Обещание

      На пороге квартиры Александра Романова стоит ни кто иной, как Москва. Владимир сначала впадает в ступор. Пышный букет красных роз, кожаная куртка, голубые глаза и аккуратно зализанные волосы. Уже 2000-е, а Московский только сейчас додумался навестить Александра, с которым некогда был в отношениях. Вова вроде догоняет, что тот не помнит советских времён, что в 90-е мириться с Сашей, было бы пустой тратой времени. Но неужели он не знал, что Романов давно его не ждёт. Неужели он считает, что без предупреждения заявиться к другому человеку — нормально? Владивосток думает, что именно без предупреждения не просто так. Саша, даже если бы и согласился на встречу, то провёл бы её не в собственном доме и предупредил бы Владимира. И судя по всему, Михаил готов был уже постучать, но Вова вовремя отвлёк его. Москва изогнул бровь и Владивосток почувствовал, что видимо, нужно представиться. — Владивосток. — Коротки кидает Володя и даже не подаёт руки для рукопожатия. Не официальная встреча всё-таки. — Вы к Александру? — Да. — Коротко кивает Москва, но всё ещё ждёт разъяснений, по какому поводу здесь Владимир. — Не думаю, что Саша ждёт кого-то кроме меня.- Володя подходит ближе к Московскому и к самой двери. — Вы, конечно, можете удостовериться в этом лично, но это так же при условии, если вы хотите испортить настроение себе и жильцу этой квартиры. — Не понимаю, почему ты делаешь такие выводы. — Володя по обращению понимает, что Михаил явно вспомнил, что он за город, кем он является и где находится. Михаил явно считает, что тот не дорос до уважительного обращения на вы. Увы. — Но я хотел бы лично удостовериться в твоих словах. — Как скажите. — Владивосток пожимает плечами и достаёт ключи от Сашиной квартиры. Эта привилегия появилась у него достаточно давно. Почти сразу после ВОВ.       Он, с характерным щелчком открывает дверь. Сразу слышна бурная работа на кухне, да и не только слышна, аромат еды разлетается по парадной. — Саш, я дома! — без зазрения совести Вова выделяет слово «дома». Это действительно его второй дом. Сразу слышна реакция. Александр что-то с негромким стуком кладёт на стол и выходит в прихожую. Петербург в белом фартуке и с закатанными руками, на носу блистают очки, а сам Саша, хоть и выглядит слегка уставшим, но радостно сияет, видя Владивосток. — Как добрался? Сильно устал? — С ходу спрашивает Романов и невесомо целует Вову в губы и совсем не замечает открытой двери. Владимир, как всегда растаявший от лёгких прикосновений Саши, через пару секунд собирается, опомнившись. — Нет, нет, всё хорошо, добрался тоже нормально. Но к тебе гости, не особо желанные как мне кажется. — Владимир слегка гладит щёку Питера, который после упоминания некого гостя смотрит в дверной проём через плечо Володи. — Ясно, спасибо, что сказал, солнце, сейчас вернусь. — Голос Александра стал слегка разочарованным, разглядев за порогом Михаила. Просто казалось, что он только-только совсем перестал думать о столице и вот он, Миша, которого не было рядом, когда Саше было так тяжело, который совсем ничего не помнит о том, что сделал сам. Санкт-Петербург набирает воздух в лёгкие и, запасшись терпением, выходит из квартиры, закрыв дверь. — Саша, я… — Начинает Москва, но Питер жестом просит не продолжать. — Михаил, пожалуйста, для вас я только Александр. — Саша устало опускает глаза в пол. — Я не желаю с вами говорить. Я не приму букет. Прошу, уходите. Уезжайте обратно в Москву. Мы чужие люди. — Но, Саша! — Московский нагло игнорирует просьбу. — Дай мне шанс сейчас всё изменить. Разве ты не помнишь? — Обещание? Конечно, помню. А ещё я помню, как ты его нарушил. — Саша решает обращаться к Москве так же, как тот обращается к нему. — Назвал своё признание в любви пустыми словами и ударил меня. — У Саши голос становиться более тихим и моментами дрожащим. — Саша, я… — Миша хочет подойти ближе, но Александр выставляет руку, без слов прося к нему не приближаться. — Тебя не было рядом. Ты просто исчез, прикрываясь работой. — Саша смотрит прямо в глаза. Взгляд холодный и отстраненный, но в нём столько боли. Старые раны, будто ножом вспороли. — Рядом был только мальчишка, совсем ещё маленький. Ты не заявился даже после блокады. Он в самый разгар войны прошёл пол страны, только чтобы до меня добраться. Миша, уходи. Я не хочу тебя видеть. — Мне жаль. Очень жаль. Прости. — У Москвы глаза быстро становятся стеклянными. Он всё же подходит, оставляет букет в руках Александра и быстрым шагом идёт на выход. Саша несколько секунд ещё стоит и смотрит в пустоту. После вновь заходит в квартиру. Вова на пороге всё ещё стоит. Большие глаза изумлённо моргают и молча, ждут, когда Александр что-то скажет. Но тот молчит и смотрит в пол. — Ты в порядке? Просто резко стало тихо, а тебя не было долго… И цветы ты всё-таки принял. Что случилось? — Вова подходит к Питеру и кладёт ладони на щёки. — Как бы ни было прискорбно, я не в порядке. Совсем. — Саша садиться на тумбочку и подпирает голову рукой. Володя присаживается рядом на корточки. Букет выпадает из руки Александра. Тот пожимает губы, в горле появился ком. — Саш, Сашенька, ты чего? Не расстраивайся так из-за него. Не плачь, прошу тебя. — Володя, заметив скатывающиеся по скулам слезинки, немного нервно заключает Александра в объятия. Тот утыкается ему плечо, сняв очки и теперь держа их в руке. — Не в нём дело, Вовочка. Он просто… Просто одним своим видом он напоминает мне о многом. О том, что я предпочёл бы забыть. — Петербург говорит размерено, но редкие всхлипы так режу воздух и тишину. — Всё хорошо, Саш. Я здесь. Я рядом.