Неизбежное

Пространство пронизывал скрипящий звук; на розоватые облака, потерявшие свой респектабельный вид ещё день назад, упала очередная чернильная капля. Чуть ниже облаков свисал очень длинный лист с мелким убористым почерком. От края своего он поднимался туда, где сидел сам писец. Юноша, кое-как прикрытый лиловым и измятым отрезом ткани, нервно записывал очередную строчку в свой до ужаса длинный список. За спиной его нетерпеливо дёрнулись крылышки, расправившиеся на всю длину, когда он закончил столь кропотливую работу. «Всё, этот год закрываю! — его звонкий голос разнёсся по всей округе, так, что даже облака дрогнули. Юноша принялся сматывать свой труд. — Итого, двести девяносто девять влюбленных пар… — весело напевал он себе под нос. И тут он остановился. Нахмурился. Почесал голову под золотым обручем, выбив парочку тёмно-русых прядей. — Почему двести девяносто девять? Должно же быть триста! Матушка наказывала никого не пропустить в этот раз!» Юноша спрыгнул на облако ниже и с грустью посмотрел на свой колчан, из которого скромно торчал край синего оперения стрелы. «М-м! — простонал он. — Видимо ночью не заметил! Ладно, кого я пропустил? — молодой человек почесал подбородок; ничего не сумев припомнить, он встряхнул свои немногочисленные одежды. В воздух взлетел небольшой, но очень увесистый свиток. Юноша словил его и судорожно, царапая временами пергамент, принялся изучать. — Так… Этого я помню, этого тоже… О, а на этого я вообще три стрелы истратил! Так, ну тут безответная… Что же за напасть?.. Постойте… Рокэ… Так, что-то я его не помню, — он взмахнул крыльями. — Нашелся, злодей! — его глаза хитро прищурились на солнце. — Отчёт сдавать мне на закате, успею подстрелить…» — юноша схватил колчан со стрелой, лук и стремительно полетел в мир людей. *** Рокэ Алва, всем известный Первый маршал Талига, благополучно распрощавшись с придворными, в это время возвращался домой. Герцог планировал в освободившийся вечер посидеть над документами, присланными из Торки. Как раз завтра с Вейзелем встретится и передаст ответ для фок Варзова. Улица, укутанная вечерними сумерками, монотонно плыла мимо всадника, пока Моро резко не остановился и не начал порываться встать на дыбы. Рокэ властной рукой прекратил внезапные попытки бунта, но тогда конь грозно заржал, если не сказать, зарычал и прижал уши. Точно кот, увидевший на своей территории другого кота! — Моро, прекрати! — не менее грозно прорычал Рокэ, и тут же замолчал. Где-то со стороны послышался подозрительный свист. Алва спрыгнул на землю и пригнулся. В четверти дюйма от его макушки пролетела стрела. Какой безумец решил покуситься на Первого маршала этим дедовским способом?! Герцог вытащил пистолет и присмотрелся к округе. Странно, ни стрелка, ни самой стрелы он так и не нашёл. Рокэ немного подождал и всё же решился залезть в седло и продолжить свой путь. Только теперь Алву принялась мучить мысль, что же это было. Рокэ добрался до дома и лишь на пороге почувствовал, будто на него упал чей-то взгляд. Герцог подозвал Хуана, своего старого и верного слугу: — Хуан, ко мне никто не приходил? — спросил Алва управляющего, параллельно ища глазами возмутителя спокойствия. — Нет, соберано, с утра ни души! — с важным видом ответил Хуан. Его уверенность герцогу не передалась. — А где мой оруженосец? — Рокэ предположил, что Ричард мог быть обладателем тяжёлого взгляда. — Ушёл ранним вечером со своим родственником. Герцог отпустил Хуана и поплёлся в свой кабинет. В кабинете было вроде спокойно, по крайней мере, с порога так всё казалось, только стоило Рокэ закрыть дверь, как произошло нечто из ряда вон выходящее. Напротив входа буквально из воздуха появился полуголый юнец с позолоченным луком наперевес. — Руки вверх!!! — скомандовал он, нацелив посеребренную стрелу на Алву. Рокэ так и застыл на месте, не поняв от слова совсем, откуда вылез столь странный гость. Он даже позабыл вытащить пистолет, пусть его сам же приготовил ещё по пути домой. — Молодой человек, — спокойно начал Рокэ и тут же, чисто на рефлексах, запрыгнул за диван. Стрела пролетела в половине дюйма от него, развернулась в шаге от стены и вернулась к незваному гостю. — Ты кто такой?! — Рокэ было уже не до парадных речей. Его пытаются подстрелить в его собственном кабинете! Да ещё кто?! — Тот, кому вы, уважаемый, портите план! — заявил гость. — Да ещё и умудряетесь меня видеть! — если для первой претензии герцог нашёл объяснение, то для последней фантазии не хватило. — Ну, — Рокэ высунул голову из своего укрытия. Стрелок не сильно храбрился пройти дальше порога. Явно держит расстояние для следующего выстрела или успел увидеть, что у его жертвы есть более опасное оружие. — Должен заметить, что вы не такой уж и маленький! — гость молниеносно натянул тетиву, а герцог вернулся за диван и весь обратился в слух. Стрелок не пытался подойти к нему и после вылазки маршала. — Слушай, хватит прятаться, это всё равно неизбежно! Я тебя всё равно достану! — пригрозил гость. — И тебя не спасёт то, что ты набиваешь порохом! — Благодарю, — Рокэ перехватил поудобнее пистолет и повысил тон, чтобы щелчка не было слышно. — Но на тот свет в нынешний вечер я не планировал переселяться! — герцог выскочил из своего укрытия и почти наугад выстрелил в потенциального своего убийцу. Тот вспорхнул с места, пуля пролетела мимо, и теперь юнец уже с новой позиции взял Алву на мушку. — Брось, от любви ещё не умирали! — вместе с его словами стрела в очередной раз полетела в Рокэ. Герцог отпрыгнул снова в сторону и скрылся за креслом. — Я бы поспорил! — огрызнулся маршал. — Хотя не понимаю, причём здесь… — тут Рокэ заткнулся и посмотрел на своего гостя: крылья с белым оперением, лиловая ткань, кое-как прикрывавшая тело, стрелы и позолоченный лук. Леворукий и все его кошки, да это же Эрот, если верить Павсанию! Только унарского возраста. — И вообще, иди со своей любовью… Ко всем ызаргам! — бога любви герцог ждал ещё меньше, чем Создателя к обеду. — Не могу! — честно ответил Эрот, бдительно следя за тем местом, куда спрятался от него Рокэ. — У меня стрела отложена на тебя… Как я за неё отчитываться буду? — Выстрели ею в кого-нибудь другого! — предложил Рокэ. — Вон сколько молодёжи ходит. Им как раз самое время! — Алва едва сдержался, чтобы не начать жестикулировать. Не хотелось проверять, куда именно целится нежданный гость. — Например? — Эрот выразил лживую заинтересованность. Алва хорошо слышал в его голосе упрямство. — Ай, — проворчал герцог, вспоминая прошедший день. — Братьев Ариго рассмотри! — На них резерва нет! — ничего странного, Рокэ всегда был уверен, что они эгоисты! — Комендант! — Алва говорил, а сам в полумраке пытался перезарядить пистолет. Выходило плохо, а времени мало. — Я в него пару лет назад стрелял, у него безответная любовь! — Штанцлер, пусть он и старый! — Когда старым не был, стрелял я по нему! Зря стрелы потратил! Для него любовь — пустой звук! — А чем тебе Придд не нравится? — этого книжного червя можно бы было занять чем-то более возвышенным. — Он числится в списках на будущее! — Что-то мне уже страшно упоминать Окделла! — признался Рокэ, отрицая, что увлечение оруженосца королевой дело рук Эрота. — Целых четыре отборные стрелы! Для этой семейки за прошедшие столетия самая маленькая доза! — божество усмехнулось. — Так что давай, не торгуйся, а выходи и прими свою судьбу! — В прошлый раз эта судьба знатно проехалась по мне, так что нет, иди прочь! — крикнул Рокэ в надежде, что кто-нибудь заглянет в кабинет и отвлечёт этого пернатого самодура. — В этот раз всё будет хорошо! — сладким голоском попытался выманить Алву Эрот. Рокэ злобно проскрипел зубами, перезарядив наконец-то пистолет. — Ладно, я выйду, только прежде протри свою стрелу кассерой! — решил герцог обмануть юнца. Говорят же, что любовь — болезнь, может быть, поведётся и сотрёт с острия то, что вызывает кучу проблем! — Зачем? — крылья гостя зашелестели. — Затем, что ты стрелял в меня несколько раз, и остриё теперь явно не самое чистое, не хватало мне какой-нибудь заразы! — Рокэ воровато выглянул. Эрот с долей непонимания осмотрел своё оружие на наличие грязи, плюнул на наконечник и протёр о подол импровизированной одежды. — Ох! Ладно! — сдался бог любви после целого часа переговоров. — Ладно, живи без любви. Постареешь, останешься в гордом одиночестве, никому не нужным! — и с этими словами Эрот вышел за дверь. Герцог вздохнул и вылез из укрытия. Пусто! И никто больше не смотрит из вне. «Утопал! Брр… Улетел! Туда ему и дорога!» Рокэ выглянул в коридор, не опуская пистолета. Мало ли! Павсаний описывал Эрота, как хитрого мальчишку. Но, судя по всему, далеко не терпеливого, как выяснилось на практике! Алва наконец-то опустил оружие и расслабился. «Пронесло! Такую встречу надо запить!» С пришедшей вовремя мыслью поднялось настроение. Рокэ развернулся в сторону лестницы и после первого же шага подскочил, как ужаленный. Под потолок взлетела самая отборная ругань, сопровождаемая звонким смехом. Алва сжимал правую ступню, ища горевшими от гнева глазами Эрота. — Ах ты! — слов не осталось, эмоций тоже. А Эрот появился буквально из воздуха с вестью: — Что ж, счастья вам, герцог, и процветания! — и с довольной улыбкой растворился. Рокэ пару раз глубоко вздохнул, испепеляя взглядом место, где недавно летал Эрот.

КОНЕЦ