Клуб «Пятница»

Идя по стеклянному коридору, можно было наблюдать за красивым пейзажем. Вид открывался на стадион, захватывая парк и часть города вдали. Солнце собиралось за горизонт, оставляя самые яркие лучи в прошлом, на смену которым ночью придёт луна. Джисон остановился и стал смотреть вдаль, словно стараясь запомнить каждый миг. Ему нравилось тут, хотя бы потому что его ожидания были куда хуже. Но по факту он нашёл друга в первый же день, а так же остальные ребята казались ему нормальными. — Ты, скорее всего думал, что тут будет, как в обычных школах, — начал Ликс, остановившись рядом с Ханом. — Если честно, я думал ещё хуже, так как тут нужно жить. То есть уйти домой и спрятаться там не получится, — ответил собеседник и улыбнулся. — Я рад, что ошибся. И спасибо тебе, — он повернулся к Ли, на что тот кивнул в знак благодарности. Постояв так пару минут, парни направились к комнате. Там уже стояли вещи парней и ожидали своих хозяев. Помещение оказалось достаточно просторным. Две односпальных кровати, два письменных стола, прикроватные тумбочки, окно и два шкафа для вещей. Так же присутствовала ванная комната с туалетом. Ребята стали разбирать вещи, попутно болтая ни о чём. — Кстати, Ликс-и, ты так и не рассказал, кто такой Минхо? Почему его не было, если он состоит в клубе? — спросил Джисон, вешая очередное худи в шкаф. Парень мельком глянул на Феликса, который слегка замешкался и поджал губы. Было чувство, будто он подбирает слова, чтобы правильно что-то объяснить. — Ли Минхо у нас персонаж не из простых, — произнёс Ёнбок и присел на край кровати, приостановив разбор вещей. — Он закрылся, как ракушка и никого, кроме Криса к себе не подпускает. Конечно, общаться он общается, но это общение обычно сводится к «привет», «пока» или разговор по факту. По душам или на отвлечённые темы с ним сильно не поговорить, — парень был явно расстроен этому факту и грустно улыбнулся. — У него что-то случилось? Или он сам по себе такой человек? — Хан так же остановился в разборе вещей и присел на свою кровать. — Всё банально и просто, как ясный день. Расстался со своей любовью, которая, по его словам предала его и бросила в самым паршивым способом. Уехала учиться в Японию, — вздохнул Феликс и глянул на Джисона. — Только не вздумай никому это рассказывать. — Без проблем, — кивнул старший и вскоре ребята продолжили разбирать вещи и обустраивать комнату.

***

Вечер прошёл под разговоры о жизни и про интересы друг друга. Джисону действительно показалось, что этот парень — ангел с веснушками, но с выводами спешить рано и опасно. Он знал, как бывает зачастую и боялся, что человек, с которым приятно общаться, который буквально родственная душа, может оказаться ещё тем дьяволом. Ну, а пока такого не произошло, Хан был спокоен, но бдителен. — Пойдём на ужин? А то в восемь столовая закроется и покушать удастся только утром на завтраке, — сказал Феликс и встал с пола, разминая косточки и хрустя суставами. Он накинул капюшон худи на голову и сунул руки в карманы. Джисон встал следом за младшим и они направились кушать, по пути обсуждая очередной вопрос вселенского масштаба. Они кушали в компании Чанбина и Сынмина, которые позвали их за свой столик. Сынмин, как обычно, читал книгу, но умудрялся следить за разговором и встревать в нужных и ненужных моментах. Чанбин же в свою очередь, как увидел Джисон, являлся человеком с гиперэмоциональностью и вспыльчивостью, как прежде подмечал Феликс. Хан удачно вписался в их компанию и не чувствовал себя лишним, как часто бывало с ним. Хоть остальные знали друг друга дольше, чем новенького, приняли его, как-будто знали сто лет. — Ладно, мы пойдём, — сказал Ликс и встал из-за стола. Парень кивнул Хану и ребята взяли подносы с грязной посудой, чтобы отнести их. Джисон поблагодарил парней за хорошую компанию, и они удалились. Чанбин проводил их взглядом до момента, пока ребята не скрылись за углом, о чём-то весело болтая. — Тебя до сих пор тянет к нему? — спросил Сынмин, оторвав взгляд от книги. — К сожалению, это не имеет никакого значения, — вздохнул старший и подпёр голову рукой, перебирая оставшуюся еду палочками. — Я бы на твоём месте действовал. Иначе кое-кто проявит инициативу быстрее и он снова будет страдать, — с долей грусти в голосе произнёс Ким, вновь взяв книгу в руки. — Я не позволю этому снова вмешиваться и причинять боль Ликс-и, — фыркнул Со и нахмурился, погружаясь в свои мысли. Сынмин вновь бросил взгляд на друга и слабо улыбнулся, возвращаясь к излюбленному занятию. Хоть Ким не особо показывал, как волнуется за своих друзей, но на самом деле ему было не безразлично душевное и физическое состояние того или иного друга. В случае с Чанбином, парень не мог ему сильно помочь. Максимум дать совет и поддержать, но вмешиваться — нет.

***

Когда парни легли по своим кроватям, они не могли уснуть. Тема за темой, вопрос за вопросом не давали им замолчать и погрузиться в царство Морфея. Наконец, когда разговор дошёл до более менее логичного конца, в комнате повисла тишина. Парни старались уснуть и через какое-то время, Ликсу на телефон пришло смс. Хан ещё не спал и слышал, как сосед, стараясь не шуметь, встал с кровати и вышел из комнаты. Это показалось достаточно странно и любопытство взяло вверх над сном. Джисон так же тихо встал и вышел из комнаты. В коридоре никого не было, а свет с улицы еле как освещал пространство. Брюнет пошёл по коридору, стараясь прислушиваться к посторонним звукам и не напороться ни на ученика, ни на взрослого. Юноша спустился на первый этаж и прошёлся по нему до конца. Там тоже никого не было, и он собирался идти обратно, как увидел за дверью какое-то движение. «Это вроде спортзал?», — задал сам себе вопрос, Хан направился туда. За дверью не был включён свет, но движения повторялись. Парень подошёл ближе и заглянул в окошко, которое как раз находилось на уровне глаз. Джисон увидел то, что вообще не ожидал и не представлял. В небольшом, пустом помещении, с огромными зеркалами во всю стену, находился парень. Помещение так же освещалось светом с улицы, но этого было достаточно, чтобы рассмотреть, как шикарно танцует этот молодой человек. Движение рук, ног и тела в целом были невероятно гибкими и завораживающими. Музыки слышно не было, лишь скрежет кроссовок об линолеум и дыхание. Дверь открывалась внутрь и была закрыта неплотно, что Джисон понял слишком поздно, когда опёрся на неё, и не ожидав этого, полетел вперёд. Устояв на ногах, Хан замер на месте. Остаться незамеченным в такой ситуации было бы чудом, которого не произошло. Танцор остановился и посмотрел на незнакомца через отражение в зеркалах, а после повернулся и вытащил из ушей наушники. — Ты кто? — грубо спросил юноша, нахмурившись. Его чёлка прилипла к взмокшему от пота лбу, так же, как и футболка. Его грудная клетка часто вздымалась и опускалась, а взгляд, казалось, прожжёт дыру в собеседнике в следующую секунду. Его точеные линии лица, слегка заострённый нос в сочетании со взглядом навевали ещё больше ужаса в глазах Джисона. — Я... — не успел толком ничего сказать, незнакомец притянул его к себе за руку и прижал к стене за дверью. Тот зажал рот ничего не понимающего парня рукой, а второй показал, чтобы он молчал. Послышались шаги и мелькание фонарика, которые приближались к ним с коридора. Ребята замерли, смотря друг другу в глаза и ждали, когда же уйдёт незваный гость. Это оказался охранник, который дежурил и следил, чтобы ученики не шастали ночью по коридорам. Мужчина подошёл к помещению, где находились парни, но заходить не стал. Он осветил фонариком лишь часть и не заметив никого, закрыл дверь, продолжая начатый путь. Хан не сильно толкнул незнакомца и тот отошёл на несколько шагов. — Я повторюсь. Кто ты и почему подсматриваешь? — повторил уже без такой явной грубости молодой человек. — Я просто... Ну.. Увидел движение за дверью и любопытство заставило посмотреть, — слегка замешкался Хан. — Ты круто танцуешь, — добавил он, улыбнувшись. — Я в курсе, — сухо произнёс тот и бросил недобрый взгляд на Джисона. — Иди к себе в комнату и забудь, что только что видел. Мне не нужны проблемы, — фыркнул брюнет и открыл дверь, выглянув. Там никого не оказалось, поэтому парень указал на выход. Хану не понравилось такое грубое общение, но ему ничего не оставалось, как покинуть помещение и пойти к себе в комнату. Возможно, Феликс уже вернулся. — Да что он вообще о себе возомнил? Посмотреть уже нельзя? Он что, выкупил это пространство? Ащ...Как же бесит… — бухтел себе под нос Хан, пока поднимался по лестнице и когда завернул за угол, резко вернулся обратно, чтобы его не заметил. Джисон не сразу понял, кто это, но прислушавшись, узнал в одном голос Ликса. — Я тебя ждал тут практически полчаса, а ты соизволил только прийти? — спросил тот, чей голос был похож на Феликса. К слову, это и был его голос, как понял Хан, когда аккуратно выглянул и постарался рассмотреть присутствующих. Второй парень напротив блондина являлся Хёнджин. Джисон узнал его по росту и хвостику на затылке. — Прости, Сынмин весь мозг выел вопросом "куда ты собрался ночью?", — фыркнул Хван. — Зачем звал? — Я тебя люблю. — Это ложь, — усмехнулся Ли. — Это грёбаная ложь. После тех слов и действий, которые ты мне сказал и сделал в тот день. — Я извинился миллион раз после этого. Думаешь, с этим качком недоростком ты будешь счастлив? — посмеялся Хёнджин. — Я тебя умоляю. Максимум, что он сможет тебе дать, так это... Хм.. — демонстративно задумался старший. — Действительно, что? Я затрудняюсь в ответе на этот вопрос, — всё с таким же сарказмом говорил Хван, словно издеваясь над Ликсом. Терпение младшего закончилось и парень резко прижал второго к стене, слегка придавив горло. — Если ты сейчас не закроешь рот, я тебя ударю, — голос Ёна стал куда ниже, поэтому звучал устрашающе. — Прости... — произнес Хёнджин после нескольких секунд молчания и крепко обнял Феликса. — Пожалуйста, прости меня, — послышались всхлипы, которые заглушало плечо Ли, куда уткнулся Хван. Ликс хотел убрать старшего от себя, но вырываться не было смысла, так как Хёнджин оказался сильнее и младший сдался. — Ну всё, прекрати мне сопливить плечо, — недовольно произнёс Ён и обнял Джинни в ответ, поглаживая по спине. — Я прощу тебя, но на больше, чем дружба даже не думай расчитывать, — смягчился блондин, хотя в голосе слышалось противоречие самому себе. Казалось, что парень не хотел оставаться друзьями, а чего-то большего, нежели этот статус. В ответ были слышны лишь всхлипы, которые продолжались не долго. Вскоре, ребята ушли, а Джисон сидел на ступеньках, переваривая эту информацию. «Что я только что услышал?», — единственный вопрос, который крутился в голове Хана.