Грёзы, где вместо роз - кровь.

Долгие два года капитана Леви мучала бессонница. Стоит его свинцовым векам сомкнуться, как перед глазами тут же всплывает хорошо знакомый образ. Каштановые волосы, обычно небрежно собранные в подобие пучка, рассыпались на грязном полу; зелёные глаза, всегда напоминающие Риваю утренний лес после дождя, сейчас такие стеклянные и неживые; его пухлые губы, казалось, пересохшие и неестественно бледные, синие; черты лица слишком неправдоподобно заострены, как для живого человека. Хотя, так, собственно, и есть. Его кошмарность в том, что каждый день в своём сне Леви видит мертвеца. Он ничего не делает, просто молча смотрит на отсеченную голову солдата. Но усопший не был обычным солдатом из разведкорпуса, он – Эрен Йегер. Их спасение и разрушение в одном лице. Их падший ангел. Его Эрен. В конце кошмара Ривай обычно видит, как открываются затуманенные глаза юноши, а из уст срывается одна фраза: ты не сдержал обещание. После неё Леви начинает задыхаться, будто кто-то наступает ему на горло, жестоко перекрывая воздух. Но он никогда не сопротивляется. Капитан знает, что это делает Эрен, что это он возмещает ненависть и обиду. И он, Леви, этого заслуживает. Он пытался заставить себя поверить, что со временем боль пройдёт или хотя бы немного потупится. Но какой же человек заслуживает шанс на нормальную жизнь, если не смог сдержать обещание перед самым дорогим человеком? Какой капитан заслуживает на прощение, если не смог сохранить своему подчинённому солдату жизнь? Никакой. Сон заканчивается, и Леви просыпается в холодном поту. Ему хотелось бы, чтобы тело перестало так остро реагировать, а глаза слезиться. Всё же два года ему снится одно, и тоже. Это утомляло. Это заставляло Ривая чувствовать себя живым. Он этого не хотел. Микаса Аккерман – самый приближенный человек к Эрену после него самого – уже почти полностью отпустила Йегера, начала жить нормально человеческой жизнью и неоднократно убеждать его в том, что Леви не виноват в смерти Эрена. «Это, должно быть, судьба. Мы ничем не могли бы ему помочь, ты должен это понять. Отпусти его» – постоянно говорила та. Капитан соглашался только с последним. Он действительно должен отпустить своего зеленоглазого ангела, так было бы проще для всех. Так будет проще для его жалкой эгоистичной натуры. Но как это сделать, если Эрен приходит к Леви каждую ночь и обвиняет в своей смерти? Как стереть воспоминания о его голосе, улыбке, запахе, теплых руках и любящем взгляде? Никто не отвечал на его вопросы, все лишь с жалостью вздыхали и уходили. Даже походы к психологу ничем особо не помогали. Весь приём он молчал, а потом вставал и уходил. Просто в один прохладный день, когда погода за окном была пасмурной и прохладной, он решил, что не имеет права держать Эрена, не давая тому покоя. Он должен его отпустить. Йегера нет уже два года. Пора положить этому сумасшествию конец. Тогда, может быть, его перестанут мучать кошмары и сон станет вновь здоровым. «Пора бы действительно пытаться тебя отпустить» – думает Леви перед тем, как уснуть. *** Этой же ночью, после принятия такого сложного для него решения, ему удалось достаточно быстро провалиться в сон. И когда Леви открывает глаза, оказывается в широком ромашковом поле. Солнце стоит высоко в небе и нежно ласкает его бледное лицо, от этого он немного прищуривает глаза и оглядывается по сторонам. Поблизости сплошные цветы, да и только, и лишь вдалеке виднеется немаленькое дерево. Капитану ничего не остаётся, как пройти к нему. Когда между ним и деревом оставалось расстояние в метров тридцать, Ривай замечает человеческий силуэт. Неизвестный сидит, запрокинувши голову назад, спиной опираясь о ствол, скорее всего, мощного дуба. На нём серые штаны и светло-зелёная рубашка, а на шее блестит подвеска. Леви приближается еще ближе и замирает. Он не верит своим глазам, но перед ним сидит Эрен. Живой юноша, с вздымающейся грудью. Его кожа выглядит слегка загорелой, как раньше. От него исходит запах жизнь, лета, свободы и хвои. – Эрен? – Хрипло спрашивает Леви, и не узнаёт свой собственный голос. Его руки пробирает дрожь, а ноги подкашиваются, но он держится. Хотя сам удивляется, как это у него получается. Йегер смотрит на него. Его взгляд отличается от того, каким он раньше смотрел на Леви, но он и не тот стеклянный, мертвый. На губах парня появляется слабая улыбка, такая знакомая, такая родная. Ривай хочет сломя голову броситься тому в объятия, но понимает, что не может двинуться с места, даже пошевелиться не может. Получается только смотреть. – Ты плачешь, Леви. – Тихий, умиротворенный голос пронизывает тишину. Ривай готов отдать свою жизнь, чтобы Эрен ни за что не прекращал говорить. Он хочет что-то ответить, но не может, просто кивает. Да, он плачет. Слезы стекают по его щекам, но ему плевать. Это будет заботить его потом, когда-то в следующей жизни. – Это совсем на тебя не похоже. Почему? – Невинные глаза утыкаются в глаза Леви. Капитан чувствует себя досадно. Неужели Эрен действительно не знает ответ? Или просто хочет это услышать от него? Что скрывается за маской невинности? – Ты жив… – Вместо ответа говорит Ривай. Улыбка исчезает с лица Йегера. – Нет, Леви, я мёртв. Два года почти. Капитан вздрагивает и выдавливает тяжелый вздох. Он знает это, но сейчас, когда Эрен выглядит таким живым и настоящим, он не может поверить. Ривай отрицательно мотает головой в разные стороны. Внезапно из юноши вырывается смешок. Он поднимается на ноги и подходит к Леви, берёт его за руку. Только сейчас капитан чувствует, что тот мертвецки холодный. Они идут куда-то прямо в абсолютной тишине. Свои ноги Ривай не чувствует, они кажутся ватными, чужими. Он смотрит вниз и видит, что ромашки прекращаются, а прямо перед ними пропасть. Но Эрен не останавливается. Леви тоже, потому что попросту не может. – Эрен… – Начинает Ривай, но юноша внезапно отпускает его руку и толкает капитана вперёд, в самую пропасть. Всё это происходит буквально за секунду, и когда Леви понимает, что произошло, уже летит на сумасшедшей скорости вниз, на верную гибель. Но он не умирает, когда падает. Толстый шар воды полностью окутывает его тело. Ривай чувствует, что вот-вот начнёт задыхаться, поэтому пытается на автомате вдохнуть воздух, с удивлением замечая, что может дышать под водой. К его слуху доходят какие-то странные звуки. Он поворачивается, и то, что он там увидел, заставляет капитана побелеть. Он видит Эрена и себя, то, как отсекает ему голову лазом своего меча, а потом бросается вперёд и обнимает окровавленную голову, а из, кажется, самой души вырывается крик боли и отчаяния. Ему становится тяжело дышать, он пятится назад и внезапно выходит из шара воды, оказывается в неизвестной комнате. – Ну как, вспомнил? – Раздаётся где-то в дальнем углу комнаты. В помещении очень темно, и у Ривая не сразу выходит отыскать глазами Эрена. Тот сидит на кровати, и качает ногой. – Как ты мог забыть, что убил меня? Как ты посмел попытаться меня отпустить? – Я не забыл! – Тут же выкрикивает Леви, стыдливо игнорируя последний вопрос. – Ни секунды с того момента не прошло, чтобы я об этом не думал, Эрен. Поверь. – Я считал, что ты любишь меня, а ты только и думал, как бы меня убить. – Безразлично продолжил Йегер, словно не слышал его. – Ты думал об этом всегда? Даже когда я делал так? – Спросил Эрен и оказался совсем рядом с Леви, рукой провёл по его ягодицам. Ривай почувствовал жар, исходящий от Эрена, но не понимал как это возможно, ведь ранее его рука была холодной. – А когда я делал так? – Губы Йегера оказались на шее капитана, оставляя после себя алые следы. Он то кусал нежную кожу, языком слизывая выступающую кровь, то просто оставлял засосы, а его тёплое дыхание щекотало. Леви почувствовал предательскую боль внизу живота и слабость в ногах. Эрен прекрасно знал, как свести Леви с ума, как распылить его за секунду. С уст Ривая сорвался полу-стон, когда юноша прижался к нему всем телом. Капитан почувствовал, что Эрен тоже возбуждён, наверное, даже больше, чем сам он. В зоне паха начало пульсировать и Леви инстинктивно качнулся вперёд, рисуя хищную ухмылку на лице Йегера. – Ты всегда был таким нетерпеливым, Леви. – Сказал Эрен и после этого они оказались на белоснежной кровати. Юноша навис над Риваем, последний заметил, что они абсолютно нагие, но ни капли не смутился. Это был далеко не первый их раз. Взглядом он стал ловить каждый изгиб Йегера, до этого уже давно исследованный его языком. Крепкая рука юноша легла поверх его члена, другая сжала его собственные две худые конечности где-то у Леви над головой. Он был в сладкой ловушке, из которой желал никогда не выбраться. Эрен сдавил его эрогенный орган, который был полностью испачкан в естественной смазке и Ривай всхлипнул. Но в следующую секунду Йегер соединил их губы в мокром поцелуе. Капитан сразу податливо приоткрыл рот, пропуская язык второго в ротовую полость. Эрен умело скользил им по нижним и верхним зубам, их языки сливались в страстном танце. Воздуха не хватало и Леви казалось, что он сейчас задохнётся. Слёзы накапливались в глазах, но ему это нравилось. Не хотелось нежностей, не сейчас. Они оба предпочли бы иное. Эрен резко разрывает поцелуй и переворачивает его на спину, ничуть не послабляя хватку. Ривай хочет видеть лицо любимого в такой интимный момент, но не может сказать и слова, ибо Йегер приставляет свой член к его дырочке и резко входит. Секундная боль прорезает, и из глаз брызгают слезы, но юноша это игнорирует и начинает двигаться, задавая нарастающий темп. Его член быстро находит простату и начинает двигаться лишь в том направлении. Стоны и шлепки соприкасающихся тел разносятся по всей комнате. Такие пошлые и непристойные, но Леви настолько хорошо, что он попросту не слышит этого. Ему плевать на то, как он сейчас выглядит. Имеет смысл лишь то, что Эрен сейчас в нём, их тела сейчас одно целое. И если бы Ривай мог, то с радостью отдал бы своё тело любимому. Во всех смыслах этого слова. Йегер делает последнее движение и изливается внутри Леви, второй кончает почти сразу за ним, только в конце вспомнив, что наверняка испачкал руку Эрена, которой той держал его член. Эрен обнимает его и целует в лоб. Ривай бросает короткий взгляд на простынь и видит, что та полностью в крови. В его и Эрена крови. Но это его не пугает. Выглядит очень завораживающе. – Я не прощу тебя. – Тихо шепчет Йегер. – Не прощай, я никогда этого не заслужу. – Я буду вот так тебя наказывать каждую ночь за то, что ты действительно хотел отпустить меня. – Угрожает Эрен. – Я готов терпеть это наказание вечность. – С готовностью отзывается Леви. В груди внезапно начинает щемить и Ривай подрывается. В сидячем положении, он замечает, что находится в своей комнате. В воздухе не витает металлический запах крови, к которому за короткий промежуток времени успел привыкнуть Леви, а на кровати нигде нет ни крови, ни Эрена. – Значит, грёзы… – Немного грустно констатировал сам себе капитан, но затем вспомнил обещание Эрена, слишком правдоподобный секс, пережитые эмоции и слегка смущенно улыбнулся. – Нет, это явь. Хоть так, но я смогу быть с Эреном целую ночь. – Внезапно осознал он. Затем едва слышно добавил. – Мне не придётся тебя отпускать. Потому что ты не умер. Они просто все врали. С того дня к нему каждую ночь приходил Эрен во сне, но уже не в застарелом облике мертвеца с отсеченной головой, а как страстный и желанный любовник. Леви прекратил выходить на улицу, полностью отдавшись безумству. Каждая секунда проходила в бреду, потому что нигде не было Эрена рядом. Он еле дотягивал до ночи. Только тогда его любимый вновь становился живым. Ривай почти не ел и не пил. Один раз к нему заходила Микаса, и вид Леви её очень испугал. Его безумные глаза говорили, что он не смог справиться с горем. Оно его захлестнуло. Девушка пыталась достучаться до его здравого рассудка, но попытка была обречена на провал. Тот лишь накричал на неё и прогнал из дома, а последние его слова были: не мешай нам с Эреном. Через месяц к ней пришла весть, что капитан Леви Аккерман скончался из-за длительного измождения организма. Но его кончина была лишь вопросом времени, все это видели. Он чахнул на глазах без Йегера. Стоя на похоронах, девушка посмотрела на серое небо. Микасе показалось, что там она увидела Эрена и Леви держащихся за руки. А может и вовсе не показалось. Со слезами на глазах она улыбнулась видению, кинула последний взгляд на надгробия и покинула кладбище. Две могилы стояли рядом, а на них красовались великие имена героев: тут покоятся «Эрен Йегер» и «Леви Аккерман». Слабый ветерок играл прощальную мелодию сердец, вновь соединившихся в бесконечности. Больше никто не страдал. Все обрели желанный покой.