Влюбись в меня, если посмеешь!

      Я впал в депрессию. Настроение изо дня в день становилось паршивее некуда. В мыслях я часто возвращался к тому разговору с Павлом.       "А что было, если бы я согласился?"       Но я понимал, что обманываю себя. Не вышло бы у нас ничего. Я не представлял себя с кем-то в отношениях . Ведь для вампира с одним и навсегда — это слишком долго.        Я так себя и утешал. Мне уже начинала казаться идея с домашним обучением не такой уж и хуевой. Секса не будет что тут, что там, но дома хоть дрочить спокойно смогу.       — Я видел вас.       Прервав мои тяжкие самоистязания, искрой и мурашками по спине пронёсся знакомый противный скрип.       — Ммм, понятно. Это все?       — Нет! Если ты не хочешь, чтобы я рассказал Графу, ты должен сделать для меня кое-что!       — Вперед! Мне похуй. Я даже буду сказочно рад съебаться с этой полной зануд и душнил школки.        Драко раскрыл рот в изумлении, он не ожидал от меня такой реакции. Что угодно, но только не равнодушия, приправленного ободрительным похуизмом.       — Ладно тебе... Не особо-то я хотел доносить на тебя. Меня больше интересует твое предложение... — его голос стал значительно тише.       — Какое?       — Не прикидывайся! В первый твой день тут.       Меня разразил хохот.       — Я что, наконец-то стал последним вампиром на свете, что ты решил потрахаться со мной?       — Ладно тебе... И вообще, если ты это не всерьез, то нахуй вводить в заблуждение других?        — Ну тут и дураку понятно было бы, что это подъеб. А знаешь, почему бы и нет. Чтоб я еще когда от халявного секса отказывался.       — А ты та еще шлюшка... Я актив если че.       — Да пожалуйста. Я только за. Мы жирдяи - не очень то активничать любим.       — Ну все, хорош. Че ж ты такой злопамятный и токсичный!       — Какой есть. Да и ты не лучше.       Мы нашли давно неиспользуемое помещение, по старым пожелтевшим стендам походившее на кабинет вампирской анатомии, и закрылись изнутри. Не целуясь, мы начали раздеваться. Я уперся локтями на стол.       Драко прогнул меня еще ниже и начал вводить пальцы. Он был груб и больно меня растягивал, но я терпел. Его когти глубоко до крови впивались в мои мягкие бока. Не хотелось вспоминать о нежном Павле, с которым мне уже ничего никогда не перепадет.       Боль была нестерпимой, поэтому я с трудом выудил из кармана кинутого рядом на столе пиджака коробку собрания и закурил, дабы притупить немного боль.       — Курение в школе запрещено, если ты не в курсе. Дай и мне.       — Секс тоже, если что. Хочешь — возьми.       — Ах ты...       Но мою сигу забрал прямо из губ. Теперь он схватил меня уже за грудь и начал сжимать, как будто женскую.       — У тебя, кстати, грудь больше чем у Готики.        — Значит я пизже Готики?       — Долбоеб, это значит, что худеть тебе пора.       — Нахуя? Даже будучи жирным, я пиздатее и ахуеннее тебя худого. А еще мне девочки дают, а тебе нет.       — Тц! Захлопнись, мудозвон!       "Задел за больное. Как я это обожаю. Бесить народ, я считаю, это искусство, и кому оно дано, те, уже считай, выиграли эту жизнь."       Драко сморщил на лице злобную гримасу. Он сдавил в пальцах мой сосок и начал двигаться резче и глубже. Хватал меня за волосы и тянул с такой силой, что мне казалось, что мой затылок волос останется в его руке.        Я вскрикнул, но не останавливал его дерзкий темп.        Пусть.        Пусть Драко выбьет из меня все едва зародившиеся чувства к Павлу. А может и вобьет новые...       А может и чувств то и не было, я себе сам все напридумывал?       Покидая помещение, Склеполаз кинул мне через плечо.       — Садись со мной. Ты ведь в контрах уже с Великим?       — Тебя это не касается.       — Пошли! И сними уже эти идиотские носки, они совсем не вписываются в твой стиль.       — Ради Дракулы, отъебись от моих носков!

***

      С этой ночи мы с Драко вроде как стали друзьями.        По ебли.        А может и не только.       К дружбе я тоже негативно относился, как и к отношениям. Потому нас правильнее было бы назвать приятелями.       Он был неплох вполне, хоть и бодишейминг не отключал даже во время секса. Натягивал мне на шею свой кожаный черный ремень, называя меня своей свиньей.       Странный фетиш, но ладно. После этого я подумывал о покупке черного кожаного чокера на шею, как у стереотипных нефоров. А Драко, копируя меня, проколол себе уши и покрасился в блонд.       Одну прядь.       Говорит мол: "Попробую, вдруг не пойдет".       Пиздабол. Будто мы видим себя в зеркала. Батеньки он своего строгого боится, вот и зассал обесцветиться полностью, как я.       Да и в целом, у нас все было неплохо. Мы сбегали с пар, чтобы пошляться по секондам, надевая на себя смешные бабские леопардовые или сетчатые обтягивающие водолазки или, наоборот, по бутикам, примеряя гигантские дизайнерские розовые шубы, умирая со смеху от глупого вида друг друга.        Или завалиться в магаз косметики и подкрашивать глаза черными тенями-тестерами.       — А ты разбила папину машину, па-па-папину машину-у-у. А ты убила каждую детальку...— напевал я излюбленные текста песен, пока наносил уже подсохший тестер черной матовой помады.       — Сотри, не позорься, пидор, — ржал с меня Драко, а сам тем временем отвернувшись от меня "типанезаметно" красил ногти черным лаком.       — А ты взгляни на себя, пи-пи-пидор, пидооор, — попытался в такт песни ответить Склеполазу я, раскрашивая глаза в черные тени.       — А ты ебало завали, пи-пи-пидор... — подыгрывал мне он.       Или же пойти в таком эпатажном виде на рандомных ноунейм рэперов или рок-групп однодневок. Покупая чернило в пакетах или дешевое пиво, пачку собрания на двоих, мы сходили с ума на концертах, возвращаясь под утро в школу и получая новые выговоры.        Ну и конечно же экспериментировать в сексуальном опыте, скрываясь в никем не используемых аудиториях или в туалетных кабинках.       Пока в одну прекрасную ночь нас не спалил Оскар.       — Что ты устроил?! В школе! Я немедленно сообщу Графу!       Мы с Драко с трудом уломали его не сообщать о нас, поклявшись "больше так не делать".        — Ладно. Но помни, увижу подобное еще раз. Тебя вышвырнут отсюда! И онанизма это тоже касается. Драко и ты тоже имей в виду!       Оскар покинул туалет первым, давая нам время спокойно одеться.       Покидая туалет, я ругался на отпрыска Графа всеми возможными матами, проклинал всеми возможными проклятиями. Мне было обидно до слез. Только-только мне начало становиться сносно в этой школе. Только-только я начал получать кайф, проводя время с Драко. И тут этот чертов мудазвон Оскар все мне поднасрал.       Кошмарикс слегка был в ахуе. Даже для него моя ярость в виде непрекращаемого потока матов была слишком сильна.       — Да я при встрече точно разобью ебало этому уебку!       — Тогда тебя точно отчислят.       — Да похуй. Все равно ебаться нельзя. А так напоследок хоть какая-то радость.       — Не пори горячку. Я обязательно придумаю что-нибудь. Мне, знаешь ли, тоже не хочется терять твой жирный, но узкий зад.       — Так жирный или все таки узкий?       — Блять! Ганс! Да и вообще, ты это... не агрись сильно на Ужасающего. Он не всегда был таким истеричным. У него триггер на счет любых взаимоотношений.       — Какое мне дело до его триггера!        — Ну знаешь. Когда ему было 140, он встречался со смертной девчонкой.        Заставив себя успокоиться, я решил послушать. "Встречался со смертной девчонкой" — уже не вписывалась в образ жесткого старосты-шестерки Ужасающего.       — Он тогда был таким же ебантяем, как и мы с тобой. Тоже любил съебывать в город. Правда, чаще всего причина была одной. Любовь. Любовь к одной смертной девочке, да еще и внучке охотника на вампиров. У них, можно сказать, были идеальные отношения. Но... Все мы знаем, как столь короток человеческий век. Шли годы, шла и ее быстротечная жизнь. Оскар был вынужден обрубить на корню эти отношения, ибо как он смог бы потом объяснить уже взрослой женщине Солнышко, почему он до сих пор выглядит как 15 летний мальчик. Десять... Двадцать... Тридцать лет. Она превратилась из маленькой девочки во взрослую женщину. У нее появилась семья. Она быстро забыла о своей непродолжительной влюбленности в странного бледного мальчика, наведывающегося к ней в ночи. Годы медленно убивали в ней жизнь. Оскару только и оставалось, что наблюдать за этим со стороны. Это звучит просто ужасно. А я ведь ему говорил. Все ему говорили. Брось, Оскар, эту затею. Вампирам и людям — не бывать вместе. Но разве он слушал кого-то? Этот влюбленный идиот... А он еще и всерьез искал способы стать смертным...       Не скажу, что меня тронула эта история, ведь я все еще не отошел от досады и гнева к Ужасающему, но я хотя бы узнал причину его категоричности в плане моего "развязного поведения".       — И правда, влюбленный идиот.

***

      Прошло некоторое время. Я смог освоить искусство тайной дрочки. Отпрашиваться на занятиях в туалет, но не часто. Чтобы Ужасающий не подумал заявиться со своей ебучей "ревизией". Все шло гладко. Потому я больше не нуждался в члене Драко.       Но в один раз Склеполаз с грохотом разбивающейся об стену двери все-таки заявился лошадиным галопом в туалет.       — Жиробас Фон Майер, я знаю, что ты там дрочишь! Вытаскивай давай сюда свой жирный зад, есть разговор!       — Не дам я тебе, Срако Склепозад третий! Не люблю вампиров, которые токсичнее меня.       — Хах! Значит признаешь мое первенство?       — Можно сказать и так, а теперь съебись, я хочу подрочить, пока Оскар снова не взъебал мне мозг.       — Ладно, я то съебусь. А ведь у тебя мог бы быть вечер куда повеселее твоей унылой дрочки...       — Стой! О чем ты?... — не натянув штаны, вылетел я из кабинки с голым хуем.       Рот Склеполаза растянулся в широкой улыбке.

***

      Мы прилетели в какое-то странное место. Я не особо понимал, зачем мы вообще запрыгнули в люк.        "Наверно мы спрячемся и потрахаемся. Неплохо. Можно было бы и раньше до этого додуматься."       — Я познакомлю тебя с одним моим кентом. Он славный парень.       "А Склеполаз хорош. Превзошел все мои ожидания. Не уже ли мы устроим групповушку?"       Драко отдернул штору. Я увидел парня, дремавшего на стуле, сложив ногу на ногу на карточном столе.        На нем было серое пальто, бордовый свитер. Из под кепки выбивались рыжие пряди.       — Бак! Проснись и пой! Я привел его! — Драко со всей дури ляпнул ладонями по столу.       Рыжий парень аж подскочил от неожиданного крика Склеполаза и удара по столу и грохнулся со стула на пол.       — Блять! Клыкастик, пугать обязательно было?!       — Ну а хули ты разлегся посреди ночи?!       — Ну а хули ты врываешься ко мне без предупреждения?!       Некоторое время я стоял в стороне, слушая их перепалку и оценивающе рассматривая приятеля Драко.       "Он очень даже хорош собой. Я бы даже сказал, красив. Очень. Интересно, каков же он в сексе..."       — А ты чего стоишь на пороге, проходи внутрь, маленький клыкастик.       — Маленький? Прикалываешься?! Я в двое шире тебя. Но похуй. Ганс, — стараясь показать всю свою самоуверенность, я приветственно протянул ему руку.       Рыжий взял мою пухлую ладонь, не спеша ее пожать, и посмотрел прямо в мои глаза.       — Ганс, ммм... А я Бак! Бак Вкусный, свободный вампир! Могу делать то, что хочу и когда захочу, — и под конец вступительной речи, он пригубил мою руку.       Драко стоял у стены, сложив руки и закатав глаза:       — О, опять эта схема.       Я опешил и, вырвав руку, краснея, почувствовал, как задергался мой глаз.       Бак, положив руки себе на пояс, разразился заливистым смехом.       — Малыш Драко, а он мне нравится! — рыжий шелкнул пальцем в мою сторону.       — Я же говорил. Ну так что? Начнем?       Бак снова посмотрел мне в глаза, в этот раз уже коварно, раздевая прямо взглядом.

***

      — Какую позу выберешь, маленький клыкастик?       Я сидел уже без пиджака спиной к ним на коленях Бака и Драко, уместившихся на старом рваном кресле.       Они кусали меня с двух сторон за шею, выпивая мою кровь. Это было приятно до дрожи. Драко заползал мне под рубашку, Бак ее расстегивал.       — Хочу... чтобы вы оба вошли сзади...       — Не боишься? Два сразу — это очень больно будет.       — Не тупой, догадываюсь.       — А может хочешь кому-нибудь из нас сделать минет?       — Нет, не хочу, — за мной последовал быстрый ответ.       Я не вдавался в подробности. Но сосал я действительно очень хуево. Это на себе прочувствовал Павел. Так что лучше я буду орать от разрыва очка, чем позорно кашляя и покрывая все вокруг слюнями и соплями от рвотного рефлекса.       Бак стянул с меня рубашку и весь низ одежды.        — Драко, ты войдешь первый, потом я, — пояснил он, разворачивая меня к себе и усаживая на коленях.       Драко стоял за мной и раздевался.       Рыжий снял с себя свитер, оголяя тощее плечистое тело и принялся сжимать мою жопу. Он взял на себя инициативу растянуть меня.       Я приподнялся на колени и уперся руками в его худые плечи.       "Хоть у кого-то есть смазка, я спасен."       Он ввел палец с прохладной вязкой жидкостью, почти сразу и второй, третий.       Болевые ощущения быстро сменились приятными. Я покраснел, мне становилось жарко, дыхание участилось.       Бак, убрав пальцы поводил немного влажной головкой по аналу, подразнивая меня. Я не сдержался и насадился, начал сам активно двигаться. Но Бак остановил меня.       — Погоди, это роль Драко.        "Роль? Мы что в театре? Какая разница?"       Я только собирался развернуться к нему, но Склеполаз не позволил мне это сделал. Он заломил мою руку сзади и нагнул меня низко к Баку. Сразу же вставил в меня и стал осуществлять быстрые грубые толчки, выбивая из меня стон.       Бак дал Драко власть надо мной на некоторое время, а сам облапывал мой живот, грудь, соски.        Я кайфовал от его рук. Они крупные, рельефные от нездоровой худобы, шершавые от шрамов и сухости кожи, на ногтях черный потрескавшийся лак. Но и руки Драко мне нравились. И Павла. Кажется, я открыл для себя новый фетиш.        Бак переключился на новое развлечение: оставлял большие яркие засосы по всему моему телу, ведь с шеей все уже было покончено. От чего я возбуждался еще сильнее.       — Как же мне нравится твоя кожа, такая мягкая и нежная. Драко, что ж ты от маня скрывал такого славного друга?       — Потому что я сам им пользовался, — Драко потянул меня за плечо к себе.       Я вспомнил про "свинью". И вовремя. В тот же момент почувствовал как защелкнулся кожаный чокер у меня на шее.         Бак от этого вида расплылся в изумлении.       — Мелкий эгоист. Нужно хоть иногда делиться.         Рыжий провел пальцем по чокеру, слегка заводя когтем под него, от чего у меня замерло сердце.       — Ты еще не был внутри него. — Драко заломил теперь уже обе мои руки назад и выгнул меня. Я почувствовал, как плотно стягивается ремень на запястьях.       — Уже не терпится. Интересно вы, однако, развлекаетесь. Тебе так идет ошейник, Ганс.       — Не думаю, просто потрафляю причудам Склеполаза.       — Тогда почему ты стал таким влажным, когда его на тебя надели? — Бак обхватил мой член и скользнул по  головке большим пальцем.       Я не нашел, что ответить ему, потому просто поцеловал его глубоко и пошло.       — Ммм, клыкастик, а ты ахуенно целуешься. Драко ведь у тебя не первый?       — Скорее, сто первый. Их было столько, что я потерял счет.       — Ты же школьник, откуда? Не верю. Тебе точно есть 180?        "Хотелось бы и мне не верить в это. Не весь мой опыт был приятным, о некоторых "разах" хочется забыть, как о страшном сне."       — Я переведенка, поэтому я не совсем школьник.       — А выглядишь совсем как ребенок, хочешь я стану твоим daddy?             — Не интересует.       Я так и думал, таких типов личности как Бак, "отказы" только сильнее провоцируют на действия. Это можно использовать в выгоду себе, если не злоупотреблять.       "Дракула подери, рассуждаю как настоящая сучка."       Драко же другой. Его холеричные поступки не подвергаются логике. Его не прочитать. Кажется, во мне только что умер "психолог".       — Тогда что же тебя интересует, позволь узнать? — рыжий прервал мои короткие рассуждения, слегка надкусив чокер и потянув зубами за кольцо на нем. — Сюда было бы неплохо вставить цепь.       — Только секс. Секс, ебля, потрахули, поебушки, называй это, как хочешь.       Бак рассмеялся. Меня это обескуражило. Ведь я на пафосе задвигал тут ему, а он просто ржет.        — Ты просто еще не влюблялся, малыш. Потом поймешь, о чем я.        Кажется, у меня второй раз за сегодня задергался глаз. Меня совершенно не радовала такая возможная перспектива. Особенно после драматик лав стори Ужасающего.       "Чтобы я еще превратился в неврастеника, как этот хмурной гусь?! Да ну нахуй..."       Да и думать об этом я уже больше не мог.       Бак начал запускать пальцы прямо во вход вместе с членом Драко, двигал ими. Темп замедлился, а боль росла.        — Драко ближе немного. Вот так, да. Я вхожу.       Два вампира вплотную зажали меня между собой.       Адская боль парализовала меня. Конечно я не мог сдерживаться и орал. Но не слазил, заставлял себя терпеть, ведь я так хотел попробовать втроем, такой шанс нельзя упустить. Немного привыкнув, я попросил Бака дать сигу.       — Предупреждал же, что больно будет, — усмехнулся он, протягивая синюю пачку кемела.       — Пустяки. Сейчас привыкну.       — Может мне все таки достать? По очереди тебя оприходуем. Тоже будет ахуенно.       — Не, мужик, не парься, отпускает уже.       — Ну смотри.       Сжав в зубах сигу, я начал медленно двигаться. Драко подключился тоже. Сложно было синхронно с кем-то это делать. Но мне все равно нравилось.       — Сигареты, кстати, продлевают оргазм, — Бак выхватил из моих губ сигу скуренную почти до бычка и сделал последнюю глубокую затяжку.       "И где только ты, Драко, откопал этого парня. Я хочу с ним потом еще раз и еще...."       Я смотрел в глаза Баку, он в мои. После нашей негласной "словесной битвы", он разжег во мне чувство борьбы. Такие разговоры, да еще и во время полового акта меня только сильнее возбуждали.       "Этот рыжий лис явно чувствует мою симпатию к нему. Ну и пусть. Пусть потешит самолюбие. Мне не жалко. Да и это правда. Он мне понравился. Люблю тех, с кем можно поспорить. Таких мне приятнее всего доводить до бешенства."       С Баком я испытал новые ощущения. Все таки я обожал менять партнеров. С каждым ты получаешь новые эмоции, новую порцию наслаждения.       Я обожал целоваться, порой поцелуй мог возбудить меня сильнее дрочки или секса. Но после Павла я долго не хотел целовать Драко. Ведь после поцелуя я стремительно начинал привязываться к партнеру. А этого я боялся больше всего.       Нет, я не стал бы быть с Баком. Если бы я решился на такую авантюру как "отношения", то скорее всего только с Драко. С ним весело. Каждый раз мы вместе придумывали новые и новые приключения на ночь.        Далее мы продолжали уже без слов. Наши тела терлись друг об друга.       Я начал двигаться активнее, наслаждаясь каждым движением.       У меня последнего из всех наступила разрядка. Самый ахуенный момент: головокружение вплоть до шума и ультразвука в ушах, приятная слабость по всему телу.       Но насладиться по полной этим моментом нам не удалось, прервал внезапный крик.       —Ганс фон Майер, ты все таки нарушил слово! Я незамедлительно сообщу об этому Графу! — и тут же вылетел из склепа Бака.