О кинках, отчаянии и статистических выборках. (Кинктобер 2022)

— Я, наверное, ослышался, Освальд. Ты хочешь чтобы я сделал что? — Стал на день одним из предметов мебели в моём кабинете, Джим, ты прекрасно меня услышал, – с легкой улыбкой на губах ответил Пингвин. — Но зачем? — Это сексуально привлекательно, детектив Гордон. Очень интересная концепция, на самом деле. Идею мне подкинул Виктор, но, ты же его знаешь, сам он не хочет этого делать, только глянуть одним глазком. — Стоп, так там и Виктор будет? И вообще, что сексуального в мебели? — Ну сам посуди: обнаженный мужчина в коленно-локтевой позе и с маской на лице стоит не двигаясь, пока я складываю на него разные вещи. Графин с виски, бокалы, книгу, мои ноги в ботинках, наконец. Очень привлекательно, не находишь? — Обнаженный? А маска-то зачем? — Ну ты же не хочешь, чтобы мои влиятельные клиенты узнали тебя, когда они придут на приём? Так что нам нужна красивая маска, в которой ты сможешь и дышать, и внимательно за всем следить. — Если ты думаешь что я буду обнаженным в комнате полной разных криминальных мужиков, то ты ошибаешься! — Не разных, а одной набирающей мощь группировки, про которую ты тщетно пытаешься хоть что-то разыскать. Эти парни тебе не по зубам, не правда ли, Джим? Так что плохого, если ты узнаешь немного интересной информации, проведя вечер в моей компании? — Ну как минимум то, что мои гениталии увидит весь хоть что-то значащий криминальный сектор Готэма. — Я выдам тебе бельё, если это так тебя смущает. И, может быть, даже вознагражу позже, если будешь хорошо себя вести. Гордон проворчал что-то нечленораздельное. — Отлично, значит встречаемся завтра в 7, – выпроваживая гостя, довольно проговорил Пингвин. Намечался крайне занятный вечер.       Джеймс Гордон никогда в жизни не потел так сильно и в столь странных местах. И дело даже было не в неловкой ситуации, а в том что под латексной маской и невозможно облегающими латексными трусами пот собирался, и находился там в виде маленьких водоёмов уже больше часа. Оказывается, блестящий черный латекс выглядит сексуально только в теории, на практике же Гордон чувствовал себя довольно глупо. Руки и ноги уже откровенно ныли, и детектив подумал, что нужно начать больше времени проводить в качалке. Но осталось недолго, как шепнул ставивший блюдечко с кокаином ему на спину Пингвин, так что Джим мужался. Терпел. И активнейшим образом подслушивал. Кажется, для таких моментов люди используют фразу «не удивлён, но разочарован» Почти вся Готэмская элита, так или иначе, была задействована в различных преступных схемах. Банкиры, отмывавшие деньги через бордели, антиквары, провозящие в изящной мебели запрещённые вещества, прокуроры, готовые сфабриковать дело за внушительную сумму. Гордон видел их всех насквозь, и его тошнило. Хотя, возможно, тошнота была связана ещё и с тем, что ел он в последний раз еще до полудня, а сейчас к Готэму медленно подкрадывалась ночь.       Наконец, последние гости, раскланявшись, покинули обитель Кобблпота, и Гордон резко встал, не заботясь об упавших бокалах с виски, мгновенно впитавшимся в роскошный ковер. — Мы вроде бы договаривались о том, что вознаграждение будет только если ты будешь хорошо себя вести, а эти пятна сильно портят впечатление о твоем поведении сегодня. — С меня хватит, Пингвин. Я устал. Устал тебе прислуживать, устал смотреть как этот город скатывается еще ниже, как толстосумы набивают карманы, пока люди умирают от голода на улицах. Я устал, мне нужен душ, и снять этот чертов латекс, –проговорил Гордон, борясь с молнией на задней стороне маски. — Давай помогу, – Пингвин вдруг оказался у него за спиной, отводя руки Гордона от собственного затылка. — Что ты... – не успел договорить Гордон, как руки Пингвина, ловко спускаясь по телу детектива, коснулись другого элемента наряда из латекса. — Я не в настроении, Освальд. Сегодня был слишком долгий день. — Разве именно в такие моменты не нужно наконец расслабиться, Джим? — Не думаю, что у меня есть силы ещё хоть сколько-нибудь стоять на коленях, а другие виды расслабления меня сейчас не интересуют, – отстраняясь, пробормотал Гордон. Я верну тебе эти чертовы трусы как-нибудь в другой раз. — О, дорогой Джим, я думаю они тебе еще пригодятся, так или иначе. Сокрушенно покачав головой и быстро одевшись, детектив выскочил из кабинета не попрощавшись. — Он вернется, Босс, – лысый череп, отблескивая в мягком освещении кабинета, показался из-за потайной двери. — Знаю, Виктор. Но он такой зажатый, думаю стоит что-то предпринять на этот счет. И, кажется, я знаю кто сможет нам помочь.