Everyone loves cute notes and drafts...

      Дождь мелкой дробью стучал по окнам, барабанил по крыше, словно стремясь пробраться внутрь, согреться в теплой комнате. Полумрак мягко очерчивал силуэты мебели, создавая неповторимую атмосферу. Тихо тикали часы — они единственные нарушали тишину, царящую в спальне.       Тело ломило от приятной усталости. От пота волосы прилипали к лицу. Я лежала, прижавшись щекой к теплой груди Джейми, укрывшись одеялом и слушая его сердцебиение… Он тоже тяжело дышал, видимо не отойдя ещё от бурной ночи, его глаза были прикрыты, а татуировки ярко выделялись на фоне бледной бархатной кожи. Я водила по ним пальцем, очерчивая каждую чернильную линию. — Спишь?.. — шепотом спросила я, приподнимаясь на локтях и любуясь расслабленным лицом Бауэра. Он приоткрыл глаза, улыбаясь уголками губ, и приобнял меня одной рукой, поглаживая по обнаженной спине. — Нет… — его волосы были мило растрепаны, и я потянулась рукой, чтобы поправить их, но он перехватил мою ладонь, прижимая ее к своей щеке. — Как после такого уснуть… — Я думала, ты устал, — чуть ухмыльнулась я. Джейми улыбнулся шире. — Твое присутствие слишком сильно заводит меня, чтобы думать об усталости. — шепнул он, притягивая меня к себе и нежно целуя. Я отстранилась, продолжая ухмыляться, глядя, как озорные искорки сверкают в бездонных голубых глазах парня. — Ну ты и ушлый, Джеймс Кэмпбелл Бауэр, — на это он лишь хохотнул, вновь втягивая меня в долгий и глубокий поцелуй. На этот раз я не стала отстраняться, напротив, зарылась пальцами в шелковистые светлые волосы, прикусывая пухлую нижнюю губу парня. — Люблю тебя… — сквозь поцелуй шепнула я. — И я тебя, — так же тихо ответил парень, заправляя выбившуюся на лицо прядь волос мне за ухо, легонько скользнув большим пальцем по моей щеке. — В полумраке спальни, обнаженной и уставшей… Такой ты мне нравишься ещё больше. — Не забывай, у тебя завтра утром самолёт, тебе надо выспаться, — напомнила я, когда он вновь притянул меня к себе, губами прижимаясь к моей шее. — К чертям самолёт, в полете отосплюсь, — фыркнул он, зарываясь пальцами в мои волосы и чуть оттягивая их у корней. Я тихо заскулила, кусая губы. — Мы ещё неделю можем не увидится, дай мне насладиться тобой, пока есть время… — Нечестно… — тихо шепнула я, чувствуя, как вновь разгорается желание. Его губы умело задевали чувствительные точки, заставляя дрожать и срываться на стоны. — Зато эффективно, — тихо хохотнул он, спускаясь поцелуями ниже, к груди. Я задохнулась стоном, когда его язык коснулся набухшего соска, обжигая тонкую кожу холодом. Вновь раскалённая лава вместо крови потекла по венам.       Мои ладони, ласково оглаживая рельеф его тела, спустились вниз, скользя по шее к груди и животу, чуть царапая ногтями бархат бледной кожи, словно в отместку за нежные ласки. Мы поменялись местами — теперь я лежала снизу, под ним, чувствуя жар его тела, осторожные касания. Теплые ладони играли с моей грудью, горячие губы скользили по шее, и он, словно змей-искуситель, что-то пламенно шептал мне на ухо. — Как быстро ты заводишься… — смешок непроизвольно сорвался с моих губ. Он тут же сжал мою грудь, отчего я застонала прямо ему в губы. — Это ты виновата… Совращаешь меня, бесстыдница… — глухо прошептал он, спускаясь руками на мою талию, ниже, к бёдрам, ласково поглаживая кожу. — Кто бы говорил… Ты себя видел? Ходячее пособие по соблазнению… — одними губами шептала я, покрывая его шею влажными поцелуями, прикусывая тонкую бледную кожу, опаляя ее дыханием. Джейми тихо стонал, от каждого моего прикосновения, уткнувшись лбом в мое плечо. — Так ты находишь меня соблазнительным? — едва слышно усмехнулся он, часто и громко дыша. — Чертовски соблазнительным и сексуальным, однако весьма несдержанным, да, Джи… — в той же манере ответила я, проводя кончиками пальцев по его груди, отчего его кожа покрылась мурашками, а с губ сорвался хриплый стон: — Черт возьми, Одуванчик, прекрати меня мучить… — я провела кончиком языка по жилке, бьющийся на шее, ухмыляясь уголком губ, а после отстранилась, наблюдая за реакцией парня на мои прикосновения.       Он едва заметно дрожал, громкое горячее дыхание обжигало мою кожу, лоб блестел от пота, а глаза… Глаза были тёмными и горящими, в них, словно в глубоком омуте, плескалось желание. Распухшие и покрасневшие от жадных поцелуев губы были немного приоткрыты, обнажая белые ровные зубы; волосы спадали на лицо, прилипая ко лбу и щекам. Он был красив, очень красив в этой темноте, дрожащий от возбуждения, нагой и абсолютно открытый передо мной, нежный и жадный до ласк… И я чертовски хотела его… Каждой клеточкой своего тела я желала его… — Солнце?.. — его ладонь огладила мою щеку, с лёгким трепетом пальцы замерли на моих губах, и я первая, поддавшись вперёд, поцеловала его. Горячо и несдержанно, грубо, жадно и до истомы сладостно, страстно. Его ладонь спустилась вниз, пальцы с лёгкостью проникли в меня, отчего я тихо застонала ему в губы, обхватывая ладонями его лицо. Медленные, глубокие движения, всхлипы и стоны, перерастающие в крики, частое сбитое дыхание и его тихий шепот на ухо. — Я хочу тебя… — одними губами прошептала я, поглаживая большими пальцами острые скулы. — Джи… Я не могу больше, пожалуйста… — Чшшш, Одуванчик, тише… Милая… — я почувствовала, как он медленно входит в меня, наполняя теплой плотью, заставляя изгибаться. — Ласковая… Тише… — Джейми… — он смотрел мне прямо в глаза с таким теплом и с такой нежностью, что сердце сжалось. Меня разрывало от чувств и эмоций, от ощущений, от потребности в нем.       Движения, сначала медленные, плавные и до невозможности нежные, становились все резче и быстрее, глубже. Я вжалась в него, срывая горло, зажмурившись и ожидая приближающейся развязки.       Джейми весь дрожал от напряжения, от возбуждения и желания, переполнявших его. От него исходил жар. Запах пота и одеколона кружил голову.       Внезапно мышцы свело судорогой, перед глазами замерцали звёздочки, мне даже показалось на минуту, что мое тело взрывается. Фейерверк наслаждения ударил в голову лёгким головокружением и трепетом. Мое тело медленно расслаблялось в крепких объятиях парня.       Он сгреб меня в охапку, резко расслабляясь и делая последний глубокий толчок. Все замерло на миг. Его сердце быстро билось в груди, я чувствовала. Учащенное, рваное дыхание, горячие руки и пустая голова. Мыслей не было, ни одной. Где-то в глубине квартиры тикали размеренно часы. — Ты как? — привставая на локтях и смотря на меня, спросил Джейми. Его пальцы ласково поглаживали меня по щеке, чуть щекоча кожу. — Устала… Теперь точно… — чуть улыбнулась я, кладя руку на впалую щеку. — А ты?.. — Фантастически… Только вот спать теперь охота… — нежная и милая улыбка тронула его лицо. — Я так не хочу уезжать… — Это всего на неделю, Джи… Мы справимся… Ты и соскучиться не успеешь… — Я уже скучаю, Одуванчик. К тому же, ты будешь одна в практически незнакомом городе, я беспокоюсь… — Все будет нормально, обещаю. Неделя, Джеймс, — я чуть надавила ему на плечи, вынуждая лечь, и обняла его, щекой прижимаясь к теплой груди парня. — Я люблю тебя, Одуванчик. Очень люблю, — тихим, уже сонным голосом прошептал Джейми, проваливаясь в объятья Морфея. Я приподнялась на локте, оставляя мягкий влажный поцелуй на его губах, и вновь легла, укрывая нас одеялом. — И я тебя люблю, Джи… — уже засыпая, прошептала я.