Ангел-хранитель, или "Omnia vincit amor” (Часть 1. Крылья ангела Луны)

Ветер осторожно нёс принцессу Луны на своих невесомых ладонях по направлению к первому испытанию. Хвостики Усаги золотыми лентами развивались за её спиной, а встречный поток сушил слёзы, срывая их с длинных ресниц. И было неясно, от чего эти слёзы: то ли от ветра, то ли от того, что девушке не разрешили увидеться с Мамору... Наконец внизу показался белый особняк с раскрытыми настежь окнами. Дом постепенно увеличивался в размерах, и через несколько мгновений Уса поняла, что это и есть конечная остановка. Она взмахнула крыльями и сама влетела в окно с белыми занавесками, обогнав следом летящий сквозняк. Серенити стала на ноги и, сложив крылья, осмотрелась. Светлые стены бледно-фиолетового цвета, уютная кровать с плюшевым зайчиком-рюкзачком. Много светильников в виде цветков и комод, на котором лежала скрипка. Из приоткрытой дверцы шкафа выглядывал рукав платья. Девушка подошла к зеркалу и посмотрела на предметы, что украшали полку под ним. Статуэтка Сейлор Мун заставила девушку улыбнуться, вспомнив прошлое. Коробочка, в которой лежали сладкие сахарные леденцы. Букет цветов, который, наверняка, наполнял комнату благоуханием. Принцесса подняла взгляд выше. Между зеркалом и рамой была вставлена фотокарточка. Усаги выпрямилась и присмотрелась. Девочка с короткой тёмной чёлкой и тёмно-фиолетовыми глазами сидела возле девчушки с остроконечными оданго и весёлой улыбкой. Они держали по букету цветов. А в уголке карточки было подписано немного неровным подчерком: «Не грусти, подружка! Я скоро прилечу к вам из тридцатого века, я обещаю! Чибиуса» Девушка провела рукой по стеклу, беззвучно повторив имя своей дочери. «Чибиуса...» - ещё раз эхо повторила уже шёпот. Внезапно дверь неслышно скрипнула, пропуская хозяйку вовнутрь. Она остановилась на пороге и произнесла: - Ваше Высочество? Усаги вздрогнула и повернулась в сторону голоса. Её глаза цвета василькового неба встретились с не по-детски мудрыми тёмно-фиолетовыми очами, глядящими из-под тёмной чёлки. - Сатти?! – Хотару кивнула, улыбаясь. * * * Мичиру шла по коридору в гостиную, неся в руках своё только что постиранное платье. Она напевала себе под нос какую-то мелодию, пританцовывая. Проходя мимо комнаты Хотару, она остановилась и приподняла съехавший подол. Когда она вставала, то случайно задела телефон, из которого тут же послышались гудки. Девушка поставила его на место и прислушалась. Из-за двери послышался смех: - Да? А я так и подумала!.. Да вроде бы ничего... Сецуна? Если честно, то нормально, но порой я вижу, что у неё покраснели глаза... А у Харуки пропал интерес ко всему, кроме машин и мотоциклов... А Мичи... Тут девушка толкнула дверь и заглянула в комнату. Хотару замолчала и удивлённо посмотрела на неё. Мичиру обвела взглядом комнату, беззаботно посмотрев на зайчика, сидевшего напротив девочки: - Хотару, что ты тут делаешь? – поинтересовалась девушка. Девочка замотала головой и, резко встав, взяла платье со стула и отдала его Мичиру. - Постирай, пожалуйста. А то я на него вчера посадила пятно от сока. Мичи улыбнулась, посмотрев в её большие глаза и отогнав все смутные мысли: - Хорошо... Ну, всё, через час ужин, не пропусти. - Хорошо! – Хотару закрыла дверь и вернулась на кровать, посмотрев на Усаги, которая, скрестив ноги, сидела, обняв зайчика. - Слушай, Сатти, а почему ты меня видишь, а остальные нет? - Ну, Усаги, я же Воин Разрушения! Значит, я могу видеть то, чего не могут видеть другие. А ещё я же боролась с Мессией Тьмы, вот и ответ на твой вопрос. А ещё ты отразилась бы в моей Косе Смерти. Но, я надеюсь, этого не будет. Уса закивала и потянулась, раскрыв крылья. Она закрыла глаза и упала на спину, решив проэксперементировать, сможет ли она заснуть. Хотару взяла книжку и погрузилась в чтение. А эксперимент принцессы удался, - она задремала, обняв зайчика. ...Девушка открыла глаза и осмотрелась. Она стояла посреди сада, полного цветов. Подняв голову, Усаги увидела звёзды и Луну, сияющую серебристым светом. Уса улыбнулась и подняла руку, как будто пытаясь дотянуться до белого манящего диска. На её запястье блеснул браслет из позолоченных жемчужин. Быстренько окинув себя взглядом, Серенити убедилась, что одета в платье принцессы. «Эм... А куда я попала-то?» - рассуждала девушка, идя по тропинке, - «Я закрыла глаза в комнате у Хотару, а потом открыла их здесь... Или это очередное испытание? Ой, это же...» Девушка остановилась и села на траву, поправив платье. Перед ней цвёл куст роз настолько алых, что казалось, будто это небо случайно окропило белые звёзды своей кровью. На лепестках бутонов дрожали капли ночной росы. Принцесса, будто боясь спугнуть хрупкую красоту, осторожно приблизила лицо к цветам и вдохнула такой дурманящий, но до боли знакомый аромат, который напоминал ей о её любимом. По щекам в очередной раз потекли прозрачные жемчужинки, оставляя за собой солёные дорожки. «Эндимион... Мамору... Мне всё равно, какие у тебя будут имена! Я всегда тебя найду, и не так уж и важно, когда!» - поклялась Серенити, давая волю своим слезам. Она разрыдалась в полный голос, зная, что тут никого нет. Её волосы, завязанные в оданго, распустись. А в это время по дорожке прогуливался красивый юноша, сцепив руки за спиной и смотря в небо. Его глаза были печальны и задумчивы, а подол плаща шелестел по гравию. Он шёл посмотреть, расцвела ли его роза, которую он растил для своей ненаглядной девушки... Повернув, он услышал плач, а потом увидел свой цветок, перед которым рыдала девушка в белоснежном платье и с очень длинными волосами, живым серебром оплетающие её тело. Юноша подбежал к ней и, сняв свой плащ, накинул его на плечи незнакомке на всякий случай: - Почему вы плачете?.. – Усаги вздрогнула и приподняла голову, повернувшись в сторону голоса. Её ярко-голубые глаза встретились с сапфировыми, которые расширились от удивления: - Усако?! - Мамору?.. – прошептала принцесса, шмыгая носом. – Мамо-чан! Она крепко обняла его за пояс, начиная плакать ещё сильнее. А парень только нежно обнял её, пряча лицо в её шелковистых волосах. Он просто вдыхал аромат её тела и гладил по спине, стараясь успокоить, при этом не произнося ни слова. Мамору укачивал Усаги в своих объятиях, не отрывая взгляда своих сапфировых глаз от любимой. Всхлипы становились всё тише, пока полностью не стихли. Уса прижалась к принцу, подобрав под себя ноги. Эндимион просто улыбнулся, укрыв её плащом. - Мамо-чан, как же я по тебе соскучилась! – девушка свернулась в клубочек, слушая биение его сердца. Мамору сцепил руки у неё на спине, как бы показывая, что он защитит свою принцессу от всего. - Господи, Усако, ответь мне – почему ты так долго не приходила?.. И куда ты пропала?! Серенити подняла свои ярко-голубые глаза. Мамору вопросительно и немного растеряно смотрел на неё из-под своей тёмной чёрной чёлки. Девушка набрала в грудь воздух, чтобы ответить, но не смогла. Уса не могла ему рассказать, что находится где-то между жизнью и смертью. Поэтому она просто покачала головой: - Не знаю, Мамо-чан, не знаю... Но я обещаю, что никогда тебя не оставлю. - Усако... Ты ничуть не изменилась! – он нагнулся и нежно поцеловал её в губы. Она запустила свои пальцы в его волосы, отвечая на поцелуй. «Мамо-чан, как же я тебя люблю!..» - она закрыла глаза и обняла Эндимиона свободной рукой за шею, из-за чего плащ соскользнул на землю. Внезапно яркий свет заставил их оторваться друг от друга. Девушка тихонька вскрикнула. Из серебристого сияния появилась Королева Селена, которая хмурила брови. Серенити тут же вскочила, загородив собой принца. - Серенити, что ты тут делаешь?! - Мам, то же самое я хотела спросить и у тебя! – принцесса почувствовала, что Мамору встал и недоумённо переводит взгляд с неё на Королеву, и обратно. Селена сложила руки на груди: - Я имею право тут быть, Серенити! Но что ты делаешь во сне принца, если тебе запрещено с ним видеться!? - Что?.. – Усаги медленно повернулась к Эндимиону, - Значит, я не сплю, а только в твоём сне?.. Юноша опустил глаза и кивнул. Он увидел, что девушка подошла к нему. Тонкие пальчики коснулись его подбородка, приподнимая лицо. Её глаза цвета весеннего неба встретились с его, сапфировыми. Она сморгнула зарождающиеся слёзы и легонько коснулась его губ. Мамору почувствовал такой знакомый вкус вишни, а Уса – точно такое же нежность и тепло, которое он дарил ей всегда... Белоснежные крылья с негромким хлопком материализовались. Во лбу засиял знак принцессы, а на шее качнулся медальон в виде золотого полумесяца. Королева Селена улыбнулась и коснулась плеч девушки: - Серенити, помни, тебя ещё ждёт испытание... Ты сможешь его ещё увидеть, я обещаю. А теперь пойдём. Девушка оторвалась от губ парня, коснувшись его лба своим: - Я люблю тебя, Усако, - одними губами проговорил он, стирая слезинки с её щёк. Принцесса улыбнулась и стала отходить, не отпуская его руку. Принц стоял на месте. - Ты ещё придёшь? – с надеждой спросил Эндимион. Серенити кивнула, её пальчики скользили по его руке и, наконец, ладошка Усаги выскользнула из его ладони. Они ещё какое-то время стояли с протянутыми руками, а потом Уса взмахнула крыльями и влетела в серебристое сияние. - Усако! – крикнул Мамору, делая пару шагов вперёд. Ветерок трепал траву и его волосы, шепча на ухо: - Это всего лишь сон... Она ещё придёт, Эндимион... Она же любит тебя... Принц поднял руку и, взлохматив и без того непослушные волосы, развернулся и застыл на месте. Розы, которые он так долго выращивал, расцвели во всей своей красе. И посреди бархатно-алых бутонов цвели рядом друг с другом два цветка: ярко-золотой и блестяще-серебряный. Эндимион улыбнулся, и побрёл прочь, думая только о своей любимой. - Я найду тебя, Усако... Я люблю тебя... Девушка открыла глаза и села, потягиваясь и шурша перьями. Хотару в комнате уже не было, только на кровати лежала раскрытая книга, заложенная пером. Уса придвинулась поближе и прочитала строчки, заставившие её душу дрогнуть. Это оказалась страница из дневника Хотару: «Ангелы созданы богом. Они вносят в жизни людей свое тепло и свой яркий свет чистых душ. Прекрасные ангелы с белоснежными волосами и огромными крыльями, которые величественно делают взмахи... Перья, как снежинки, падают в бездну, а он парит в небесах среди пористых облаков... Ангелы созданы, чтобы охранять. Охранять чувства, эмоции и даже жизнь... Но способны ли ангелы сохранить свою жизнь? Кто-то считает, что они, как и Бог, бессмертны. Но если умирает душа, разве тело остается жить? Нет... Когда душа погибает, тогда и ангел уносится прочь к белым, как снег, облакам, которые, словно пушистые медвежата, принимают ангела в свои объятия. И в снежно-белом круговороте мягкие тучки растворяются вместе с ангелом... С ангелом, который не нашел своей души, своей цели... А, возможно, этот ангел просто не там искал...» * Серенити резко вскочила и хотела бежать прочь из этого дома, её сердце рвалось к своей половинке туда, на другой край Токио. Но что-то сдержало её. Девушка подошла к кровати и коснулась страниц дневника девочки: - Именем Луны... призываю память! – золотистая дымка затуманила её глаза. Дневник делился тем, что знала сама Хотару. И немного большим. - Сецуна... Она бывает у Врат Времени. Она знает, что происходит с тобой, принцесса. Она боится за тебя, но молчит и никому не говорит. Но по ночам иногда слышится её плач, который она прячет в подушке. Она знает, что все привыкли видеть её сильной, но, увы, это не всегда возможно. Поэтому у неё красные глаза. Харука... Она чувствует, что ветер поменялся. Она старается не подавать вида, но порой её поступки прямо-таки предательски выдают её. А после ссоры с Мичиру она ушла в себя, больше времени уделяя машинам, пытаясь хоть как-то отвлечься от смутно-неприятных ощущениях о будущем. Да, она и Мичиру потом помирились, но способ ухода от проблем остался. Мичиру... Так же, как и Харука, ушла в себя, но меньше, чем подруга. Она больше времени стала уделять игре на скрипке, но не забывает и об остальных. Она заботится о Хотару и приглядывает за домом, но море всё больше завладевает её душой... Она слышит его и знает, что что-то произошло с тобой, принцесса... Но обещание не даёт ей права вмешаться в историю... - А Сатти? – спросила Уса одними губами. Дымка дрогнула. - Хотару... Она всё знала. Она видела будущее, она знала, что ты придёшь к ней, будущая Нео-Королева Серенити... Она знает итог твоего испытания, но я дал обещание, что никому не расскажу. Прости, Серенити... Дымка рассеялась, а принцесса услышала, как внизу кто-то включил воду. Усаги закрыла глаза и сложила крылья, провалившись сквозь пол прямо в гостиную, где находились все аутеры. * * * Усаги пролетела сквозь потолок и упала на пол, прямо на пятую точку. - АЙ! – вскрикнула девушка, потирая ушибленный копчик. - И всё равно я не понимаю, почему порой я прохожу сквозь предметы, а порой – как живая, чувствую боль... Девушка на миг застыла, обдумывая свои слова. «Так... Усаги, всё, ты уже стала говорить о себе, как о призраке! Всё, ты потихоньку сходишь с ума...» Ангел встал и, немного согнувшись, прошёл вперёд. Перед ней предстала что ни на есть семейная картина: Харука, Сецуна и Хотару сидели за столом, а Мичиру раскладывала еду по тарелкам. Страж Времени читала какую-то книжку, изредка поправляя непослушную прядь. Усаги пригляделась и убедилась, что глаза у неё и правда, немного красные. Харука оттирала руки от машинного масла, что-то недовольно бормоча. Серенити подошла поближе и разобрала вот что: - Блин, ну почему же это масло всё никак не оттирается, а?.. – Хаару провела рукой по лицу, оставив на щеке тёмный след. Хотару, до этого что-то рисовавшая, вдруг подняла глаза и изогнула бровь: - Хару... У тебя на щеке масло... – Мичиру как раз поставила на стол тарелку рисом, от которого шёл пар. - Так, иди в ванну и помой руки. И лицо тоже, - девушка сложила руки на груди, предварительно кинув своей подруге полотенце. А когда та скрылась за поворотом, Мичи добавила, - И переоденься! А то я тебя за стол не пущу! В глубине дома хлопнула дверь. Сецуна отвлеклась от книжки и положила себе риса. Хотару отодвинула рисунок и тоже взяла порцию. Уса подошла к ней и, заглянув через плечо, рассмотрела рисунок. На нём была изображена она, Серенити, сидящая перед розами. А сзади располагался силуэт принца, держащего в руках Золотой Кристалл. Его свет переплетался с сиянием Серебряного Кристалла, который висел на запястье принцессы. - Сатти, что это?.. – спросила поражённая Уса. Хотару помотала головой, продолжая поедать рис. Усаги улыбнулась: - Хорошо, я всё поняла. Я тебя подожду... Принцесса отошла от стола и подошла к креслу. По пути ей в глаза попал солнечный зайчик, отразившийся в чьём-то зеркальце. А когда Серенити села, то он оказался аккурат на её медальоне. В это время Харука вошла в гостиную и села за стол. Её пшеничные волосы были взлохмачены. Мичиру улыбнулась и поставила перед своей подругой тарелку. А потом уже хотела идти на своё место, как вдруг застыла. Сецуна отвлеклась и посмотрела на неё: - Мичи, что с тобой? – девушка с волосами цвета морской волны сглотнула и показала дрожащей рукой в противоположный край гостиной. Все аутеры повернулись в ту сторону. Перед ними предстала девушка с распущенный длинными волосами, сделанными будто из жидкого золота. На неё был лёгкий коротенький сарафанчик молочного цвета на тонких бретельках. Ноги были босыми, а напротив солнечного сплетения блестел медальон в виде полумесяца. За спиной двумя снежными холмами вздымались белоснежные и пушистые крылья. Девушка удивлённо захлопала своими ярко-голубыми глазами. Тонкая ладошка нервно дёрнулась. - Ваше Высочество?! – поражённо проговорила Хару, вставая со своего стула. - Вы что, меня видите? Но как!? – пролепетала Уса. Хотару спокойно встала и подошла к столику, подняв некий предмет. Солнечный зайчик проскользнул по плечам девушки и вернулся на медальон. Принцесса различила, что это зеркальце с ручкой средней длины, на обратной стороне которого был выгравирован знак Нептуна. - В обычных зеркалах отражаются вещи. А в зеркале дочери Нептуна отражается их суть, - ответила Сатти, поправляя свою чёлку. _____________________________________________ * Фраза взята из другого фанфика, но она очень понравилась, поэтому я и вставила её сюда.Поэтому, если автор вдруг её здесь увидит, то прошу прощения.