[-VI-]
20 октября 2024 г., 03:00
День, когда Рейме предстояло покинуть Драконий Камень, начался ещё вчера. Надо ведь было ей напиться. Точнее, напиться можно и нужно было. Только вот разыгравшееся желание удовлетворить себя в интимном плане почти что сыграло с ней злую шутку! Нельзя подпускать к себе влюблённых дураков по вечерам. Однозначно. Стыдно перед самим влюблённым дураком. И стыдно за себя. И больше всего перед мужем. Как можно было принять латника-бастарда за принца Таргариена, всадника Вхагар? Но, к счастью принцессы, супруг в Королевской Гавани. Последствий не будет.
Хорошо, что обошлось одним поцелуем. И не благодаря ей, а этому влюблённому дураку. Так что из-за данного… происшествия принцесса толком и не поспала. Что ж, так ей и надо. Отсутствие сна не самая страшная проблема. Отсутствие Рейниры куда ужаснее.
А ведь сегодня ей нужно лететь в Долину, возвращать Арракса Люцерису. Даже не успеет поговорить с Ульфом. Седьмое пекло! А ведь его верность ещё может пригодиться. От этого отказываться Рейма не захочет. Не то чтобы она всегда такой была, но женщины в Дорне часто напоминали ей, что беспамятно влюблённого мужчину надо держать при себе – никогда не знаешь, когда пригодится. Обязательно пригодится! Только вот бастард всё никак не находился. Что же, в полёте у неё будет достаточно времени, чтобы обдумать разговор с ним. Не станет же он тут убиваться… ну и от счастья ему лучше не светиться. Всё же поцелуй принцессы, а не девки с улицы.
Рейма вздохнула. Служанка помогла облачиться в подаренный Рейнирой костюм для полётов на драконах. Поскольку ей собой рисковать нельзя, запасные ни к чему, вот и поделилась с младшей сестрой. Хотя некоторый символизм в этом тоже прослеживался, особенно для негодующих советников королевы. Хорошо, что принцесса Рейнис не станет задерживаться на Дрифтмарке.
Волосы отрасли, но заплести их всё ещё нельзя. Два коротких хвостика выглядели слишком по-детски. И серебряные волосы, которые нашли для неё, пришлось подвязать. Служанка, сама того не ведая, сделала из кос низкий пучок, как носила королева Алисента. Рейма умолчала, только улыбнулась отражению в зеркале. Она преклонила колено перед Рейнирой. И, конечно, сама ни за что не посмеет покуситься на её жизнь. Но как же ей тогда защитить другую часть семьи – «зелёных»?
Эти душевные метания сведут её в могилу раньше, чем она увидит чью-то победу... По крайней мере, пока не случилось ничего такого, чтобы Рейма окончательно выбрала сторону. Смертей не избежать. Но хотя бы Хелейну и её детей она может защитить. Стоит поговорить с Рейнирой, пусть власть над их судьбами будет в её руках, тогда, возможно, Рейма перестанет сомневаться.
«Могу ведь?» – улыбка пропала с её лица. Служанка, отпустившая комплимент, испугалась, что принцесса недовольна ей. Но Рейма только поблагодарила девушку и направилась на выход.
Служанка осталась в покоях прибраться. В коридорах никого лишнего, Рейнира позаботилась, чтобы сестра наслаждалась уединением в этом давно не тихом замке. Надевая перчатки, Рейма смотрела только под ноги. А потому не сразу поняла, с кем чуть не столкнулась. Резко подняв голову, она улыбнулась лишь одним краем губ. Точнее улыбкой этой было в глазах Ульфа.
– Принцесса, – латник склонил голову, пряча взгляд. Совсем жестоко и несправедливо, но сравнения с провинившимся псом сами лезут в голову.
– Осмелился поговорить насчёт вчерашнего? – Ульф чуть поднял голову, смотря исподлобья. Принцесса ошиблась. Разве он мог посметь поднять эту тему? Всё же ему присуща некоторая смышлёность. Если бы ещё не пил на протяжении долгих лет, ума было бы больше. Какое упущение.
– Я не смею. Лишь могу надеяться на прощение за… – принцесса вскинула ладонь. Можно закончить сейчас и разбить ему сердце. Но есть риск, что так будет не лучше, а хуже для неё.
– Мы не глупые отроки, Ульф. И эта маленькая шалость останется между нами, – она подошла к нему вплотную. – Я всё ещё могу на тебя рассчитывать? – и заставила посмотреть ей прямо в глаза.
Ульф понимал, что тот ещё дурак. Ему бы следовало быть таким же, как товарищи по службе, позариться на дочь ремесленника и дальше пить и сочинять свои стишки. Но устоять перед ясным взглядом драконьей всадницы оказалось тяжело. Как и вчера, он хотел бы стать на колени у её ног. И этого достаточно. И потому он не может не улыбнуться, услышав последние слова. Его не наказали. От него не отказались. В его жизни появился смысл – возможность быть надёжным. И не абы для кого.
– Поэтому и пришёл, принцесса, – Ульф спешно оглянулся, не появился ли кто лишний. И передал принцессе маленькую свёрнутую записку. Рейма тут же спрятала её за воротник. И недоуменно посмотрела на него. Латник отступил на шаг: – Вчера передали. Неместный, он явно выискивал кого-то. Возможно, я оплошал, и он передал через меня, потому что знает о вашем послании в Дорн, – так этот мужчина не из-за вчерашнего взгляд отводил? Рейма тяжело выдохнула.
– Хорошая работа. Надеюсь, к моему возвращению из Долины тут ничего не случится, – Рейма пошла вперёд. Бросил пить, значит, может держать ухо востро. Ранее сделанное добро окупалось. Хотя тогда принцесса не думала с расчётом на что-либо. Странные ощущения.
Лорды, мейстеры, служанки, другие латники. Кто-то кланялся, не получая и кивка в ответ. А кому-то принцесса ещё и усмехнулась. Рёв Валеона. За ним зарокотал и Арракс. Так не терпится лететь? Последний поворот. И вместо своего дракона Рейма увидела Мелеис, Рейнис уже слезла с драконицы и шла в замок.
– Принцесса, – Рейма склонила голову.
– Принцесса, – Рейнис улыбнулась, слегка наклонив голову. И оглянулась: Мелеис ринулась в пещеры, а её место занял Валеон. Рейнис повернула голову к Рейме: – Твой дракон вырос большим. Свобода творит чудеса, – Почти королева помнила, что в Дорне никто не мог упрятать дракона под землю и посадить на цепь. Дочери Визериса очень повезло стать дорогой гостьей.
Арракс уже покинул пещеру. Но далеко без Валеона не улетит.
– Для остальных тоже следует изменить порядки, – честно призналась Рейма. И посмотрела на своего довольного дракона.
– Рискованно, – и всё же Рейнис кивнула с пониманием.
– Если вы о случае с Эйреей, для меня это пустое. Драконы важнее. А ей просто не повезло, – Рейма перешла на валирийский не из каких-то скрытых побуждений. Это вышло непроизвольно.
– Ты нервничаешь. Переживаешь из-за чего-то? – Рейнис снисходительна.
Но она была права. Рейма не стала врать. Так что возникло некоторое молчание. Но кроме снисхождения она вовремя заметила кое-что ещё. Понимание?
– Вы тоже. Что-то случилось? – о чём могла переживать принцесса Рейнис?
– Безопасного полёта, Рейма. Возвращайся как можно скорее, – Рейнис устало выдохнула. После патруля над морем полетела на Дрифтмарк, похоже, после него почти сразу сюда. Слуги шептались, что небо только просветлело после дождей. Неудивительно. Впрочем, если что-то случилось, вряд ли касается саму Рейму.
Валеон радостно пророкотал, стоило всаднице занять своё место в седле. Не дожидаясь приказа, он поспешил взмахнуть крыльями и устремиться в просвет, к вольному небу.
΅◊΅
Алис скрывалась среди колонн, пока будущий лорд Талли даже не подозревал о её присутствии и смиренно ожидал короля-консорта. Его дедушка склонил колено перед принцессой, когда ту назначили наследницей. И он не намеревался отказываться от этой клятвы даже в бреду, в котором мучился. Мейстеры всё говорили о приближении смерти, но она не наступала. Ведьма упивалась терзаниями преданного внука, который спрятал свои мечты и амбиции в глубинах души. Они наверняка мучили его не единожды с того самого момента, как в Речных землях узнали об ухудшении состоянии великого лорда. Алис улыбнулась. Мальчишка вылетая овечка, природа одарила его внешностью, играющей на руку. А между тем тени тянулись к нему. Волей-неволей, а наследник Риверрана предвкушал тот момент когда, возглавит не только дом, но и целые земли. Открылись главные двери в зал, и Алис поспешила скрыться, пока Деймон Таргариен её не заметил.΅◊΅
Алисента уже не вспоминала, что нынешние её покои когда-то принадлежали Рейнире. Лунный чай на вкус горек, но всё же достаточно приятен. Камни уже нагреты. А огню в камине вдовствующая королева не позволит ослабнуть. Стол спрятался под грудой книг покойного короля, а где-то среди них разбившийся каменный дракон. Стоит ли починить его из уважения к мужу и памяти о нём? Книга за книгой. Свеча за свечой. Глаза заболели от усталости. Чай выпит. И в животе начались боли. Продолжать чтение стало нецелесообразным. Алисента развернула стул к камину, села так удобно, как позволяло состояние, и приложила кусок ткани с камнями к животу. Фрейлина сообщила о приходе мастера над шептунами, но Алисента отказала ему в аудиенции. Что хорошего он мог сказать? И даже если попыталась бы разговорить Стронга, ничего не вышло бы. Так что оставалось говорить лишь с Эйгоном, чтобы он был осторожен, прислушиваясь к… Косолапому. Он может быть полезен, но на своём опыте женщина убедилась, что Лариса нельзя контролировать. Стоило убить, добить. «Тот яд ещё остался…» – Алисента закусила губу. Разумнее приберечь надёжное средство для лучших времён. Сеять смуту в собственном доме глупо. Данная мысль прозвучала голосом отца. И от него хотелось бы получить весточку скорее.΅◊΅
Овцекрад избегал встреч с кем-либо из драконов. Даже Вермакса и Лунную плясунью обходил стороной. Драконоблюстители искренне удивились, что этот дикий дракон ещё не попытал счастья улизнуть из пещер на волю и не возвращаться. Наоборот, довольное создание позволяло себе отъедаться. На второй день отсутствия Валеона Овцекрад всё же выбрался на волю, но вернулся. И только после этого мастер драконоблюстителей повелел достать одно из старых, но ещё надёжных и крепких сёдел. Оно принадлежало Пламенной мечте, когда её всадницей была молодая Рейна Таргариен. Тогда драконица сама была меньше, чуть больше, чем Овцекрад сейчас. И пока нет Таргариена, который мог бы попытаться создать узы с Овцекрадом. Но если этот дракон позволит закрепить на себе седло, то это уже победа. Овцекрад проявил недовольство, когда слишком много людей притащило к нему нечто несъедобное. При этом не спешил их сжигать. Только рокотал и верещал, рассчитывая, что двуногие всё бросят, убегут и оставят его в покое. Но стоило им запеть, как что-то в живом существе переменилось. Дикий и свободолюбивый, Овцекрад сейчас ничего не мог поделать со звуками, которые слышал когда-то давно и отдалённо. Склонённый однажды, склонится вновь. Защитная агрессия сошла на нет. И, всё ещё рыча и пугая людишек, дракон позволил на себе закрепить седло. Блюстители отошли от него, и дракон заметался. Сейчас тяжесть седла ощутима и нежеланна. Но попытки освободиться бесполезны. Ну ничего! Пройдёт немного времени, и Овцекрад забудет, что теперь он «чей-то».΅◊΅
Валеон и Арракс нагнали процессию у Кровавых Врат. До полуночи оставалось совсем немного. Бедные воины, стоявшие на посту, не сразу признали союзников. Нянечки и служанки с младшими детьми уже спали. А вот Рейна и Люцерис в последние дни не засыпали скоро. И поэтому они встретили принцессу Рейму вместе с Вечным облаком. Сестра королевы обняла племянника, затем кузину. Несмотря на радость Вечного облака, Валеон повёл себя тихо. Арракс же наоборот кинулся к своему всаднику, а затем принялся играть с младшим драконом. – Рада, что успела до вашего прибытия в Орлиное Гнездо, – после прочтения неожиданной весточки, судьба которой упокоиться на дне морском, Рейма не могла думать о том, что ей следовало делать в качестве сторонника Рейниры. Её отец был всё же хитрым человеком. Оговорки в договоре с домом Веларион не остались пустыми словами. Только Джекейрис может унаследовать трон Рейниры, а Люцерис и Джоффри принадлежат Веларионам. Средний сын наверняка. Положение Джоффри спорно. И в очереди на трон становятся младшие дети Рейниры. На первый взгляд логики в этом нет. Особенно в том случае, если Рейнира сядет на Железный Трон. А если нет? Кто-то по доброте душевной подкинул принцессе аргумент в защиту любимого племянника или что? Так импульсивно рисковать в отношении второй дочери Визериса мог или Отто Хайтауэр, или Ларис Стронг. Первый вариант принцессе нравился больше. Мотивы понятны. В отличие от второго. – Правильно, не стоит красть нашу работу, – Люцерис держал Рейну за руку, переплетая пальцы. Рейма, заметив, попыталась не улыбаться. – Как обстоят дела? – поинтересовалась Рейна, которой не нравилось находиться в неведении. Рема всё равно не скажет, что королевы не было на Драконьем Камне на момент её отбытия. Арракс и Вечное облако успокоились. И устроились рядом с младшими драконами. – Могу остаться и провести вас до Лунных Врат. После лучше вернуться, так как из Гавани выступила небольшая армия. Подробностей не знаю, меня всё ещё не приглашали на совет, – солгала ради их же спокойствия. Заметили? Вряд ли. Люцерис не мог не думать о предстоящей беседе с леди Аррен. Рейна тоже размышляла об этом. И о Пентосе. – Ты проголодалась? – у Люка под глазами небольшие синяки. – От перекуса не откажусь. А тебе стоит больше спать молодой человек, – принц и его невеста провели тётушку к огню. Слуга подал ей скромные остатки от их ужина. Рейма и этим рада довольствоваться. – Как ведёт себя Вечное облако? – задав вопрос, она посмотрела именно на Рейну. – Кажется, с ним у меня тоже нет связи, – Рейна села ровно, сложив ладони на коленях. Люцерис пошёл проверить братьев. Младшая дочь леди Лейны совсем приуныла. – Никто не запрещал тебе попытать счастья с одним из доверенных яиц, – Рейма ухмыльнулась, отпив предложенной воды. На вкус такое себе. Но раз Люцерис и Рейна пережили сие безобразие, достойны уважения. Рейна молча моргнула. И как-то странно посмотрела. – Что? Кажется, королева заботится о потомстве драконов, а не желает их окаменения. – Вечное облако больше слушает Люка, – Рейна не подала виду, но обдумает слова кузины в будущем. – Слушает? Или подчиняется? – доев, Рейма махнула слуге, чтобы тот отошёл. Второе – что-то из невероятного. Но Рейна только плечами пожала. – В любом случае, это мой дракон, а я хочу, чтобы он оставался с Люцерисом. Надеюсь, это всё же «она». – Принцесса… – Рейна аккуратно оглянулась. – Но Люцерис будущий лорд Веларион. Разве корона может отдать драконицу? Полноценная пара может дать много яиц… – Рейма довольно посмотрела Рейне прямо в глаза. – Ты думаешь, королева не позволит? Собственному сыну и его потомкам? – как раз сейчас вернулся Люцерис. – Чего матушка не позволит? – и сел между тётушкой и невестой. – Кладка Сиракс вернётся к короне. Сейчас на Драконьем Камне драконоблюстители заботятся о яйцах Среброкрылой. Есть Валеон и Овцекрад. Будут самки, будет потомство. К тому же Вермакс и Лунная плясунья тоже пара. У правящего дома драконов будет больше, – Рейма улыбнулась Люцерису и похлопала его по плечу. Ерошить волосы племянника на глаз слуг и воинов не стоит. – Так что я не стану забирать своих слов обратно. Вечное облако останется с вами. И если боги милостивы, это драконица, и вместе с Арраксом они образуют пару, – старшей принцессе оставалось только довольствоваться тем, как Люцерис и Рейна переглядываются друг с другом. – Я рад, что с драконами дела так улучшились, – племянник поздравил тётушку, которую это заботило больше всего. – И это очень ценный подарок для меня, для нас. – Звучит слишком хорошо, – Рейна возразила не из вредности или желания уколоть, осадить. Она просто была права: – А как же угроза Каннибала? – прозвучало громче, чем хотелось бы. Благо, сопровождение не смело греть уши их разговором. – Пока я не знаю, как избавиться от этой напасти. В живых оставлять нельзя. Возможно, придётся придумать какую-то хитрость, – Рейма уставилась на пламя костра. – Пойду, прикажу постелить вам в моём шатре, – теперь Рейма осталась наедине с племянником. Но он не стал заводить разговор о чём-либо ещё. Они умели уютно помолчать в компании друг друга. И ночные звуки природы служили усладой для ушей. Только они стали ещё тише из-за появления в округе большого дракона. Валеон тем временем уже успел уснуть. Люцерис хотел спросить Рейму, какого дракона ему стоит обещать леди Аррен, но не стал давить. Действительно, разумнее вообще не торопиться и не обещать кого-то конкретного. Особенно пока они ждут ответа от принца Пентоса. Но будет странно, если мама не отправит к Арренам тётю с Валеоном, ведь они поддержали расследование о беременности бабушки…΅◊΅
Фрейлины королевы склонились, стоило королю переступить порог. Эйгон пришёл после совета навестить супругу и детей. Конечно, ему следовало повременить немного, чтобы запах алкоголя перестал преследовать его окончательно. Но Эйгон не замечал его остатков. К тому же он не мог засиживаться здесь долго. Теперь не мог. И сейчас жалел, что раньше торопился уходить. Он по очереди взял каждого ребёнка на руки. Джейхериса поцеловал в висок. Джейхейру – в лоб. Ткнул пальцем в нос Мейлора, и получил визг возмущения. Эйгон рассмеялся. Дорнийцы забрали детей и продолжили с ними играть. Хелейна, которую он вчера приглашал на ужин (при том без подразумевающегося продолжения), не пришла. Так что он пришёл к ней сам. Его королева сшила ему новую одежду, а теперь вышивала на ней дивные узоры? Эйгон аккуратно опустил свои руки на её плечи. – Тебя беспокоят очередные крысы? Или я что-то делаю не так? – раньше он обращался к ней с явной претензией в голосе. Но, хвала Семерым, те времена далеко позади. Сейчас это был искренний вопрос, даже молящий. Он, как правитель, не нашёл поддержки в матери, в брате тоже засомневался. У Эйгона осталась только Хелейна. И она сейчас замерла, продев иглу ниткой с новым цветом. Разве это не бессмысленное занятие? Ведь она видела… – С новой ношей на плечах ты много думаешь и тебе нелегко. Это нормально? – королева на короля не посмотрела. Дорнийцы с детьми покинули покои. Погода благоприятна для игр в богорощи. – Настолько им доверяешь? – Эйгон нахмурился. – А кому ещё их можно доверить? – и на этот вопрос Хелейны ему нечего ответить. – Совет принял решение отрезать Рейниру от суши окончательно. Если сестра в её совете, она должна догадаться об обманке. Как ты думаешь… – Эйгон стал серьёзнее относиться к видениям Хелейны. Она же продолжила вышивать. – Ты хотела бы вернуть Рейму? – Вереск на башне не увял и в огне не сгорел, – к счастью Эйгона, данная метафора достаточно понятна даже для него. – Не стоит меня утешать обманом, – и всё же он улыбнулся. Неужели Рейма может предать Рейниру? Эйгон поцеловал Хелейну в макушку: – Она будет в Грачином Приюте? – сердце Хелейны сжалось из-за этого вопроса. Ответит или нет, в любом случае только подстегнёт его желание отправиться туда. Эйгон резко выдохнул: – Ладно, не отвечай.
