этого. - Зимний Солдат, выпроводи незваных гостей. К толпе Зимний уже поворачивался с довольным оскалом. Много времени на выполнение этой просьбы не понадобится.