Прощание навсегда

Утро Сонхва началось того, что на себе он почувстовал тяжесть, давящую на грудь. А уши его уже постепенно начали глохнуть от крика. Открыв глаза, боковым зрением он заметил голубое пятно, маячившее в перефирии. Попытка напрячь мозги, к счастью, дала ему нужный результат - это оказался никто иной, как чересчур энергичный придурок Чон Уён. — Мать, твою мать, подъем. Часики то тикают. Время не будет ждать таких неудачников, как ты. - Парень жестом показал на своё запястье, имитируя наручные часы. Уён с громким смехом вылетел из комнаты, оставляя кудрявого блондина наедине с комнатой. Когда Паку вновь пришлось напрячься, чтобы сделать небольшой глоток воздуха, он перевел взгляд на свою грудь, на которой мирно покоился мешок с одеждой, так мешавший ему дышать. В то же время его голова раскалывалась от навязчивой и непрекращающейся боли в голове. Раздраженно и раздосадованно он скинул с себя пыльный мешок, и решил, что надо бы и встать. Оперевшись о второй ярус кровати, он нехотя поднялся на подкашивающиеся от ломоты в теле ноги. Он заметил неприметно стоявшую на столе бутылку воды, и это даже придало ему сил. Он неторопливо направился к столу, и уже когда было потянулся рукой к пластику, осознал, что в бутылке совсем не осталось воды. Ну, вернее ему хватило бы лишь на глоток, а жажда Сонхва требовала куда больше жидкости. Гордость победила, и он с нахмуренным лицом обернулся к мешку, смирно лежавшему в другом конце комнаты. Ноги сами его донесли, и буквально через минуту он разглядывал содержимое мешка: черную обтягивающую водолазку, камуфляжные карго штаны и военные тактические перчатки и берцы, которые некоторое время назад мешали ему нормально дышать. Он не стал долго возиться, и поспешил переодеться. Он вышел из комнаты и столкнулся с нескольмим людьми, одетыми в камуфляж, а их лица закрыты масками. Наличие людей побудило блондина поинтересоваться о местонахождении Кан Ёсана. Но те просто проигнорили, лишь удостоив его холодным взглядом. Он удивленно хмыкнул, но вдруг он обнаружил знакомый силуэт в глубине коридора. Сонхва начал приближаться к нему слегка кривым шагом, всё таки боль в теле всё ещё присутсвовала, по пути разглядев, что это Ёсан. Тот заговорил мгновенно: — Надеюсь, у тебя было доброе утро. Готов к экскурсии? — он держал в руках коробку с пробирками, наполненными кровью. Сонхва не сдерживал своего любопытства, и без стеснения рассматривал стеклянные пробирки, словно это экспонат. Увидев любопытство в глазах собеседника, Кан усмехнулся. — Не переживай, это просто базовая процедура. Каждый месяц мы берем кровь, чтобы быть уверенными, что со всеми людьми, что находятся с нами, нету никаких заболеваний. Кстати, тебя такая процедура тоже ждёт. "Что-то тут не так" — Сонхва охватывали сомнения, но он предпочел не спрашивать, не рушить своим недоверием общение с практически единственным человеком, который хорошо отнесся к нему. Толчок в плечо вернул его из своих мыслей.. — Ты чего? Пойдём, у нас не так много времени. — убедившись, что до Сонхва дошли его слова, младший развернулся и неспешно пошёл в сторону одной из дверей. Судя по ее виду – это был выход из спального отсека. как ни странно, он оказался прав. Пройдя через дверь, они вышли в большое помещение. Оно выглядело довольно мрачно, тускло, даже как-то.. потерянно. Войдя туда у него мгновенно появилось желание сбежать от сюда. Еще с раннего детсва огромное скопление людей вызывали у него лишь панические атаки и отторжение. Когда он стал старше, стало чуть легче, но сейчас, смотря на толкучку, происходившую в главном зале, ему захотелось спрятаться за маму, прямо как в детстве. — Ёсан, можем мы поскорее уйти от сюда? — скрыть панику не удалось. Голос дрогнул, и звучал так, словно в горле Сонхва застрял камень. Хотя, на удивление, Кан только кивнул и ускорился, пробираясь через толпу. И только бог знает, как старший был ему благодарен за это. Чтобы дойти до кабинета пришлось пройти достаточно приличное расстояние: через два коридора и ещё один большой холл. В этот момент Хва задумался, насколько же большое это здание. Зайдя в кабинет, он огляделся. На самом деле тут было достаточно много всего: несколько коек и кушеток, большой стол, много шкафов с разными лекарствами и пробирками, какие-то приборы и непонятные установки: видимо, для исследований. Даже не смотря на это, тут было довольно уютно. Тем временем Ёсан раскладывал пробирки по подставкам, мелодично напевая себе что-то под нос. — Присаживайся на ближнюю кушетку, Хён. раз уж мы тут, возьму у тебя кровь. — Ёсан отложил пробирки. — Хорошо. — хоть Хва и ненавидел все эти процедуры, даже не задумываясь, сделал то, о чём его попросили. Почему то именно Кан Ёсану он захотел довериться. — Какая у тебя группа крови? — надевая перчатки, поинтересовался младший. Этот вопрос ввёл Сонхва в ступор, если так подумать, он не особо этим интересовался, даже до апокалипсиса. Обычно вся медицинская ответственность лежала на его родителях, и все документы видели тоже лишь они. — Честно, я не помню. Кан удивлённо на него посмотрел: — Даже так, интересно. Ладно тогда, закатай рукав и положи на подставку рядом с тобой. — он тем временем уже производил активные действия с шприцом. Сонхва сделал всё, как его и просили. У младшего была достаточно лёгкая рука, и он даже не почувствовал, как его руку проколола игла. Но именно этот момент был самым болезненным для него в прошлом. Хва просто наблюдал, как пробирку заполняет тёмно-алая кровь. Он перевел взгляд на руку, только сейчас замечая, насколько бледная у него кожа. Если бы он увидел такую у кого-то другого, то точно бы забеспокоился. Когда Кан закончил, он приложил ватку и обмотал одноразовым бинтиком. — Вот и всё. сейчас уберу, и мы пойдем. — с улыбкой Ёсан встал, и направился к тому же шкафу, по дороге снимая перчатки. Через несколько секунд послышался шелест ткани перчаток о пакет в урне. — Могу я задать вопрос? — послышался голос Хва. — Конечно, — Что раньше было в этом здании? Когда мы шли сюда, то мне показалось, что оно достаточно большое? Обернувшись, Кан ответил с заминкой, явно неуверенно: — Я не знаю. это нужно спросить либо у Хонджун-хёна, либо у Минги. Они нашли это здание, и я думаю, что скорее всего раньше здесь располагалась либо тюрьма, либо больница. Так, ладно. мы с тобой и так задержались. нужно идти, нам ещё надо успеть на собрание. — Опять собрание? — недовольно цокнул Сонхва. — Оно что, у вас каждый грёбанный день? На это младший только усмехнулся и направился в сторону выхода. И Сонхва ничего не оставалось делать, кроме как пойти за ним. Они проходили около часа по ощущениям, если не больше. Успели увидеться с Уёном на кухне, который опять чуть не нарвался на подзатыльник благодаря своим шуточкам. Также с Чонхо в оружейной, и тот лишь приветливо поздоровался , но попросил его не отвлекать. И даже с Саном - он в свою очередь прогуливался во внутреннем дворе. Из этой экскурсии Хва узнал, что в этом здание есть целых пять спальных отсеков, так же просторная столовая, кухня, несколько залов для тренировок, внутренний двор, находящийся под куполом из стекла, лаборатория, что-то на подобии «тюрьмы», если кто-то начинал драку, конфликт или вовсе восстание, то его сажали туда. А так же три склада с оружием, едой и всем необходимым. Здание делилось на два блока. он жил в блоке С, а весь основной состав жил в А. Его обещали поселить ко всем, но все еще не сдержали обещание. Больше всего его заинтересовала дверь, которая находилась недалеко от "тюрьмы". На вопрос о том, что же там – Ёсан просто пожал плечами, сказав, что ему пока не нужно это знать. Закончили они там же, где и начинали у медпункта. Честно сказать, Сонхва выдохся окончательно- и только успокоившаяся боль в теле решила внезапно дать знать о себе. — Мы достаточно быстро закончили. И.. до собрания ещё час. Можешь сходить поесть или вернуться в комнату. — повернулся на него Ёсан. — Спасибо за экскурсию. я не голоден, так что, я пойду в комнату. — Ёсан на это только улыбнулся, похлопал его по плечу и торопливо побрел к себе. На деле Сонхва был голоден. Даже слишком. Он ничего не ел с самого утра, и его всё равно очень сильно тошнило от голода. И опасаясь оставить свой желудок вместе с едой где-нибудь в туалете, он направился в комнату. Пока Хва шёл, он заметил, что на него очень странно оглядывались и пристально смотрели. Решив не придавать этому значения, тот просто отмахнулся от всех взглядов,,продолжая свой путь к комнате. Наконец-то дойдя до неё, он понял, что силы его покинули окончательно. И спустя считанные секунды его тело буквально упало на кровать, …а его мозг просто отключился, и он вместе с ним. Спустя час, сквозь сон, он услышал звук открывающейся двери и приближающиеся шаги. Как только обладатель шагов остановился перед ним, Сонхва почувствовал прикосновение тёплой руки к своему плечу и затем услышал глухой голос: — Эй, соня, просыпайся, дела не ждут, и капитан в том числе. — Голос был приглушённым, но даже так Хва смог разобрать, чего от него хотят. Он открыл глаза и проморгался, прогоняя отвратительное ощущение, будто глаза режут ножом. Он стал искать обладателя голоса, но, к удивлению, осмотрев комнату, никого не увидел. Но тут резко послышалось шуршание с верхнего яруса, и оттуда выглянула голова никого иного, как Чхве Сана-чтоб его дери- напугавшего Сонхва до полусмерти. — Блять, зачем так пугать? — подскочил на кровати до положения сидя Сонхва, держась за сердце и с очень красноречивым выражением лица, которое давало понять: кто-то сейчас умрёт. — Эй, ну ты чего, я же не специально, — со смехом, почти свалившись с проклятой кровати (жалко, что почти), Сан выпрямился и наблюдал, как бедный хён пытается подняться. — Иди к чёрту, Сан, в следующий раз я тебя стукну, клянусь всем, что у меня есть. — Ладно, ладно, понял. Пойдём, а то капитан правда уже заждался. — Ничего страшного. Вот скажи мне, Сан: я хоть раз в жизни, нахрен, проснусь по своей воле, а не от криков, голосов и некоторых придурков? — Привыкай, Сонхва-хён… теперь так будет всегда. В ответ ему послышался отчаянный стон и жалобное хныканье. *** — Стой, погоди. То есть вы хотите сказать, что я здесь буду заниматься планированием вылазок? Вы с ума сошли? А если кто-то погибнет, это же моя будет вина. Нет, нет и нет, ни за что и никогда, — почти кричал Сонхва на Хонджуна. — Всё будет нормально, если бы я не был в тебе уверен, я бы не дал тебе этим заниматься. — спокойно и уверенно говорил тот. — Да какого чёрта, мы знакомы от силы три дня. Ты нихера обо мне не знаешь, никто из вас. — Для начала успокойся и давай спокойно поговорим. — Нет, блять, я ни за что в жизни не возьму ответственность за других людей. Мне уже хватило. — Его разрывало от непонимания, раздражения и глухой, тяжёлой злости. Какого чёрта они решили скинуть это всё на него и с чего они вообще взяли, что он сможет и согласится на это? Тут голос подал Минги: — Хён, мы всё понимаем, тебе тяжело, ты ещё нам не доверяешь и опасаешься. Но хотя бы выслушай нас. Мы давно наблюдали за тобой, ты почти всегда выходил невредимым из вылазок. Так что тебе мешает сделать то же самое, только с большим количеством людей? — Что мне мешает?! Да вы совсем из ума выжили. Я, никогда, ещё раз повторяю - никогда не возьму ответственность за других людей. Если с ними что-то случится, будут винить меня, я этого не хочу. Да и тем более, раньше вы же как-то продумывали свои планы и стратегии, вот и продолжайте. Меня в это не смейте вмешивать. — Он уже развернулся и хотел выйти из кабинета, как кто-то грубо схватил его за запястье. — Ну уж нет, ты никуда не пойдёшь. — Обернувшись, Сонхва увидел Чона-матьтвою-Юнхо. Вырвав руку из его цепкой хватки, практически прошипел: — Не смей меня трогать, я вам никто, и вы мне тоже. Я не обязан делать всё, что вы скажете. На лице Юнхо отобразилось удивление и раздражение. И вот именно в этот момент не выдержал капитан: — Послушай меня сюда, мы приютили тебя, дали одежду, кровать, еду, а тебя ещё что-то не устраивает? Неблагодарный говнюк. - Во время своей речи он подходил всё ближе и ближе к Сонхва, тем самым загоняя его в угол. — И ты меня послушай, Ким Хонджун. Я, блять, не просил меня забирать, это как раз таки вы пришли и похитили меня. Не я к вам пришёл, а вы ко мне. Вы во мне нуждались. И если вы не хотите меня слушать, тогда я уйду. Я не многое теряю. — Вот как ты заговорил. Хорошо. Тогда чем же ты хочешь заниматься? — Чем угодно, главное, чтобы я не нёс ответственность за других. — Хорошо, тогда будешь садовником. И при таком раскладе не жди, что будешь в главном составе. — Да и слава богу. Чем меньше я буду с вами пересекаться, тем лучше. — После этих слов атмосфера в комнате стала намного напряжённее. Он посмотрел на остальных: в чьих-то глазах он увидел обиду, в чьих-то — злость и отвращение, но в одних глазах не было просто ни-че-го. — Вот и славно. А теперь возвращайся в комнату, через двадцать минут за тобой зайдут. — Гордость Пак Сонхва когда-нибудь сведёт его в могилу, но не сейчас. Он лишь с холодной улыбкой, последний раз посмотрел на всех присутствующих в комнате и вышел из неё — с отвратительным, липким ощущением на душе. Пока Хва шёл до своей комнаты, он прокручивал диалог в голове ещё раз. Может быть, не стоило так? Хотя… первым всё это заварил не он. Уже почти дойдя до комнаты, он столкнулся с мужчиной достаточно крупного телосложения. — Извините. — На него сегодня и так хватит конфликтов и ссор. — Смотри, куда прёшь, принцесска, — но у мужчины, видимо, были другие планы. — Ты же новенький? Симпатичный. — Помимо отвратительной ухмылки, от которой захотелось блевать, Сонхва почувствовал чужую настойчивую руку на своей пояснице. Быстро скинув руку с себя, Пак как можно быстрее поспешил ретироваться. И позади услышал лишь громкий смех и фразу, которую никогда не хотел бы слышать: — Мы ещё не закончили. Быстро зайдя в комнату и заперев её, он прислонился спиной к стене и пытался привести дыхание и сердцебиение в норму. Как же он ненавидит это всё, как же хочется свалить отсюда. Сонхва предпочёл бы лучше общество зомби, чем ещё раз выйти к этим животным.​