Дающий успокоение

      Поднимаясь всё выше по лестнице, Хантер сильнее понимал, что ему нехорошо. Тревога и тоска пронизывали изнутри, будто никто вовсе не говорил утешающие слова у того пресловутого шкафа. Как если бы старые раны снова открылись. Луз осознавала это, чувствовала. Хотя чего уж врать, поблёскивания в глазах выдавали все душевные муки юноши. Смешно даже, ведь из-за этого ей самой было дурно. Ненароком, между ними образовывалась неловкое молчание, но они почти этого не замечали. Настолько, что в полной тишине дошли до выхода, обходя огромные скопления паутины и мусора. Подул холодный осенний ветер, за собой оставляя оборванные листья. Деревья низко кланялись в след ветерку, будто тот сам царь. Иногда появлялось ощущение, что они перешептывались, шелестя бронзовыми листочками. Несомненно, по этой картине можно было сказать, - осень только начинается и не собирается быстро уходить. Да, это потрясающий вид, но сейчас мысли девушки были совсем о другом. Собравшись с силами, она поворачивается к Хантеру, смотря на него тревожным взглядом. Её мучило самочувствие приятеля, что не сложно было заметить. Хоть они не так долго знакомы, но оба успели засесть друг у друга в глубине души, как бы глупо это не звучало. - Эй, ты уверен, что отлично себя чувствуешь? - с беспокойством спрашивает она.       Парень немного удивляется и останавливается на пороге заброшенного домишки. Провернув тот же вопрос в голове, он робко отводит взгляд, не решаясь что-либо промолвить. Нервно перебирая пальцы, Хантер взглянул на собеседницу, понимая, что ему не суждено убежать от ответа, ведь терпеть это выражение лица парнишка не в силах. - Да.. - односложно сказал бывший золотой страж.       Луз могла бы успокоиться, если бы не тон голоса - скованный и нерешительный. Как же раздражает, что он порой боится поведать о своих болях в сердце, и вряд ли это возможно изменить. Даже если девушка будет всеми клетками души беспокоиться, то вряд ли он без страха вымолвит свои тревоги. Прошлое преследует его постоянно, заставляя робеть перед вопросом «открыться человеку или нет?». Они оба понимают эту истину. Но кто знает, возможно, появится та самая дорогая и незаменимая личность, в которой гримволкер нуждается. Вздохнув, Носеда подходит к Хантеру, заглядывая ему прямо в глаза. - Если что, - неожиданно для юноши, девчонка берёт его под руки - ты знаешь, кто сможет выслушать тебя, - нежно произносит Луз.       Парень ошеломлённо направляет взгляд на ту, что произнесла столь непривычные слова, снова вгоняя в неизведанное чувство. Увидев подобную реакцию, она хмыкнула себе под нос. Странно даже видеть такой спектр эмоций на некогда золотом страже, но девушка уже почти привыкла к этому. Ехидно посмотрев на собеседника, что в смущении отвёл взгляд, девушка решила изобретательно поставить точку в своих словах и, возможно, этим же сказать нечто очень важное. Нерешительно потянувшись к Ханетру, вставая на носочки, Луз легонько и со всей теплотой целует его в щёку. Юноша вздрагивает, ведь в такую прохладную погоду каждое прикосновение ощущается как приятный ожог. Внезапно, в голове вспыхнуло понимание того, что только что случилось. В этот же миг, на лице гримволкера будто распустились полевые маки. Он потянул руку к своему лицу, прижимая пальцы к коже, на которой оставался еле ощутимый отголосок поцелуя. Перематывая этот отрывок воспоминаний всё чаще, в груди, казалось, взрывалось больше фейерверков, разнося дрожь по всему телу. Не успев сформулировать мысли, как тут же девушка в спешке отдаляется, пытаясь казаться невозмутимой. Стоя уже на траве, Носеда оглядывается, ненароком показывая свой пунцовый румянец. - Так ты идёшь? - спрашивает улыбающаяся девчонка - Нас, наверное, заждались.       Придя в сознание, Хантер поспешно начал нагонять подругу. Что это было и как это можно объяснить, он не знает, да и вряд ли хочет узнать, слишком уж это неловко. В голове сущая суматоха, будто несколько голосов между собой перекрикивались, и из этих всех криков было лишь одно ясно - это прикосновение дало ему успокоение. Больше нет тревог, рокот грусти поутих, от чего стало умиротворённее. Да, сейчас он до безумия смущён, но именно то самое давящее чувство пропало, как если бы его вообще не существовало. Кто мог подумать, что люди способны на магию, не используя глифы. Когда двое шагали в один темп, появилась знакомая неловкая тишина. В этот раз, каждый её ощущал, и она настолько нагнетала, что обоим было страшно представить, насколько громко стучат их сердца. Казалось, деревья становились всё выше, пытаясь напугать парочку. Завывания ветра исчезали, а птицы и вовсе будто уснули вечным сном. К счастью, путь до дома не долог, так что этот напрягающий гул потихоньку сходил. Но если бы было всё легко… Хантер как огонь свечи, болтался в разные стороны, из-за ватных, по ощущениям, ног. А Луз между тем пыталась выглядеть беспристрастной, что получилось не очень хорошо. Приблизившись к ухоженному порогу, юноша метнулся к двери, быстро открыв её, он, принялся ожидать девушку. Подобными действиями парнишка походил на нервного дворецкого, такая аналогия разрядила беспокойство девчонки, хоть и не до конца. Пройдя внутрь, им обоим послышались оживлённые голоса, что доносились из гостиной. Там, с большим задором подростки обсуждали костюмы на Хэллоуин и сам праздник. С лёгкой робостью, зайдя в комнатку, у Хантера на лице образовалась нелепая улыбка. Всё-таки, лучше отогнать эти смущающие мысли и забыть об этом… По крайней мере, в этот день и час. - Хэй, мы вернулись! - проговорив это, с уст юноши слетает неловкий смешок - И купили немного, эм, машин.